Чтение онлайн

— Думаю, я люблю твой член, — воскликнула я, моя задница тёрлась об стол.

— Чёрт, как в тебе хорошо.

Его толчки были искусством в чистом виде. Наши тела идеально понимали друг друга. Чувство наполненности им изнутри оставляло след, как в теле, так и в душе. Каждая моя мышца натянулась словно струна, пока мысли не спутались окончательно. Джимми сильно и быстро толкался в меня, в то время как я стонала в знак одобрения.

Чёрт, он умел трахаться.

Я никогда не встречала никого такого, как он. Ничто не заставит меня сомкнуть глаза, мне нужно смотреть на него. Его кожа стала скользкой от пота. Зажмурившись, он толкался в меня с абсолютной чёткостью. Он был так восхитителен и похож на божество, что это пугало. Должно быть, это сон. Когда он открыл глаза, казалось, что его зрачки поглотили всю синеву глаз. Он посмотрел на меня, обнажив своё сердце и мысли.

Он почувствовал это. Я знаю это. Это было таким большим, настолько всепоглощающим, он не мог не заметить.

Когда я кончила в этот раз, в глазах потемнело. Всё моё тело пребывало в каком-то безрассудном экстазе. Звучит безумно, зато правда. Кровь кипела, рассудок помутнел, меня всю трясло. Он превратил меня в некое сексуальное существо, подчиняющееся только ему одному. Расплата за это была величественной.

Раздался вскрик, затем теплое тело оказалось на мне.

Мы дышали с трудом. Этот шум разносился по комнате вместе с бешеным стуком моего сердца.

Медленно, я снова открыла глаза. Мир никуда не делся, несмотря на все телесные доказательства обратного. Эндорфины забавлялись во всем моем существе, насколько лёгким и замечательным был наш с Джимми секс. Дайте мне пять минут, и я определённо буду готова ко второму раунду. Хотя прямо сейчас он решил взять паузу.

— Привет. — Я провела по его прекрасным чёрным волосам.

Джимми тут же выпрямился, отошёл от меня и начал возиться с презервативом. Он завязал кончик, после чего засунул член обратно в джинсы, застегнул ширинку и пуговицу. Я сразу стала тосковать по его теплу.

— Джимми?

Он не взглянул на меня.

Между моих ног творилось прекраснейшее мокрое безобразие. В воздухе витал восхитительный мускусный запах секса. Никаких денег не хватило бы, чтобы стереть глуповатую улыбку с моего лица. Я не могла подняться, чтобы привести себя в порядок, не говоря уже о том, чтобы не поставить себя в неловкое положение. Он сделал мне чертовски приятно.

— Джимми?

— Чего?

Он выбросил использованный презерватив и, опёршись руками о раковину, уставился в кухонное окно.

— С тобой всё хорошо?

— Конечно. Никаких проблем.

— Хорошо.

Он посмотрел на меня из-за плеча. От беспокойства его брови сошлись вместе.

— А ты как?

— Нормально. Благодарю.

Блин, что-то это чересчур вежливо. Такими темпами дальше мы выпьем чаю с тостами и заговорим о погоде.

Он стоял с напряжёнными плечами и долгое время ничего не говорил. Джимми снова от меня замкнулся. Выросла стена. Он молча смотрел на меня, и я ощущала, как между нами снова возникает дистанция. Сперва на несколько дюймов, затем на фут, покуда нас не стал разделять целый океан.

Я больше не могла этого выносить, молчание убивало меня.

— Что случилось?

— Не смотри на меня так.

Ну вот. Приехали.

Моё тело мгновенно остыло, вся расслабленность и приятные ощущения вылетели в трубу. Я лежала на столе, испытывая крайнюю необходимость помыть волосы, которые превратились в один гигантский клубок. Сексуальное существо исчезло, ему сказали «вольно». Я опустила платье, прикрыв свои прелести, прежде чем подняться. Это точно не тот разговор, который мне бы хотелось вести, лёжа на спине, оставив их на виду. Нужно иметь гордость.

— Я хочу трахнуть тебя всеми известными мне способами, — сказал он. — Но ты не можешь так на меня смотреть.

— Ясно.

— Мне, э... мне нужно подышать воздухом.

Он вылетел из кухни без всяких колебаний, даже не оглянувшись. Он вышел прямиком в холодное ветреное портлендское утро, не надев куртку. Он отморозит себе задницу. И, знаете что, так ему и надо.

***

В глазах покалывало, но я не собиралась плакать. Ошеломление, вот что было тогда во главе моих чувств. Просто я... я не могла поверить, что он уйдёт от меня прямо после такого волшебного секса. Я ведь не липла к нему, требуя кольца. Не начинала разговоров о детях. И придерживалась всех правил этикета обычного секса.

Можно подумать, я виновата в том, как на него посмотрела.

Я пнула ногой воздух, громадный бандаж качнулся взад и вперёд. Во внутреннем дворе его не было. Хрен знает, куда он пошёл.

— Мог хотя бы помочь мне спуститься, козлина! — крикнула я, несмотря на то, что он меня не услышит. — Мал был прав, ты совсем не умеешь вести себя поле секса.

Самое худшее состояние после секса в моей жизни.

На следующий день ребята вернулись в студию. Это был долгий день с кучей беготни и дел, или столько, сколько я могла себе позволить с бандажом на ноге. Эв взяла на себя большую часть работы. В день нашего жаркого спаривания на кухонном столе Джимми вёл себя отстранённо. В какой бы части дома я ни оказалась, он уходил подальше от меня, спасибо ему за это, б****, большое.

Как будто секс был моей гениальной идеей.

Однако сегодня он, по всей видимости, пережил тот эпизод и был готов вернуть жизнь в прежнее русло. Ага, конечно, словно это так просто после его предательства.

Я игнорировала его утром. Игнорировала в обед.

Я игнорировала его как на верхних этажах, так и в подвале.

По-видимому, ему это не нравилось, если судить по доносившемуся ворчанию. Чёрта с два я попрошу его помочь подняться по ступенькам. С бандажом на ноге я могла вполне хорошо ковылять, пусть и медленно. Дурацкий Джимми Феррис со своим потрясающим ртом и пенисом. Да кому он сдался? Уж не мне точно, я могла сама о себе позаботиться.

Вот зачем придумали вибраторы, спасибо Господи. Мастурбировать куда безопаснее. Мои пальцы никогда не приносили мне таких проблем.