Шрифт:
Глава 1.
Автобус опаздывал. Инга нервно взглянула на часы – десять вечера. Скоро закроется общежитие, и, если она не успеет, то ночевать, похоже, придется на улице.
Она прошлась, меря шагами остановку. Стоять было холодно. Тонкая ветровка не спасала от промозглого ветра начала осени. Капроновые колготки тоже тепла не добавляли. Ну и зачем она сегодня так вырядилась? Олег все равно не оценил ее короткую кожаную юбку и новые туфли. Он даже не заметил ее новую одежду, купленную на остатки стипендии и присланных мамой денег.
Ах, Олег! Первый красавец их группы, отличник и … бабник. Инга с первого курса влюбилась в него без памяти, а он не обращал на нее никакого внимания. Зачем ему скромная девочка из деревни, когда вокруг него полно столичных штучек, что вешаются ему на шею?
Инга обхватила себя руками, пытаясь хоть чуток согреться. Нелепая мысль пойти пешком была на время отметена, как несостоятельная. Пешком? На другой конец города? На шпильках? Нет, уж лучше еще немного померзнуть. Поймать попутку? Страшно. Да и лишних денег нет, а бесплатно никто не повезет. А если повезет, то…
Размышления прервал звук подъехавшего автобуса.
– Ну, наконец-то! – возмущенно произнесла Инга и поскорее залезла в теплое нутро транспорта.
Расположившись на заднем сиденье, она блаженно прикрыла глаза, отогреваясь. В салоне негромко звучала музыка, убаюкивая замерзшую девушку. Пытаясь сесть поудобнее, она почувствовала, как зацепилась за что-то колготками.
– Черт! – выругалась она, глядя на ползущую по ноге стрелку. Не мудрено порвать колготки, когда на сиденье такая старая потрескавшаяся обивка, то и дело цепляющаяся за одежду. Это ж надо было сесть так неудачно!
Она встала, желая пересесть, благо в салоне кроме нее больше никого не было. И тут же плюхнулась обратно. Выбирать было не из чего – все сиденья этого чуда отечественного автопрома имели жалкий вид.
«Этот вечер именно так и должен был закончиться», – уныло подумала Инга, глядя в окно. «В конце концов, порванные колготки – еще не самое страшное».
На удивление, на улицах, по которым ехал автобус, не горело ни одного фонаря. Инга всматривалась в темные силуэты зданий, силясь понять, где она находится. И не узнавала ничего. Хотя, переживать рано – остановка ей нужна конечная, автобус дальше все равно не идет.
Неожиданно пришло осознание, что она не посмотрела номер маршрута. А если она села не в тот автобус? Вскочив, она бросилась к кабине водителя, чтобы уточнить, туда ли она едет.
Кабина водителя оказалась отделена от салона непрозрачной черной пластиковой перегородкой, без малейшего намека на окошко или дверь.
«Как же он принимает оплату?» – подумала Инга и постучала.
– Простите, – закричала она, перекрикивая шум мотора. – Это какой маршрут?
Но ответа не было. Как и вообще какого-либо намека, что ее услышали. Из-за черного пластика не видно было, есть ли в кабине вообще хоть кто-то.
– Эй! Есть там кто? – в голосе Инги прорезались истерические нотки. – Остановите! Слышите? Я хочу выйти!
Но автобус лишь прибавил скорость. Инга забарабанила кулаками по пластику, но только лишь отбила руки. Поняв, что кричать и стучать бесполезно, она бросилась в конец автобуса.
«Нужно разбить окно! И выпрыгнуть наружу!» – она металась в панике по автобусу, пытаясь найти что-нибудь тяжелое. Как назло, ничего не находилось.
«Телефон! Нужно позвонить в полицию!» – подумала она, поражаясь тому, как эта мысль не пришла ей в голову раньше. Но телефон оказался разряжен. В отчаянье она запустила им в оконное стекло, но повредила лишь сам аппарат, который разлетелся на части и упал куда-то за сиденья.
«Что же делать? Что же делать?» – повторяла она про себя, но решения не находилось. Автобус все так же ехал в неведомую даль, она все так же не могла из него выбраться.
Через некоторое время транспорт начал снижать скорость, а затем и вовсе остановился. Двери распахнулись, и Инга, не теряя ни минуты, бросилась наружу. Неудачно зацепившись каблуком за ступеньку, она рухнула на дорогу. По счастью, дорога была не асфальтированная, а кое-где и вовсе заросшая травой, так что падение можно было считать удачным.
Кое-как поднявшись и отряхнувшись, Инга обернулась и открыла рот в изумлении. Автобус исчез! Вот только что стоял сзади, фырчал негромко двигателем, и все! Пропал!
Пребывая в шоке, она медленно огляделась, пытаясь понять, куда же ее занесло. А вокруг был лес. Самый настоящий! Хвойные деревья стояли стройными вечнозелеными рядами, между их стволами вилась тропинка, в начале которой и оказалась Инга.
Она обошла место, где еще недавно стоял автобус. Ни следа, ни намека, на то, что он только что ее привез, не было. Даже трава не примята.
– Так, будем рассуждать логически, – сказала она вслух, чтобы не сойти с ума от страха. – Назад идти – смысла нет, там даже дороги не видно. Как я сюда добралась? Ведь ощущение было, что еду по асфальту. Впрочем, это пока не важно. Если назад дороги нет, пойду вперед. Вот и тропинка какая-никакая имеется.
Сзади раздался шорох и скрипучий старческий голос произнес:
– Заблудилась, детка?
– Ааа! – от неожиданности заорала Инга, неловко повернулась, каблук поехал по траве, и она со всего маха плюхнулась на землю. – Ааа! – закричала она уже от боли.
– Да не ори ты! Ишь, голосистая какая! Весь лес мне сейчас перебудишь!
– Ты кто? – заикаясь, спросила Инга, все еще сидя на земле. – Не подходи!
– Да больно мне нужно! – хмыкнул голос. – Сиди себе, раз простуды не боишься! Чай не месяц май все же.
Инга решила, что и впрямь в сидении на холодной земле полезного для здоровья мало, и предприняла попытку встать. Но тут же застонала и села обратно. Резкая боль пронзила ногу, которую она, кажется, подвернула.
– Чегой ты там? Ушиблась, что ли? – вдруг насторожился голос.