Чтение онлайн

Делать именно этого мне не хочется, без одной лошадки — как без рук, а вот, от второй, можно избавить, как и от приметного седла и поскорее продать, да продать пока некому. Для этого надо хотя бы на постоялом дворе остановиться и рассказать хозяину, что думаешь не задорого лошадку пристроить, то есть, дешево.

Дешево — это основной крючок для покупателей, когда надо сделать продажу быстро.

Но день уже катится к вечеру, до города я успею едва-едва, если буду переходить на галоп постоянно и точно, очень брошусь там страже в глаза. Если меня и не найдут в большом городе за ночь, то утром могут ждать на каждых воротах, придется опять бросать лошадей и оружие, дорогие арбалеты, точно, да и с копьем, без дворянства, не попутешествуешь. А пешком дворяне здесь не ходят, это само собой разумеющееся дело.

Поэтому я не стал бросать седло, посмотрел, что в седельной суме хранится, нашел немного хлеба, лука и сала, деревянную флягу со слабым вином и прочую солдатскую мелочь, вытряхнул ненужное барахло и отправился дальше.

Я хочу остаться дворянином, путешествовать на лошади, посетить несколько крупных городов, не расставаясь с оружием, поменять и потратить там деньги. Значит, мне надо скоренько миновать соседние с графством Бельвица земли и только потом можно расслабиться. Хотя, не факт, что можно..

Сегодня к вечеру, скорее всего, противостояние и напряжение, около башни покойных баронов, прекратится, Бельвицу с наследниками объяснят, что надо делиться. Графы и баронесса сядут за стол переговоров, причем Делия точно откажется от меня, объяснит, что не знала меня с колдунской стороны и ничего такого в виду не имела, даже принесет сочувствие пострадавшей от бесчестных методов войны стороне. Да, получается я безо всякой такой ощутимой прибыли использовал свой дар с большой силой, помял графа-подлеца и его кнехтов, теперь все проблемы у меня из-за этого благородного и некорыстного поступка. А ведь, такая сила должна приносить своему хозяина хорошие дивиденды и не использоваться всуе. Тем более, не должна заставлять его спать в лесу, отказываясь от комфорта и горячей пищи. Даже в случае, когда я зацепился с Рыжими уродами, в итоге, я отлично заработал. А, в последнем случае, ничего, кроме серьезных проблем, снова рисковал жизнью, убивал людей, тех кнехтов из засады и снова бегу..

Придется мне подумать о большей монетизации своих услуг.

Несмотря на потери, кнехтов у Бельвицев еще хватает и когда кто-то из крестьян срочно прискачет к замку и расскажет о найденном, перебитом патруле на границе и опишет меня, с двумя лошадьми, разъяренные наследники или наследник поймет, в какую сторону я уехал и, наверняка, отправится в погоню или разошлет такие же патрули оповестить соседних владетельных синьоров, кого необходимо задержать или убить со всей серьезностью.

Рассказ про мага, могущего убить за раз несколько человек, всех дворян очень возбудит, поэтому пора удирать изо всех сил.

Необязательно так произойдет точно, но лучше готовиться к худшему. Поэтому пару дней постоялые дворы и трактиры на этой дороге для меня закрыты, пока я не уеду в более удаленные места. Хорошо, что я не проговорился баронессам, что еду в порт и, вообще, ничего не говорил о своих планах.

Поэтому я пришпорил лошадь и поскакал вперед, через час, заметив постоялый двор, объехал его по кругу через лес, чтобы никто не мог рассказать вероятной погоне про меня и еще через час повернул налево по хорошо укатанной дороге. Начиная удаляться от порта, ведь направо крупных городов не видно, если верить карте, которая еще не подводила меня. Там только небольшие городки на побережье, где я точно буду на виду и не смогу поменять и потратить золото. Придется подольше путешествовать по дорогам Терума, что не так и плохо, перевалам тоже нужно время освободиться от снега и льда, еще месяц примерно надо ждать этого, по прикидкам Учителя. Ехать в ближайший крупный графский город для меня опасно, придется добираться до другого, только избавившись от второй лошади.

Когда стемнело, я нашел невысокий холм в стороне от дороги, отделенный узким болотцем от нее и заехал на него, привязал лошадей внизу за холмом, сварил себе кулеш в прихваченном на кухне замка маленьком котле и приготовил спальное месте на вершине холма.

Долго мне не спалось, разные мысли посещали сознание, вспомнил своих родителей и дочь, потом, оставленных близких людей и приятелей в Черноземье. Не мог уснуть, подспудно чего-то ждал и дождался, к полуночи послышался шум от стука копыт, я сразу метнулся к лошадкам. Зажал им морды, чтобы не заржали, почувствовав приближение своих братьев и сестер, хоть до дороги и было под двести метров. Когда всадники проскакали, поднялся наверх и долго смотрел им вслед, как мелькают в абсолютной темноте два факела, освещая дорогу очень торопящимся куда-то загонщикам.

Черт, очень некстати иметь такое сопровождение где-то впереди, придется уходить с дорог и пробираться тропинками, остерегаясь любой встречи и ночуя в глухих местах. Проскакало, кажется, четверо всадников, получается, что Бельвицы отправили три группы в погоню, всего человек двенадцать, по трем главным дорогам. Они, конечно, не будут долго сидеть в засаде, пару дней, не больше, но и я не собираюсь торчать тут в лесу столько времени.

Утро вечера мудренее, подумал я и все же уснул, раскинув несколько раз ночью сеть поиска, но ничего тревожного не обнаружил.

Утром рано перекусил, собрался и поехал вслед ускакавшим, следы от копыт лошадей которых отчетливо отпечатались на дороге. Придумать я еще ничего не придумал, поэтому ехал не спеша, оглядывая внимательно впереди лежащие кусты и рощи деревьев и понимая, что, сейчас я конкретно рискую, если засадники не встали где-нибудь на перекрестке, в корчме вести наблюдение, а остановились по дороге и ждут меня в любом месте. Тропинки и небольшие дорожки уходили в разные стороны от дороги частенько, но я не рисковал съезжать на них, совершенно не ориентируясь на местности.

Через пару часов такого медленного движения я услышал стук топора и приготовился к встрече с местными, зарядил арбалет и, пока без болта, положил его снова в чехол. Второй арбалет оставался в мешке на трофейной лошади, и я не стал доставать его, понимая, что пока он мне никак не поможет. Вот если бы я сидел в засаде, тогда — другое дело.

Через десять минут я приблизился к подводе, запряженной одной лошадью и стоящей на краю дороги, около которой пара крепких деревенских мужиков разделывала срубленное дерево, используя железную пилу и пару топоров. Так, это уже интересно, можно попробовать заручиться помощью местных и решить свою проблему.

Поэтому я подъехал к подводе и обратил внимание занятых своим делом мужиков на себя, постучав копьем по настилу.

— А, ваша милость, мы лес не воруем, от графа нашего разрешение через старосту получили! — зачастили мужики, решив, что я собираюсь предъявить им за порубку.

— Наплевать мне на ваше дрова! Я не за этим подъехал, подойдите, разговор есть, — успокоил я обоих мужиков, — Вместе подходите, чтобы сразу все слышали, — договорил я, видя, что один из них собирается рубить и дальше, отправив второго ко мне.