Собор
Шрифт:
– Вот как?
– Я призываю шестьдесят девятый полк выполнить свой долг.
Полковник Лоуган обвел из-за стола взглядом огромный зал, раскинувшийся перед ним. Большинство офицеров и сержантов еле держались на ногах, кое-кто спал, положив голову на стол, а рядовые либо разбрелись по домам, либо рассыпались по всевозможным барам города.
– Полковник…
– Да, сэр.
– Объявите полную боевую готовность. Не забудьте бронежилеты и прочую амуницию для подавления мятежа. Оружие зарядить боевыми патронами.
– Слушаюсь, сэр.
– Постройте всех у собора святого Патрика, точнее, у резиденции кардинала на Медисон-авеню, и ждите дальнейших указаний. И поспешите!
– Понятно, сэр!
– Полк готов, полковник?
Лоуган начал бормотать что-то невнятное, затем откашлялся и лихо отрапортовал:
– Ирландские воины всегда готовы, губернатор!
– Капитан Берт Шрёдер из нью-йоркского управления полиции, – представился Шрёдер и мгновенно включил динамики в обеих резиденциях. В комнате раздался громкий голос с явным ирландским акцентом, эхом прокатился по офисам и вскоре затих:
– Чего вы так тянули?
– Это он, Мак-Камейл, – пояснил Бурк.
Шрёдер говорил нарочито мягко и подчеркнуто вежливо, что создавало видимость спокойствия:
– Кое-что пришлось утрясать. Кто говорит?
– Финн Мак-Камейл, вождь фениев. Я уже говорил сержанту Тезику и лейтенанту Бурку, что хочу вести переговоры с высокопоставленным лицом. А сейчас, как я понимаю, разговариваю всего лишь с капитаном.
Шрёдер ответил заранее заготовленной фразой:
– Все, с кем вы хотели бы поговорить, находятся здесь. Они слушают через динамики наш разговор. Слышите, как фонит эхо? Мы решили: чтобы ничего не перепутать, я буду говорить один, от лица всех присутствующих. Свои ответы они будут передавать через меня.
– Кто вы такой?
– Скажем так, у меня есть определенный опыт подобных ситуаций.
– Это даже интересно. А там присутствуют представители ирландского, британского и американского правительств?
– Да, конечно. А также комиссар полиции, мэр и губернатор.
– Я выбрал неплохой денек, не правда ли?
Бурк тихо сказал Шрёдеру:
– Я забыл предупредить вас, он не лишен чувства юмора.
Шрёдер кивнул и вновь обратился к Флинну:
– Да, сэр. Но лучше давайте перейдем прямо к делу.
– Нет, давайте сначала установим правила игры, капитан. Все ли представители имеют связь со своими столицами?
– Да, сэр.
– А установлен контакт с Международной Амнистией и Красным Крестом?
– Это сейчас делается.
– Контакт устанавливается через вас?
– Да. Так лучше – меньше проблем. Считают, что и вы найдете приемлемое решение. – Шрёдер присел на край стула. Наступила самая трудная часть переговоров – уговорить психов вести их с ними, а не с президентом США или королевой Великобритании. – Итак, мы можем продолжить?..
– Ладно. Посмотрим, что получится.
Шрёдер с облегчением вздохнул и сказал:
– У нас есть ваши требования, а также список людей, которых вы хотите освободить в Северной Ирландии. Мы хотим, чтобы вы знали: главное для нас – безопасность заложников…
– Но не забудьте и про собор. Его в любую минуту можно спалить.
– Да, можно. Но прежде всего, мы волнуемся за человеческие жизни.
– Прошу извинить за гибель лошади.
– Что? Ах да, мы тоже сожалеем. Но пока никто из людей не убит, так что давайте действовать и дальше в том же духе.
– А что, комиссар Двайер чувствует себя лучше?
Шрёдер стрельнул глазами на Бурка и прикрыл микрофон рукой.
– Какого черта ты сказал ему о Двайере?
– Правило номер один – говорить только правду.
– Черт! – Убрав руку от микрофона, Шрёдер продолжил разговор с Флинном: – Комиссар Двайер умер естественной смертью, сэр. Вы никого не убивали. – По лицу Шрёдера стало заметно, что он снова начинает нервничать. – Главное – сохранить жизни людей…
– Значит, я могу поджечь собор после того, как выполнят мои требования?
Взгляд Шрёдера снова нервно обежал комнату. Все напряженно замерли на своих местах, лишь табачный дым тихо плавал в воздухе.
– Нет, сэр. Это уже будет поджог, уголовное преступление. Так что давайте не будем осложнять проблему.
– У нас нет никаких проблем.
– С заложниками все в порядке?
– Я уже говорил, что все в порядке. А если я что-то говорю, это так и есть на самом деле.
– Здесь много людей… Они волнуются… Я им передаю, что все в порядке, как вы сказали. Здесь также и настоятель собора святого Патрика. Он очень переживает за кардинала и других заложников. Они все рассчитывают, что вы сдержите свое слово. Послушайте, а мы не можем поговорить с заложниками? Мне хотелось бы…
– Можно, но позже.
– Хорошо. Прекрасно. Да, вот еще что. Насчет прожектора. Ваши действия чреваты опасностью.
– Нет, это совсем не опасно, поскольку на колокольне находится лучший стрелок графства Антрим. Уберите прожектора.
– Хорошо. Впредь, если вам что-нибудь понадобится, скажите мне. Постарайтесь не брать все на свою ответственность. Иногда лучше и посоветоваться с другими.
– Постараюсь этого не забывать. Откуда вы звоните?
– Из дома настоятеля при соборе, а точнее, из его рабочего кабинета.
– Хорошо. Лучше быть поближе к центру событий.
– Вот поэтому-то мы и здесь.
– И мы тоже. Ну ладно, у меня есть и другие дела. Не отвлекайте меня звонками по всяким пустякам. Надеюсь, во время следующего нашего разговора вы сообщите, что все три правительства и обе заинтересованные международные организации готовы обсуждать конкретные вопросы относительно освобождения и передачи заключенных.
– Для этого необходимо какое-то время. Хотелось бы периодически связываться с вами и информировать, как продвигается дело.