Соцсеть
Шрифт:
– Слышь, дружище! – подошёл он к тощему пареньку с рыжей нечесаной копной волос, который увлеченно переписывался с кем-то по смартфону.
– Чего тебе? – не отрываясь от экрана телефона, ответил студент.
– Ты знаешь кого-нибудь с третьего курса? – начал Борис издалека.
– Я и есть с третьего курса, – промычал рыжий.
– Здорово. Может быть, тогда знаешь такую Вику…
– У нас много Вик. Лично я штуки три знаю. Тебе какую, собственно говоря? – наконец оторвал он взгляд от смартфона и с любопытством уставился на незнакомца.
– Чего-то я тебя не припомню среди наших студентов. Очередной отвергнутый ухажер? – осклабился паренек. – Да, девки у нас такие – палец в рот не клади. Особенно те, у кого с задницей и сиськами все в порядке. Недавно Ирка Михеева своего папика куда подальше послала, хоть он ей дорогие подарки делал и за съем хаты платил. А как машину подарить отказался, так она его через хер и кинула. Он тут на днях как бегемот на коленях по вестибюлю ползал, умолял ее вернуться назад и все забыть. Говорит, куплю тебе «мерина», только вернись, солнышко мое…
– Да погоди ты со своим «мерином»! – раздраженно прервал раздухарившегося паренька Борис. – Мне нужна Вика: такая темненькая, с прической «каре», она на учителя русского языка учится.
– Слабый из тебя Шерлок, – покачал головой рыжий. – Искать будущую училку в нашем институте – это все равно, что тыкать иголкой в задницу слону. Куда не захочешь, все попадешь… Конкретные приметы есть? Фамилия, рост, размер груди наконец.
Только сейчас до Бориса дошло, что фамилии девушки он не знает. Ну Вика и Вика. Ни Путина, ни Абрамович – ну и ладно. Не в ЗАГС же они собирались на этой неделе. Даже на свидании – и то не были. Не говоря уже о полновесных отношениях.
– Не знаю я ее фамилии, – устало выдохнул он. – Я вообще мало что о ней знаю. Познакомились в ВКонтакте. Переписываемся уже больше четырех месяцев. А на свиданку так и не вырвались. Пару раз я не мог. А потом она чего-то все динамила и динамила, девочка моя ненаглядная…
– Не расстраивайся. Может, оно и к лучшему. Я один раз тоже с бабцом переписывался. Ава у нее просто огонь – сиськи так и выпрыгивают через экран. Тоже месяца три шары к ней подкатывал. Наконец уломал на поход в киношку на последний сеанс. Только та комедия мне фильмом ужасов показалась, в натуре. Я потом задолбался от этой гарпии бегать и реально, и виртуально. Сиськи у нее классные, спору нет. Но только к ним такой комплект сала, раскиданного по всему телу, прилагался, что мама родная! И сильная гадина оказалась. Одной рукой меня к креслу прижала, а другой чуть причиндалы не оторвала. Навалилась всем телом, никуда и не денешься. Хорошо, что соседи начали шикать, чтобы мы себя потише вели. Я и улучил момент, выскочил из-под «мамонта» и слился по-скорому. Такое врагу не пожелаешь. Так что, может, и хорошо, что твоя любовная иллюзия не была разбита о скалы реальности.
– Тебя как звать, философ озабоченный? – потерял последнюю надежду Борис.
– Егор, а фамилия Мамонтов. Для друзей просто Мамонт. Это на тот случай, если ты и меня потеряешь, а потом искать станешь, – улыбнулся рыжий во весь рот. – Ладно, пора мне, пара скоро начнется. Я спрошу у своих про Вику, может, кто подскажет. Хотя честно тебе скажу – у нас таких девчонок нет. У всех, как по заказу, волосы до самой жопы – пардон, ниже пояса…– на прощанье хлопнув растерянного Бориса по плечу, паренек умчался вверх по лестнице.
– Вот непруха, и что теперь делать? Она что – врала мне все это время? Или этот эротоман не знает ни фига своих однокурсников?
– Молодой человек, – вывел Бориса из оцепенения хриплый мужской голос.
– Не могли бы вы помочь отнести вот эти коробки на кафедру философии? – с мольбой в глазах попросил худенький пожилой профессор.
Почему профессор, спросите вы? А как же иначе. Если человеку хватило нервов доработать в университете до глубокой старости, значит, он точно профессор, – убедил сам себя Боря. И так как он никуда особо не торопился, то решил хоть кому-то на этом свете сделать приятное, раз уже его собственное счастье летит в тартарары.
Без лишних слов он подхватил увесистые коробки и потопал за профессором, оглядываясь по сторонам и не теряя надежды все-таки встретить Вику.
– Какой-то потерянный у вас вид, молодой человек, – не оборачиваясь, отметил старикашка. – Мне это кажется весьма странным. Для вашего возраста просто не может быть на Земле сколько-нибудь весомой причины для расстройства. Здоровье, потенция, сон, суставы и многое другое еще в превосходнейшем состоянии. Проще говоря, грустить вообще не о чем. Разве только о недостатке карманных денег, выделяемых родителями.
Конец ознакомительного фрагмента.