Чтение онлайн

Вот как. Он был заранее уверен в его, Ксандера, провале. Неудивительно, что у рыжего нет друзей, ведь он всех кругом считает идиотами.

– Забудь, что я сказал, – буркнул он, отступая. – Я сделаю то, что считаю правильным, и это лицо в шрамах наконец перестанет сниться мне в кошмарах.

Он собирался уйти, но Майк схватил его за локоть и уставился исподлобья хищным взглядом. Радужка его серых глаз превратилась в сталь, зрачки расширились.

– Как она выглядит, эта девушка? Рассказывай.

Ксандер заморгал от внезапного приступа головокружения.

– Белесые волосы, шрам на пол-лица, и она постоянно широко открывает глаза, словно чокнутая, – проговорил он заторможенно. – Зеркало в коридоре второго этажа у выхода к балконам главного зала. Почему меня так тошнит?

– Все в порядке, – Майк похлопал его по спине. – Отравился чем-то на завтраке. Иди полежи, пройдет.

И он вышел из коридора, а Ксандер непонимающе уставился ему вслед.

– Я отравился овсянкой?

Алекс

С незнакомым прежде волнением я легко вынул меч из корзины. Сталь блеснула на солнце.

– Куда бить?

Я крутанул рукоятку в руке. Мастер достал для себя меч и неторопливо встал напротив.

– В меня бей.

Само спокойствие. Это мы исправим. Замахнувшись, я с воинственным кличем помчался вперед и через секунду был отброшен обратно на траву.

– Ведь мы оба знаем, что вы профи, – я сдул с глаз прядь волос. – Зачем выпендриваться?

– Это, – Учитель повторил в воздухе проделанный на мне бросок, – один из основных маневров уклонения от безумных нападающих вроде тебя. Его изучают в самом начале, поэтому через пару месяцев он успешно выветривается у всех из памяти. А ты запомни, пригодится. И кстати, никто не просил тебя нестись, словно полоумный. Сам напросился.

– Покажете еще раз тот прием? Только не на мне.

Мне продемонстрировали маневр. Я повторил.

– Неплохо, – кивнул Учитель. – Ты делаешь успехи.

Я улыбнулся. Видят боги, я старался изо всех сил. Тот месяц был временем, полным счастливой усталости. Я радовался каждому новому движению, как ребенок наслаждался вниманием Учителя и проваливался в сон моментально, стоило голове коснуться подушки. Я не думал ни о чем другом, кроме как о необходимости стать сильнее и выносливее. Чтобы самому вершить свою судьбу, завоевать себе кубок и первое место. Чтобы Учитель мной гордился.

А потом их лекции закончились. И двадцать пар глаз теперь пялились на мою скромную персону.

– Я только что сказал, что ты участвуешь в поединках наравне со всеми, – просветил Учитель.

– Это… хорошая новость.

Перспектива терять сознание с утра пораньше мне радужной отнюдь не казалась, но, по-моему, это повышение.

– Бесподобно.

Он сделал вид, что не расслышал.

– Группа! Семьдесят кругов бегом марш! И это касается всех, – выразительный взгляд в мою сторону.

Эх, быть мне всеобщим посмешищем и грушей для битья. Все происходило именно в ключе, которого я так боялся. Был день рукопашного боя. И меня били, били, били. Били.

Позорно проигрывал поединки не я один, но, казалось, я был одним из тех, кто получал больше всех. Отвыкнув от занятий, ученики с новыми силами дрались вдвое усердней. Мне же оставалось радоваться, что то была неделя рукопашного боя, а не поединков с холодным оружием. И, к невыразимой гордости, я ни разу не пропустил удар настолько серьезный, чтобы магия униформы посчитала нужным отправить меня в глубокий обморок. То есть чему-то я все-таки научился.

– Ты что же, предполагал, что сразу превратишься в великого воина? – Мастер усмехнулся на мои стоны. – Что движением руки отправишь противника в отключку? Вот когда-нибудь…

– Когда-нибудь? – нетерпеливо повторил я.

Он усмехнулся.

– Когда-нибудь, возможно, ты и занесешь ногу правильно.

Конечно. Видеть во мне смертоносного воина никто не собирался.

– Да я сегодня же спать не лягу, пока не научусь махать ногами, как следует.

Сделав это громкое заявление, я взаправду решительно развернулся и отправился обратно на площадку. Учитель не оглянулся и не пытался меня отговорить. Подозреваю, он молча одобрил мой поступок.

А вот тело ночные излишества явно не оценило. Я снял сапоги, но мышцы все равно ныли и просили пощады. Делать выпады с каждым разом становилось сложнее: одежду я не менял уже более суток, магия успела выветриться. И все равно я не прекратил упражняться до тех пор, пока свободно не начал закидывать в ударе ноги выше головы. Только тогда, довольный, я отправился спать.

Ник

Дедриан распахнул дверь сторожки, с трудом подавив зевок.

– Входи. Прости, что так поздно вызвал. Сейчас все внимание уходит…

– Догадываюсь, на кого, – я кивнул.

Мастер раздраженно на меня покосился.

– Вряд ли. Прошу, сядь. Чаю хочешь?

Меня усадили в кресло у камина и вручили блюдце с вареньем. Про чай Дериан, разумеется, тут же забыл, уже разместившись в кресле напротив.

– Скажи мне, твоя мать… – мне понравилась деликатность в его голосе, Лилит бы оценила. – Она по-прежнему преподает в Школе? Стихийную магию, насколько припоминаю.

Интересное начало разговора. Я отложил блюдце и скрестил руки у груди в защитной позе. Когда дело касалось семьи, даже от самых близких стоило ждать подвоха.

– Да, мастер. Она посвятила свою жизнь Школе и вряд ли уйдет на пенсию по собственной инициативе. Вы хотите что-то узнать?

Дедриан выдохнул и поиграл желваками.

– Да, – кивнул он наконец. – Обещай, что никому не расскажешь о нашем разговоре.

Секреты, какая честь. Я медленно кивнул. Интересно, что такого я мог знать о Школе, чего не ведал сам Дедриан? Учитывая, какие скрытные люди там служили, подозреваю, к данному моменту мы обладали равноценным мизером информации.