Чтение онлайн

Услышав мой вопрос, Бриан посмотрел мне в глаза и вполне серьёзно сказал:

— Да, буду. Но без бурных сцен.

— А пытаться меня перевоспитать?

Бриан вздохнул:

— Думаю, это невозможно. Мне кажется, что так и должно быть — в силу твоего предназначения.

— А при чём тут моё предназначение?

— Сама рассуди: помимо нейтрального Источника, ты должна объединить в себе две противоположности — иррациональное и рациональное, Хаос и Порядок, Инь и Янь. А их не зря отождествляют с женским и мужским началами.

— Вот как? — Раньше такая мысль не приходила мне в голову. А она заслуживала внимания… — Кто тебе это сказал? Хозяйка?

— Нет, это моя идея. Не знаю, правильная ли, но… Я много думал о твоей — скажем так — двойственности. Пожалуй, я думал об этом больше, чем все остальные вместе взятые. Ведь ты уникум, Софи, в самом деле уникум. В тебе совершенно бесконфликтно уживается женское начало с мужским, инь и янь твоей натуры не вступают друг с другом в противоречие. Я даже набрался смелости поговорить с дядей Брендоном. Он согласен со мной, что в этом плане ты уникальный представитель рода человеческого. А позже, когда я узнал, что ты — Собирающая Стихии, то понял, что всё это неспроста.

— Да, неспроста… — Я соскользнула с подоконника и в растерянности прошлась по комнате. Мысль о том, что я действительно уникум, отнюдь не привела меня в восторг. Напротив — я испугалась. И тут же поняла, что давно подозревала о своей исключительности, но боялась признаться в этом даже перед собой. Быть лучше других я хотела всегда — к этому стремится всякий незаурядный человек. Но быть чем-то из ряда вон выходящим, какой-то диковинкой, эмоциональным гермафродитом… Я быстро вернулась к Бриану и схватила его за руку: — Но неужели я такая… такое… такой урод?!

— Вовсе нет. Никакой ты не урод. Ты самая милая, самая замечательная, самая прекрасная женщина на всём свете.

— А также самый милый, самый замечательный и самый прекрасный парень?

— Ты женщина. Только женщина. Но особенная женщина. Дядя Брендон говорит, что и эмоционально, и психологически ты стопроцентная женщина. Просто ты обладаешь способностью думать, рассуждать, чувствовать, переживать и по-женски, и по-мужски одновременно. Именно в этой двойственности — в бесконфликтной двойственности — и состоит твоя уникальность. Ты не страдаешь от этого, как другие… э-э… — Бриан умолк в нерешительности.

— Бисексуалы, — помогла я ему. А затем грустно добавила: — Да уж, связался ты со мной на своё горе.

— На своё счастье, — поправил меня Бриан.

Мы немного помолчали. Я думала над словами Бриана и всё больше склонялась к мысли, что в его рассуждениях есть рациональное зерно. Конечно, нелепо отождествлять Инь и Янь мироздания с инь и янь человеческой натуры, но между ними, бесспорно, существует взаимосвязь. Все люди — дети Вселенной, и микрокосм каждого человека — это Вселенная в миниатюре, проекция окружающего мира на его внутренний мир. И если бы я не ладила со своими собственными инь и янь, то тем более не была бы способной примирить их вселенские проявления. А Хозяйка с Мирддином в один голос утверждают, что я могу…

И они правы. Я тоже знаю, что могу. Уже сама это знаю.

— Софи, — отозвался Бриан. — Ты скоро пойдёшь к Порядку?

— Скоро, — ответила я. — Уже скоро. Я чувствую себя способной принять Янь, и…

— И что?

— На днях я поговорю с Хозяйкой и Хранителем и тогда приму окончательное решение.

— А как же быть с Эмрисом?

Я пожала плечами:

— Тогда видно будет. Сначала попробую договориться с ним, а если не выйдет, то…

— Ты сможешь одолеть его? — В голосе Бриана звучала неподдельная тревога.

Я запустила пальцы в его светло-русые волосы и взъерошила их.

— Не беспокойся за меня. Я сильнее Эмриса. Теперь мой Образ и Инь действуют слаженно.

— Я не о том спрашиваю, Софи. Одно дело, можешь ли ты убить Эмриса, совсем другое — сможешь ли это сделать.

Я вздохнула:

— Ты говоришь мне почти те же слова, что и Дейдра.

— Потому что это правда. Тебе когда-нибудь случалось убить человека?

— Нет.

— Вот то-то же. А убивать людей — не шутка.

Тут я не удержалась и фыркнула:

— Можно подумать, ты спец в этом деле!

Он медленно покачал головой:

— Я этого не говорил. Но однажды, два года назад, я едва не убил человека. Он был неизлечимый психопат, кровожадный маньяк. Он насиловал и убивал маленьких девочек, на его счету было семь смертей. Я случайно застал его на месте преступления — в тот самый момент, когда он собирался покончить со своей восьмой жертвой. Я мог бы там же убить его, и никто не упрекнул бы меня в этом. Я мог — но не смог. Я лишь задержал его и передал в руки правосудия. Позже он был осуждён к пожизненному изгнанию без права помилования, но не успел покинуть Землю Артура — его убил отец одной из жертв… — Бриан сжал в ладонях моё лицо и, пристально глядя мне в глаза, с жаром проговорил: — Я не отпущу тебя одну, Софи. Я пойду с тобой к Цитадели и подстрахую тебя.

Я отстранилась от него и досадливо закусила губу. Наш разговор принял очень опасный оборот. Мне и без того хватало проблем с предстоящим походом к Цитадели Порядка. Я сильно подозревала, что Дейдра намерена увязаться за мной, когда я отправлюсь покорять Янь. И уже почти месяц я перебирала в уме разные варианты, как избавиться от её опеки. А теперь ещё Бриан…

— Это невозможно, — сказала я твёрдо. — Я должна пойти одна.

— Почему?

— Хотя бы потому, что Стезя Порядка имеет лишь одно направление — к Цитадели. Обратный путь сможет найти только человек, несущий в себе Янь.

— Но я же буду с тобой, — возразил Бриан. — Овладев Силой Порядка, ты найдёшь обратный путь, и мы вернёмся вместе.

— Глупец! А если со мной что-то случится?

— Тогда мне незачем будет возвращаться.

Я онемела. Бриан говорил это так серьёзно, что меня сковал ужас. Что я наделала?!

Дело даже не в том, что он твёрдо решил сопровождать меня к Цитадели. Отделаться от него мне не составит труда — просто попрошу Бренду и Колина силой придержать сыночка, пока я буду разбираться с Порядком. Меня испугала одержимость во взгляде Бриана. Может, иной женщине и польстило бы, что ради неё мужчина готов на всё — вплоть до убийства и самоубийства. Но для меня это было слишком. Я не хочу, чтобы мне приносили такие жертвы. Я не богиня, а земная женщина. Я хочу любви, а не преклонения…