Слуга Люцифера
Шрифт:
– Мам, ты чего? – Ленка оторвалась от уроков и с удивлением воззрилась на мать.
– Да, ничего… Делай уроки. Просто мне тут одно место очень понравилось, хочу перечитать. Ну, где же оно? А вот, нашла…
Полина быстро пробежала глазами по рукописи:
«Незнакомец посмотрел на свой рубиновый перстень: камень стал насыщенно-красным, создавалось впечатление, что ещё мгновенье и из него начнёт сочиться человеческая кровь».
Полина замерла, словно её охватил столбняк. Сознание медленно возвращалось к ней, принося всё ту же мысль: кроваво-красный рубиновый перстень…
Полина сидела на кресле, рукопись рассыпалась: она ощутила смутное чувство тревоги, словно компаньонка Лукреции. Перед глазами стоял перстень Асмодея.
Она быстро набрала номер Ковалёва.
– Алло, Серёж, ты? Привет! Я прочитала рукопись.
– Что скажешь?
– Закручено… Я так понимаю, мужик с рубиновым перстнем – типичный представитель нечистой силы.
– Да, так и есть, – подтвердил Сергей.
– Скажи, а откуда ты его взял?
– Придумал. Да, и помнишь, я тебе рассказывал про сны с Лукрецией…
– Да, да. И что?
– Он мне снился.
– Прямо с перстнем? Или ты придумал его для полноты картины – рубин всегда считался магическим камнем.
– Не помню точно. Отчасти ты права, Полина, может, и придумал. Но мужик снился точно, я хорошо помню.
– А что он делал?
– Увивался около Лукреции, совращал её, а потом меня. Уже не помню всех подробностей. Ты лучше скажи, мне дальше писать?
– Да, да, обязательно – необычный взгляд на семейство Борджиа.
Глава 10
Полина стеснялась приглашать Асмодея к себе в запущенную квартиру. Поэтому при очередном свидании, обременённая внутренним чувством тревоги, предложила посетить кафе «Теремок», расположенный недалеко от поликлиники, где совсем недавно она проводила импровизированный сеанс психоанализа с Сергеем Ковалёвым.
Асмодей, прекрасно понимая стеснённые обстоятельство подруги, неожиданно предложил, надкусывая свежий эклер:
– Отправь дочь на зимние каникулы за границу. Я куплю путёвку на молодёжный тур. Мы же поведём время вместе, скажем у меня, а твоей квартирой займутся мои строители и приведут её в приличный вид.
– Не знаю… – протянула Полина, рассматривая с особым вниманием перстень Асмодея: начнёт из него сочиться кровь или нет?
Асмодей, заметив повышенный интерес подруги к своему ювелирному изделию:
– Отличный камень, – он нарочито поиграл пальцем: рубин переливался оттенками красного. – Наследство от моего немецкого предка, он перебрался в Россию во времена Петра Великого.
Полина улыбнулась, окончательно успокоившись и отогнав гнетущие мысли:
– Да, удивительная красота!
«Какая глупость думать, что Асмодей имеет отношение к нечистой силе! Совсем рехнулась!» – с облегчением подумала она.
– Итак, что скажешь, по поводу поездки дочери? – спросил Асмодей, отпивая кофе.
– Пожалуй, интересное предложение. Думаю, дочь будет в восторге.
– Решено: беру путёвку в Чехию прямо с тридцатого декабря и оформляю все необходимые документы.
С двадцать пятого декабря в квартире Разумовских начались сборы в Чехию. Ленка перетрясла весь свой гардероб и пришла к выводу, что в таком прикиде можно ехать только во Вьетнам и то в приграничную зону с Китайской республикой.
– Мам, ну всё фигня! Такое уже давно не носят! – вопила юная модница.
– Лена, что ты хочешь от меня с такой зарплатой?
– Новых шмоток! – удивилась дочь непонятливости старшего поколения.
– А на что я тебе их куплю?
– Мам, ну одолжи денег у своего бой-френда.
– Что-о-о? – возмутилась Полина. – У тебя есть совесть!? Асмодей оплатил тебе такой дорогой тур!
– Подумаешь! – фыркнуло прелестное дитя. – Можно подумать, он последнее отдал.
Полина рухнула в кресло, не найдясь, что ответить дочери. Наконец, окинув взглядом, свою акселератку, предложила:
– Давай, новый джинсовый костюм тебе отдам. Он как раз будет впору, вон как вымахала!
Ленка задумалась.
– А сумочку дашь поносить?
Полина беспомощно кивнула, готовая отдать всё, лишь бы чадо отправилось за европейскими впечатлениями.
Рано утром тридцатого декабря Полина посадила Ленку в такси, любезно присланную и оплаченную бой-френдом, чмокнула её в щёку и не удержалась от напутствия:
– Документы в сумочке, держи её при себе. От группы не отбивайся.
– Ага, экскурсовода слушайся, веди себя хорошо – будь пай девочкой, – съязвила Ленка, располагаясь на сидении поудобней.
Полина захлопнула дверь машины:
– Ну, с богом! – сказала она и помахала дочери.
Полина направилась в подъезд с чувством облегчения: неужели она отдохнёт без дочери целую неделю? Она пришла домой, разделась, завалилась в постель и тут же отключилась.
Её разбудил настойчивый звонок в дверь. Полина взглянула на часы – почти двенадцать часов дня: кого там ещё принесло?
Полина неохотно встала, накинула халат и почапала к двери. Глазка в двери не было, поэтому, используя проверенный дедовский способ, она спросила:
– Кто?
– Конь в пальто! – раздалось с другой стороны двери. – Асмодей! Открывай!
Полина опешила: вид у неё был совсем не подходящий для приёма гостей. Она открыла дверь:
– Извини, я не одета…
– Да, ладно! Чего стесняешься, все свои! – выпалил Асмодей, распахнул дверь, запуская в квартиру трёх рабочих в синих комбинезонах.