Чтение онлайн

Но благодаря указанию Джона никто из пленников не пострадал, если не считать кое-каких ожогов от углей, при помощи которых пленники на самом деле довольно скоро избавились от связывавших их веревок.

Неравный бой скоро кончился: на поле битвы валялись изуродованные трупы последних сиу. Только ничтожный отряд сиу успел смелым и неожиданным натиском прорвать ряды янки и унесся вихрем в лес, провожаемый недружными выстрелами солдат.

— Миннеага ушла! — воскликнул почерневший от порохового дыма волонтер, в котором наши читатели не без труда узнали бы служившего проводником Форсайту бывшего бандита Сэнди Гука.

— И Красное Облако с ней! — ответил ему, выкарабкиваясь из-под загоревшихся кож типи-тюрьмы, Джон.

— Десять тысяч долларов за поимку Миннеаги снова уплыли у меня из рук! Проклятье! — вопил Сэнди.

— Мой скальп и мой парик! — вторил ему разъяренный агент.

— Но мы еще можем нагнать последних сиу! — заметил Джордж Девандейл. — Я только переговорю с генералом…

Генерал Форсайт как нельзя более радушно отнесся к спасшимся из плена сиу охотникам и по-дружески приветствовал Джорджа Девандейла, сказав, что помнит еще его отца, участника многих кампаний.

— Однако, — сказал он, окидывая хмурым взором поле битвы, усеянное трупами краснокожих, — совершенно неожиданно нам пришлось выдержать форменное сражение, и если бы не наши митральезы, Бог знает, удалось бы нам одержать победу?

— Да, но зато победа — полная!

— Которая не так много славы принесет нам, — махнул рукой генерал. — Взгляните! Ведь чуть ли не две трети убитых — женщины и даже дети! Правда, и они приняли активное участие в битве, и они, как безумные, бросались на наших солдат с оружием в руках, но все же тяжело, когда видишь, что в сведении кровавых счетов принимают участие не только воины!.. И к тому же тут, на этих мертвых полях, полегли безусловно последние остатки некогда многочисленного и могучего племени. Берега Волчьей реки отныне могут получить название «могилы племени сиу». Спаслось не больше полусотни.

Подошедший к ним тем временем Джон Максим вмешался в разговор:

— Зато опять ускользнули люди, которые больше всех повинны в гибели всего племени сиу. Я видел, как умчалась Миннеага, но на всякий случай осмотрел все поле битвы: среди трупов нет ни женщины-сахема, ни ее отца, знаменитого Красного Облака.

— Меня, — отозвался равнодушно генерал Форсайт, — это ничуть не беспокоит. Правда, за поимку Миннеаги и ее отца назначена солидная премия, но Но ведь, раз не существует теперь самого племени сиу, что может сделать пресловутая охотница за скальпами?

— Значит, вы, генерал, не пошлете никого преследовать беглецов? — задал вопрос агент.

— И не подумаю, — ответил Форсайт. — Чтобы гоняться за рассыпавшимися по лесам и полям этой дикой местности индейцами, мне пришлось бы задержаться здесь на несколько дней, а инструкции требуют моего нахождения на старых позициях. Как только окончится перевязка раненых и эвакуация немногих пленных, я ухожу назад.

— Что вы, генерал, думаете делать с военной добычей?

— Какой? — удивился генерал Форсайт. — Кроме оружия, «сожженные леса» не имели при себе решительно ничего ценного! Оружие, понятно, я заберу с собой, ибо это соответствует моим инструкциям. Все же остальное меня не касается! Да, думаю, в этой пустыне не найдется много охотников поживиться добром сиу.

— Если так, то не можем ли мы обратиться к вам с просьбой — снабдить нас боеприпасами, позволить нам выбрать кое-что из конфискованного оружия, ибо наше собственное исчезло, и взять немного припасов, а также несколько мустангов? Ведь, кажется, вами захвачен целый табун, и пять-шесть коней вас не разорят.

— Само собой разумеется! Вы получите все желаемое! Конечно, вы уйдете отсюда вместе с моим отрядом?

— Ни в коем случае! Если бы вашим солдатам удалось изловить Миннеагу, то, разумеется, мы присоединились бы к отряду. Но Миннеага на свободе, и мы последуем за ней. Я не успокоюсь, покуда или она, или я не переселимся в лучший мир!

— Да что за счеты у вас с охотницей за скальпами?

— Очень большой и кровавый счет, генерал. Сегодня он должен был закончиться нашей смертью у столба пыток, но вы выручили нас. Значит, дело надо начинать сызнова…

— Как хотите, — пожал плечами Форсайт, — я свое дело сделал, последние сиу не перейдут границ Канады, чтобы вечно поджигать против нас своих соплеменников, и я могу уйти в свой лагерь, что и исполню с большим удовольствием. Подальше от этих груд трупов, от этой «могилы сиу»!

Часа полтора спустя отряд янки покинул место кровавой трагедии. Охотники еще немного задержались: они должны были заняться весьма серьезными сборами в путь, в погоню за бежавшими сиу. Надо было запастись отборным оружием, надо было выбрать хороших, выкормленных, тренированных, выносливых мустангов из отбитого у индейцев табуна. Наконец, приходилось позаботиться и об амуниции: из вещей, отобранных краснокожими при взятии охотников в плен, бесследно исчезло самое ценное, а в грудах хозяйственного хлама, загромождавших покинутые типи истребленного племени, найти более или менее подходящие вещи оказывалось далеко не просто.

Джордж Девандейл изо всех сил поторапливал своих спутников покинуть мертвое становище: даже ему, солдату, привычному к картинам войны, было как-то не по себе в этом «Лагере мертвых», хотелось как можно скорее уйти отсюда.

И вот вскоре после полудня, закончив все сборы, маленький отряд тронулся в путь.

— Куда и зачем мы едем? — осведомился лорд Уилмор перед отправлением.

— Ах, Боже мой! — раздраженно отозвался Сэнди Гук. — Я и позабыл про этот липкий пластырь!

— Куда мы едем?

— Туда, где нас нет!

— Зачем мы едем?

— Искать прошлогодний снег!

— Я хочу охотиться на бизонов, а не искать снег! — обидчиво заметил англичанин. — Я плачу вам за то, чтобы вы помогали мне охотиться, а не за поиски снега!

— Да о чем вы беспокоитесь, ваша светлость?! Мы именно там отыщем множество бизонов! Усаживайтесь-ка лучше на своего мустанга!

Но англичанин не проявлял намерения садиться в седло.

— Чего же вы ждете? — спросил его Джон.

— Я еще не взял сего дня утреннего урока бокса! Я плачу аккуратно и потому имею право требовать…