Шрифт:
Стишки и песни, басни, сказы, И всякие другие штуки Помогут не заснуть от скуки Или любой другой заразы
«Дионис», город Находка, Озерный Бульвар
Как мало надо человеку
Среди безумной жизни волн,
Где нет приюта и просвета,
Где мир и тьмы, и страха полн!
Где Ночь сжимает клешни смерти,
И в доме не горит очаг, —
Как Вера и Надежда светит,
Горит «Диониса» свеча.
Как мотыльки, на свет слетаясь,
Сюда разбитые сердца
Сползаются, с Судьбой смиряясь
В преддверье Страшного Конца
И получают отпущенье:
Кто стопку Водки, кто Пивко,
И отступает наважденье.
Сбивая сталь земных оков.
«Дионис» горе разбавляет,
И зажигаются глаза:
Вино от Страха избавляет,
Кусочек Рая показав.
Гром усмиряя диких игр,
За стойкой бьющих через край,
Выходит Князь Забвенья —
Игорь, Хозяин троп, ведущих в Рай:
«Весь день на каторжной работе
Ты был прикованным рабом.
Но, дня пустого на излете,
Ты посетил сей чудный Дом,
И сбросил тяжкие оковы,
Стаканом грудь раскрепостив.
Ты в Мир вступил красивый, новый,
Тот глупый, грешный мир простив!
«Дионис» дал тебе Свободу,
На Счастье он тебя обрек.
Пусть даже пьяный в хлам у входа
Лежишь. Но стал ты Человек!»
Здесь не услышать брани Хама
(Где Хам – начальник, ты – Дурак),
Здесь нищеброд последний самый,
Пусть даже и Дурак, – не Враг.
Здесь мысль сливается в едино.
В ней Космос, Бабы и Вино.
И каждый здесь – Непобедимый,
И целый Мир у каждых ног.
Наверно, Божьим Провиденьем
Здесь Рай создать хозяин смог.
«Дионис» – сердца наслажденье,
Родной Свободы уголок.
Облака
Я смотрю в облака в высоте, там, над городом нашим.
Как красивы они в угасающих солнца лучах:
Нежный фон голубой золотым предзакатьем раскрашен,
Горизонт утопает в румяно-седых облаках.
Точно так же вы плыли над князем Андреем спокойно,
В небе Аустерлица, где вас он впервые узнал
Ничего кроме неба, – для тех, кто уходит достойно, —
Тишины и спокойствия, – так нам Господь завещал.
Отражаясь в застывших глазах, словно тени Аскольда и Дира,
Над Олегом, убитым змеей, – Вещим князем Руси,
Проплывали вы в сини небесной огромного мира,
Что бы мир о державе великой собой известить.
И еще, сто веков до того, не оставив Истории имя,
Вождь, приведший в бескрайний простор белокурый народ,
Руку к небу простер, и над предками плыли моими,
Облака, – на века украшая собой голубой небосвод! ********************************************************
Точно так же спустя триста лет, возвращаясь из бездны Вселенной,
Подлетая к Земле моей, сказочной, словно кристалл,
Я увижу плывущими их, так же медленно, так же нетленно.
Обращусь к облакам: «Как давно же я вас не видал!»
Нечаянная ошибка
Он тихо сидел на Вечере,
С Учителем, бок о бок.
Единственный и Доверенный,
Делая всё, что мог.
Ему лишь открыл Учитель
О завтрашнем главном Деянии:
Спасении грешных жителей,
И будущем Наказании.
Но не словами этими
Был озабочен он.
Мучили дыр просветины:
Учителя стар хитон.
«Завтра, с зарей рассветной,
Надо денег найти.
Учителю, – главное это, —
Одежду приобрести.
Спрашивал первосвященник
Узнать о планах Учителя.
И обещал дать денег!
Куплю хитон восхитительный!»
Утром Иуда стремительно
На встречу спешит, радуясь.
Будет хитон Учителю!
Будет учителю Праздник.
**************************