Чтение онлайн

— Девочка, — тихо обратился он, присаживаясь рядом. — Девочка, тебя как зовут? Не бойся, никто тебя не тронет. Просто как тебя зовут?

— Катя, — всхлипнула она, отползая.

— Точно юродивая. Имя-то какое, ни разу не слыхал такого, — проворчал один из оставшихся, но на него сразу шикнули, чтобы не мешал.

— Катя, Катя, не бойся. Я — Ратира, а это мои люди. Мы хоть и разбойники, но душегубами не были и становиться не собираемся, — спокойно, не спеша говорил он, внимательно следя за девушкой. — Катя, пойдём с нами, отдохнёшь, посмотришь. А утром, слово даю, проводим до деревни. Давай, Катя, — протянул он руку ладонью вверх, — никто из нас тебя не обидит. Мы богов чтим, юродивых не трогаем. Так что пойдём, пойдём.

Он осторожно помог ей встать, продолжая говорить, старательно сохраняя хрупкое подобие доверия. Катя не переставала всхлипывать, и её по-прежнему трясло, но покорно поплелась следом, спотыкаясь на каждом шагу. Ей, наверное, было уже всё равно, а может, очень хотелось поверить этому человеку с успокаивающим голосом. Она даже не вслушивалась в слова, запоздало понимая их смысл, и даже не заметила, как за её спиной оставшиеся разбойники затёрли следы в пыли.

Идти предстояло недолго — всего в нескольких десятков шагов от дороги обнаружилась разбойничья стоянка. Мужчины обжили берег полноводного ручейка, спрятанный со всех сторон деревьями, подлеском и крутым склоном холма. Между ветками в нескольких местах они натянули пологи, под которыми рядами были обустроены лёжки из веток. Весь лагерь выглядел обжитым, основательным, но всё равно временным.

Катю усадили поближе к одному из костров, заверили, что «вечерять» будут совсем скоро, а пока пусть отдыхает, а если что нужно, так каждый обязательно поможет, и оставили в покое. Девушка немного отодвинулась, прислонилась к ближайшему стволу и прикрыла глаза. А вокруг кипела жизнь — дежурные суетились возле котелков, кто-то притаскивал хворост и дрова в запас, а остальные громким заговорщицким шепотом обсуждали и случившееся, и собственные проблемы.

— А она правда юродивая? А то о них не слышно было ещё с тех пор, как мой дед холостым ходил.

— Да ты шо! Ты только имя её послушай — Катя. Да и слова странные она говорила, непонятные. И-ли-ри-чи-ка. Во! Всё, как люди говорят.

— Воды принесите! Каша подгорает! — крик дежурного перекрыл остальные голоса.

— Не, не похожа. Эльфка она, сбеглая. А эльфы не юродствуют.

— Да несу я! Несу я воду!

— Может и эльфка, только определить-то как? Это эльфы своих нутром чуют, а нам как?

Спорщики отошли в сторону, и стало слышно обрывок другого разговора. Эти собеседники не пытались прятаться и не боялись никого обидеть своими словами.

— Атаман, нам тоже жаль ребят, но ты поступил правильно. Разве встреча с Катей не подтверждение? Разве это не одобрение богов?

— А может, наоборот? Кто знает, что боги хотели увидеть...

— Не винись, атаман. Мы все пришли сюда за большими деньгами, остальное без надобности. А Кархи ещё до прошлой войны странный был. И остальные, кто с ним ушел, того же толка.

— Да, Ратира, Кархи только старика и слушался, а как дед первым от мора помер, так и ополчился. Кто его знает, чем ему эльфы так нагадили, а нам девок выкупать нужно.

— Ну куда! Не видишь, что там картоха, потопчешь!

— Боги на нас не погневаются, атаман. Ты уж сколько себя мучишь, но хватит. Юродивой повинись, если так уж жжёт, но руки опускать не смей!

— Не, девочка и так запугана, что тени боится. Зачем ещё пугать тем, что мы Кархи из-под контроля выпустили.

— Как знаешь, атаман, как знаешь...

Остаток разговора командиров Кате, мгновенно замёрзшей, услышать не довелось, его заглушил спор вернувшихся шептунов.

— Да не бывает людей с такими волосами! Я скольких повидал, когда к купцу нанимался. И не видел ни одного такого человека. Эльфка это!

— Ну как ты хочешь это проверить? Ну одели девочку в эльфийское платье, ну и с волосами, поди, что-то сделали. Да человек это. Ну, пошли прямо спросишь!

— Да нет, нет! Чтобы я такое у неё спросил. Да лучше провалиться, чем юродивую обидеть. Это же, это же... да ну вас, но эльфка это!

Сердитое бурчание начало удаляться, а оставшиеся разбойники дружно захихикали. Шум обжитого лагеря странным образом умиротворял, а обыденные разговоры добавляли уверенности, что здесь безопасно, что бояться нечего.

— Девушка, — говоривший подошел тихо, и его оклик стал неожиданным. — Говорят, тебя Катей звать? — любопытный мальчик заглядывал в глаза, присев рядом. — Идём вечерять, сейчас кашу раскладывать дядька будет.

— А руки вымыть? — растерявшись, невпопад спросила Катя.

— Зачем? Ну, пошли до ручья, там и помоешь, ели хочется, — удивился парнишка и протянул руки, чтобы помочь встать.

Мальчик изрядно робел, но отчаянно пытался не показать этого. Он старательно приосанивался и пытался казаться взрослым, но только заметней было, что ему лет двенадцать, вряд ли больше. Смотрелось забавно. А остальные провожали девушку взглядами, на мгновения благоговейно замолкая. Но Катя вряд ли бы решилась объяснить, как на неё смотрели: с надеждой, ожиданием, восхищением? Тем более ей стало не до этого, когда внезапно она обнаружила утоптанный подход к воде.

— Вот. Я тут подожду, покараулю. Никто тебя не побеспокоит. — Мальчик демонстративно повернулся спиной к ней и изготовился охранять. — Только не задерживайся, а то всю кашу скушают! — добавил он, не выдержав.

— Хорошо, не волнуйся, — не выдержав нелепости ситуации, засмеялась Катя.

Минутой позже она, наконец-то, опустила руки в воду и плеснула прохладой на лицо. Девушка с удовольствием смывала пыль и грязь с ладоней и лица, пила прямо из горсти. И ей стало легче, но вместе с тем на неё навалилась усталость и ноги стали ватными.

— Ну, ты скоро? — мальчик беспокойно обернулся. — Каша же!

— Идём, — она улыбнулась и сама удивилась своей легкости этой улыбки. — Только помоги, падаю.

— Да, да, только поспешим, покушать уж больно хочется. А то сегодня дядька мой дежурит, а он может... Ну, коль опоздаем, так и каши не достанется!

Мальчик тянул её вперёд, не замолкая ни на секунду, через лагерь. И действительно — многие уже достали миски и ложки и подтягивались поближе к котелкам. Да и до Кати сейчас дошел запах еды, напоминающий о голоде.