Чтение онлайн

—А наши карабины на что? — откликнулся, растирая ноги, траппер Джордж. — Мы им зададим такую встряску, что…

— Смотри, как бы они тебе не задали встряски! Не зевай, не зевай! — крикнул Джон.

И вслед за этими словами дал выстрел в какую-то подкрадывавшуюся с боку тень.

В ответ на выстрел агента раздался яростный медвежий рев, и гигантский серый медведь поднялся во весь свой исполинский рост в десятке шагов перед охотниками. А из разных уголков островка, полузалитого водой, послышались голоса потревоженных зверей.

— Господи мой Боже! — испуганно отпрянул Джордж, разряжая в медведя свой карабин. — Да мы попали, кажется, в настоящий зверинец!

— К герру Гагенбеку и К°! note 1 — засмеялся Джон, добивая новым выстрелом раненого медведя — Однако не зевай, не зевай, ребята! Раскладывай огонь! Огонь поможет нам защищаться от товарищей этого косолапого!

В мгновение ока беглецы, выбрав удобную позицию, развели костры и принялись отстреливаться из-за этой огненной баррикады, посылая пули в метавшихся по островку диких животных.

А эти последние, словно обезумев, оглашали воздух сотнями яростных голосов, и в этом хаосе звуков сливались рев медведей, мычание бизонов, голодное мяуканье ягуаров, рычание свирепых кугуаров, носящих название американских львов.

И в дополнение к этому концерту откуда-то, правда, покуда еще издали, слышалось перекликание преследовавших беглецов индейцев…

— Хорошенький концерт, нечего сказать! — ворчал агент. — Пожалуйте, пожалуйте, леди и джентльмены! Вход бесплатный! Желающим преподносится угощение из свинца!

Подбадривая товарищей своими шутками, старый агент в то же время с явной тревогой озирался вокруг, думая о том, что положение беглецов, спасшихся, правда, от индейцев, но зато наткнувшихся на целое полчище диких и, главное, изголодавшихся зверей, не улучшилось, а ухудшилось. Во всяком случае беглецы попали, как говорится, из огня да в полымя.

Пока им удавалось поддерживать огонь, они были в сравнительной безопасности. Но небо хмурилось, время от времени с пробегавших над мокрой землей туч падали росинки, и нельзя было поручиться, что к утру не пойдет дождь, который в мгновение ока затушит разведенные костры.

Что будет тогда, когда исчезнет огненная баррикада, сдерживающая разъяренных зверей?

Кроме того, в интересах самих беглецов, стремившихся скрыться от преследовавших их индейцев, было производить как можно меньше шума, привлекать как можно меньше внимания.

А тут, как на грех, приходилось разводить сильный огонь, свет которого должен был служить краснокожим путеводным маяком, и поддерживать почти без перерыва форменную канонаду.

— Неважны, совсем неважны наши дела! — ворчал про себя правительственный агент, но тут же отпускал какую-нибудь из своих грубоватых шуток, чтобы поднять настроение товарищей.

— Стреляйте, стреляйте, джентльмены! Может быть, мы таким образом разрешим проблему, как накормить всех этих голодных питомцев мистера Гагенбека и К°, и они оставят нас в покое.

— Это как же? — осведомился молодой офицер.

— Очень просто, мистер Девандейл! Обратите-ка ваше внимание на то, что тут творится на наших глазах. Вон смертельно раненный нами по неосторожности гризли, не желая погреть свои бока у нашего костра, отполз в сторону. Может быть, он имел глупость обратиться к сородичам с просьбой сделать ему перевязку. А результаты?

Можете видеть собственными глазами! За «помощь» раненому взялись ягуары, но боюсь, что они, будучи не столько терапевтами, сколько хирургами, прирожденными анатомами, препараторами трупов, так «помогут» косолапому, что от него через полчаса останется одно только приятное воспоминание.

Девандейл поглядел в указанном направлении и в полумгле близящейся к концу ночи увидел трагическую сцену: несколько огромных ягуаров сразу набросились, словно по сигналу, на истекавшего кровью медведя и буквально рвали его на куски.

Медведь отбивался, награждая своих кровожадных врагов страшными ударами могучих лап, способными перешибить спинной хребет бизона, но ягуары то ловко увертывались от этих ударов, отпрыгивая в сторону, то снова кидались в атаку на медведя, норовя захватить его сзади.

И вот лесной великан изнемог, обессилел. И тогда над его еще теплым телом закипело отвратительное пиршество: ягуары рылись в его внутренностях, растаскивали куски трепещущего тела гризли и тут же пожирали свою добычу.

А целая стая койотов, или американских волков, окружив тесным кольцом место побоища, жадными горящими глазами следила за трапезой ягуаров и словно ждала момента, когда и им, койотам, представится возможность вонзить свои острые зубы в тело какого-нибудь из пирующих хищников.

— Может быть, в самом деле, если мы уложим несколько штук, остальные, насытившись, успокоятся и оставят нас в покое? — высказал нерешительно предположение Джордж Девандейл, глядя на эту трагическую сцену и невольно крепче сжимая дуло своего «райфла».

— Какое там?! — досадливо отозвался Джон. — Чтобы насытить всю эту массу зверья, собравшуюся здесь, понадобилось бы перебить чуть ли не четверть их. Нет, мистер Девандейл, на это нам надеяться, простите, нечего. Это я только пошутил, что, стреляя животных, мы сможем разрешить задачу, как от них избавиться. На самом же деле нам надо надеяться на что-нибудь другое.

— На что же именно?

— А на какую-нибудь случайность. Или на чудо… Со мной сколько раз бывало: сидишь, кажется, в совершенно безвыходном положении, а тут, трах, судьбе угодно прийти на помощь, и она посылает…

— Какого-нибудь ангела?

— Н-ну, ангелов, положим, я ни разу не видел, но…

В это мгновение с той именно стороны, где больше всего копошились хищные звери, послышался ясный и спокойный женский голос. И казалось, что действительно свершается неслыханное чудо: среди зверей показалась тонкая и стройная фигурка. К огненной баррикаде шла безбоязненно молодая женщина в живописном костюме индейских скво. В правой руке она держала гибкий хлыст, которым награждала увесистыми ударами попадавшихся на ее пути хищников, словно завзятая цирковая укротительница, выступающая перед многочисленной публикой.