Чтение онлайн

В шатре властителя Ксакатекаса при мягком свете масляных ламп шел негромкий разговор между целителем и одним из лучших воинов, получившим тяжелое ранение. Мара поклонилась правителю Чипино, который превосходил ее по положению. Хотя заслуга в успешном проведении маневра принадлежала именно ей, она не хотела это подчеркивать. Поэтому она не стала дожидаться Ксакатекаса у себя в шатре, чтобы принять поздравления, а пришла к нему сама, ничуть не уронив при этом своего достоинства: можно было подумать, это обычный визит вежливости.

– Властитель Чипино, - произнесла она с легкой улыбкой, - ты интересовался воинами из моей охраны и в особенности солдатом, который так искусно изобразил труса, что даже хваленый кузен Десио Минванаби попался на этот крючок.

Чипино отпустил слугу, который прикладывал горячие компрессы к усталой спине и шее господина, и знаком приказал мальчику-рабу подать халат.

– Да, это так, - подтвердил Чипино, переводя взгляд на высокую фигуру, маячившую за спиной Мары.
– Подойди-ка поближе.

Кевин сделал шаг вперед. Он был одет в мидкемийские шоссы и рубаху с просторными рукавами, перехваченную в талии цуранским поясом из раковин. Его смешливые глаза без тени смущения выдержали пристальный взор Чипино.

Властитель Ксакатекас был немало удивлен, узнав в нем рыжеволосого варвара, которого частенько видел рядом с Марой. Военачальник Акомы уже доложил, что план военной операции был придуман Кевином, что каждым своим вздохом все они были теперь обязаны варварской хитрости. Чипино прокашлялся. Правила вежливости, принятые в Империи, не предусматривали обращения к рабу, отличившемуся на войне, и властитель ограничился лишь милостивым наклоном головы. Затем он приказал подать Кевину подушку, которую мальчик-раб тут же извлек из спального алькова самого господина. После этого Ксакатекас приступил к щекотливой теме.

– Значит, ты раб, и поэтому тебе нетрудно было изобразить трусливое бегство, как научила тебя госпожа?

К великому изумлению Чипино, Кевин рассмеялся.

– То, что я раб, здесь ни при чем.
– По келеванским понятиям, его голос звучал чересчур громко.
– Это стоило сделать хотя бы ради того, чтобы увидеть, как перекосилось лицо полководца Тасайо.

Чтобы скрыть замешательство, правитель Чипино отхлебнул из пиалы глоток тэша.

– По словам госпожи, у себя дома ты был боевым офицером. Неужели ты по доброй воле согласился на такой позор - притвориться трусом?

– Позор?
– переспросил Кевин, не веря своим ушам.
– Нужно было выбирать одно из двух: либо обмануть врага, либо всем нам распрощаться с жизнью. Что такое минутный позор по сравнению с вечным покоем?

– Его соотечественники дорожат жизнью больше, чем мы, - подсказала Мара.
– Они ничего не знают о Колесе Судьбы и не ведают божественной истины. Им не понять, что в следующем воплощении мы вернемся на то место, которое заслужим своей честью.

Тут вмешался Кевин:

– У вашего народа прочные традиции, но их трудно приспособить к конкретному случаю. Вы не цените шутки, как ценим их мы, жители Королевства Островов.

– Ах вот как.
– Властитель Чипино решил, что этим все объясняется.
– Спасаясь бегством от Тасайо, ты убеждал себя, что это шутка.

Кевину пришлось призвать на помощь все свое терпение.

– Если очень упрощать, можно, наверное, представить дело и так.
– Склонив голову набок и откинув длинные рыжие пряди, он добавил: - Труднее всего мне было не рассмеяться вслух.

Чипино погладил подбородок.

– Значит, это была шутка, - повторил он с озадаченным видом.
– У вас, мидкемийцев, странный образ мыслей.

Он перевел взгляд на Мару и удостоверился, что слуги подали ей чоку. Они были приучены потакать прихотям гостей. Это окупалось сторицей. Любой противник смягчался, когда мог чувствовать себя как дома. Конечно, Мара пришла к нему не как противница, но правитель Чипино чувствовал, что он ей обязан, и не хотел оставаться в долгу.

– Госпожа Мара, если бы не храбрость твоих воинов и блестящая тактика боя, семья Ксакатекасов понесла бы еще более тяжкие потери. Мы этого никогда не забудем и готовы предложить щедрую и достойную награду.

Властительница была молода; обладая природными способностями, она еще не успела как следует закалить свой характер в Игре Совета. Сейчас это выразилось в том, что ее щеки залил пунцовый румянец.

– О властитель, солдаты Акомы делали только то, что подобает союзникам. Мы не ждем иной награды, кроме скрепления нашего союза публичной клятвой по возвращении на континент.

Мара потупилась и стала еще больше похожа на девочку. По ее челу пробежала легкая тень: правительница догадалась, что нужно попросить у Ксакатекасов чего-нибудь более существенного, чтобы не ставить их в ложное положение и в дальнейшем не рисковать их благосклонностью.

– Господин Чипино, - церемонно произнесла она, - за действия Акомы в поддержку твоего дома прошу тебя оказать мне ответную услугу: пообещай один раз проголосовать на заседании Имперского Совета так, как будет выгодно мне. Если, конечно, ты сочтешь это приемлемым.

Правитель Чипино удовлетворенно кивнул. Просьба была совершенно необременительна, а властительница не по годам скромна, если ограничилась таким пожеланием. Он немедля вызвал писца, чтобы изложить договор на пергаменте и скрепить печатью. От себя Чипино добавил:

– Я прикажу изготовить лучшие доспехи для этого варвара, чтобы в другой раз ему было сподручнее выдавать себя за караульного.

Кевин улыбнулся, оценив скупой цуранский юмор. Он знал, что ему никогда в жизни не будет дозволено носить доспехи, - они останутся у него как военный трофей.

Когда все вопросы были решены к взаимному удовольствию, Чипино хлопнул в ладоши.

– Мы пообедаем здесь, - сказал он и жестом дал понять, что приглашение относится и к мидкемийцу.
– Поднимем кубки доброго вина, чтобы отпраздновать победу.