Шрифт:
(Действие пьесы разворачивается в спальне принадлежащего Нату Акерману двухэтажного дома, стоящего где-то в Кью-Гарденз. Все стены в коврах. Просторная двойная кровать и немалых размеров туалетный столик. Изысканная мебель, шторы, на стенных коврах – несколько живописных полотен и довольно несимпатичный барометр. При открытии занавеса звучит негромкая мелодия – это основная музыкальная тема спектакля. Нат Акерман, лысый, пузатенький пятидесятисемилетний производитель готового платья, лежит на кровати, дочитывая завтрашний номер «Дейли-Ньюс». Нат в халате и шлепанцах, газету освещает лампочка в белом металлическом абажуре, прикрепленная зажимом к спинке в изголовье кровати. Время близится к полуночи. Внезапно раздается какой-то шум, Нат садится в кровати и поворачивается к окну.)
НАТ: Какого черта?
(В окне, неуклюже корячась, возникает мрачная личность. На незнакомце черный плащ с клобуком и черный, в обтяжку костюм. Клобук покрывает голову, оставляя открытым лицо – лицо пожилого человека, но совершенно белое. Внешне он немного смахивает на Ната. Громко пыхтя, незнакомец переваливается через подоконник и рушится на пол.)
СМЕРТЬ: Иисусе Христе! Чуть шею не сломал.
НАТ (в замешательстве глядя на пришлеца): Ты кто такой?
СМЕРТЬ: Смерть.
НАТ: Кто?
СМЕРТЬ: Смерть. Послушай, можно я присяду? Я себе чуть шею не свернул. Дрожу, как осиновый лист.
НАТ: Нет, но кто ты такой?
СМЕРТЬ: Да Смерть же, Господи. Стакан воды у тебя найдется?
НАТ: Смерть? Что ты этим хочешь сказать – смерть?
СМЕРТЬ: Ты что, не в себе? Не видишь – весь в черном, лицо белое…
НАТ: Ну, вижу.
СМЕРТЬ: Разве нынче Халлоуин?
НАТ: Нет.
СМЕРТЬ: Ну вот, значит, я – Смерть. Так могу я получить стакан воды – или хоть лимонаду?
НАТ: Если это какая-то шутка…
СМЕРТЬ: Какие шутки? Тебе пятьдесят семь? Нат Акерман? Пасифик-стрит, сто восемнадцать? Если только я ничего не перепутал… сейчас, у меня где-то был список вызовов… (Роется по карманам и наконец извлекает карточку с адресом. Похоже, адрес правильный.)
НАТ: И чего ты от меня хочешь?
СМЕРТЬ: Чего я хочу? А как по-твоему?
НАТ: Ты, наверное, все-таки шутишь. Я совершенно здоров.
СМЕРТЬ (равнодушно): Ну да, еще бы. (Оглядывается по сторонам.) А ничего у тебя квартирка. Сам обставлял?
НАТ: Нанял тут одну бабу, декораторшу, да только за ней все равно пришлось присматривать.
СМЕРТЬ (вглядываясь в одну из картин): А вот эти детишки с вытаращенными глазами мне нравятся.
НАТ: Я пока еще не хочу уходить.
СМЕРТЬ: Да ну? Слушай, не затевай ты эту бодягу. Меня, к твоему сведению все еще тошнит от подъема.
НАТ: Какого подъема?
СМЕРТЬ: По водосточной трубе. Хотел произвести впечатление. Вижу, окна большие, ты не спишь, читаешь. Вот и решил, что стоит попробовать. Думаю, влезу и появлюсь с этаким – ну, сам понимаешь… (Прищелкивает пальцами.) А пока лез, завяз башкой в каких-то плетях, труба обломилась, я и повис, буквально на волоске. Потом еще капюшон начал расползаться. Послушай, пойдем, что ли? Ночка выдалась тяжелая.
НАТ: Ты сломал мою водосточную трубу?
СМЕРТЬ: Ломал. Да только она не сломалась. Так, погнулась немного. А ты что, ничего не слышал? Я знаешь как об землю хряпнулся?
НАТ: Я читал.
СМЕРТЬ: Наверное, что-нибудь интересное. (Поднимает с пола газету.) "ГРУППОВАЯ ОРГИЯ С УЧАСТИЕМ ДЕВУШЕК, ИЗУЧАЮЩИХ «НОВУЮ АМЕРИКАНСКУЮ БИБЛИЮ». Можно, я это возьму?
НАТ: Я еще не дочитал.
СМЕРТЬ: Ну… я не знаю, как бы тебе объяснить, дружище…
НАТ: А почему ты просто в дверь не позвонил?
СМЕРТЬ: Я же тебе говорю, можно было б и позвонить, но как бы оно выглядело? А так все-таки – драматический эффект. Нечто внушительное. Ты «Фауста» читал?
НАТ: Кого?
СМЕРТЬ: И потом, вдруг у тебя компания? Сидишь тут с важными шишками. И нате – я, Смерть, звоню в дверь и влезаю к вам, как я не знаю кто. Разве так можно?
НАТ: Послушайте, мистер, время уже позднее…
СМЕРТЬ: Ну, а я о чем? Пошли, что ли?
НАТ: Куда?
СМЕРТЬ: Брось. Жилье. Иди. За. Мною. У. Меня. Во гробе. Тихо. (Разглядывает свое колено). Надо же, как разодрал. Первое задание, а я того и гляди гангрену подхвачу.
НАТ: Постой, постой. Мне требуется время. Я еще не готов.
СМЕРТЬ: Сожалею. Но помочь не могу. И рад бы, да вот видишь ли – пробил твой час.
НАТ: Какой такой час? Я вон только что слил свою компанию с «Оригинальными Модистками».
СМЕРТЬ: Подумаешь, разница – парой баксов больше, парой меньше.
НАТ: Тебе-то, конечно, без разницы. Тебе, небось, все расходы оплачивают.
СМЕРТЬ: Так пойдем мы или не пойдем?
НАТ (внимательно вглядываясь в собеседника): Ты меня, конечно, извини, но я не верю, будто ты – Смерть.