Чтение онлайн

– А вот мама спит. И тебе нужно поспать, - пожал плечами Саске, улыбнувшись мальчику.

– Мама не спит, она просто не просыпается, - моргнул глазами мальчик, пристально глядя на него.

– А в чём разница?
– поинтересовался Саске, даже немного удивившись такой трактовке состояния Сакуры.

– Я не знаю, как объяснить, - обречённо пожал плечами Юки, опустив голову.

На самом деле сам он понимал, что это значило. Сакура не спала, да… так и есть. Она просто не просыпалась. То ли не хотела, то ли она устала от всего этого. От всей этой бытовухи, которая преследовала её. Правда, Юки не знал, как это объяснить. Он прекрасно знал, что мама плачет по ночам. Зачастую он просыпался от её всхлипываний и лежал, глядя в потолок. Он поднимался с кровати и шёл к ней с такой надеждой успокоить, обнять и утешить… а когда приходил, она велела ему идти спать мягким и ровным голосом, словно уже и не плакала пару минут назад. Юки приходилось только слушаться и с обречённым видом идти в постель: мама дарила ему на ночь крепкие объятья и поцелуи в щёку и прямо в пухлые губки. Аккуратные такие, лёгкие, воздушные. Так могут целовать только ангелы, и для Юки мама была самым прекрасным ангелом на свете.

– Так и быть, сиди здесь. В случае чего — седьмой этаж в твоём распоряжении, герой, - пожал плечами Саске, усмехнувшись, и перевёл взгляд на Ино: - Не пускай его туда.

Это он сказал значительно тише, указав в сторону палаты, в которой находилась Сакура. Ино лишь осторожно закивала головой, переведя взгляд на Юки, и вновь нервно закусила губу: теперь она точно останется наедине с ребёнком и с его душевными терзаниями. А ещё наедине с его соблазном непременно зайти в палату своей мамы.

– Спокойной ночи, - мужчина лишь тихо вздохнул, бросив на Юки короткий взгляд.

– Доброй ночи, - тихонько пожелал Юки мужчине, когда тот уже удалился дальше по коридору. Ему нужно было осмотреть остальных пациентов, проверить и и убедиться, что всё хорошо. А потом? Потом пойти в свой кабинет и там попробовать вздремнуть… нет, нет, нет, с последним точно было отклонено. Несмотря на то что у него появлялись круги под глазами от всей этой усталости, что на него навалилась, Саске не собирался ложиться спать или ехать домой до утра. Он нужен был здесь. И главной его пациенткой, которую нужно было спасти от падения в глубокую премерзкую пропасть, была Сакура.

Это было невыносимо. Невыносимо было осознавать то, что она так пострадала, что она лежит в палате, такая больная и такая… недвижимая. Почему именно она? Очевидно, судьба вместе с кем-то там наверху решили просто посмеяться над Саске, сотворив это с Сакурой и включив в незапланированный сценарий его жизни маленького сына. Учиха был рад видеть этого очаровательного мальчугана, к тому же понимал: Юки осмелился и стал доверять ему, хотя немного и побаивался. Это невероятно утешало мужчину в такой трудный для него момент.

Едва вернувшись в просторный кабинет, где были раскиданы какие-то бумаги, — Саске не убрал их с того самого момента, как ему сообщили о том, что Сакура оказалась в больнице, — он в пару шагов преодолел расстояние до серванта. Оттуда мужской рукой была вынута бутылка коньяка, и Саске, чтобы хоть как-то успокоиться, мгновенно опустошил небольшую стопку, в которую плеснул всего пару глотков. Как бы ему не хотелось этого признавать, но стало значительно легче. Алкоголь выветривал все посторонние мысли, оставляя в голове только одну, так больно стучащую прямо о виски: Сакура пострадала, и Юки хочет, чтобы она очнулась.

Он чувствовал себя одержимым. Резко сев за рабочий стол, так что какая-то кипа бумаг поднялась в воздух и с шорохом распласталась на полу, мужчина зарылся длинными пальцами в чёрные волосы, нервно сжав их. И разве стало легче от выпитого алкоголя? Это было только мимолётное представление Саске об этом, и он прекрасно знал, что пить ему, даже немного, и вовсе не стоило: мысли о том, что никудышный хирург, что даже не смог привести в чувство любимую женщину и осчастливить своего сынишку, настойчиво жужжали в голове, как надоедливые мухи.

Что ему нужно было сделать, чтобы она пришла в себя? Неужто и вправду продать душу дьяволу? Саске готов был пойти даже и на это: не имели значения пути к его цели, был важен результат. Тяжело вздохнув, он уронил голову, будто налитую свинцом, на стол и задремал, то и дело дёргая от нервов и неудобного положения руками. Сон был сейчас для него лучшим лекарством, и Саске с удовольствием погрузился в него. Ему бы хватило и пяти минут, чтобы прийти немного в себя… и во сне он увидел бы очаровательную девушку с розовыми волосами, держащую за руку черноглазого мальчугана.

Проснулся он где-то в три часа ночи. Надоедливо тикали наручные часы прямо рядом с ухом, и Саске устало поднял голову, чувствуя, как спина и предплечья затекли от крайне неудобной позы, в которой он заснул. Он готов был проспать и дальше… да вот только сон всё не шёл, когда так хотелось. Мысли о Сакуре заполнили голову настолько, что разбудили его вместе с тиканьем часов. Нужно было проверить её, посмотреть, как она там, что с ней… Сакура напоминала маленького зверька, о котором заботился маленький ребёнок. Только дети могут вскочить ночью, посреди сна, и посмотреть, в порядке ли их больной котёнок или щенок, который сломал лапку.

Сакура была сейчас беззащитна перед болезнью, что набросилась на неё, будто дикий зверь. Девушка напоминала невинную лань, и её нужно было непременно спасти. Более того… так хотелось подержать её за руку в спокойной обстановке, почувствовать такую знакомую нежность кожи её ладони… не выдержав, Саске вскочил, поднявшись с места, и вышел из своего кабинета, рывком закрывая его. В больнице было практически пусто: медсёстры только сновали туда-сюда, да и по пути встретилась парочка хирургов, рассуждающих о том, когда закончится их смена. Они всё пытались выпытать у Саске, как его пациентка, да только Учиха даже не остановился: с обеспокоенным видом, держа в руках планшет с анализами девушки, мужчина направился на пятый этаж быстрым шагом.

Сейчас его меньше всего волновало то, что подумает о нём персонал больницы, когда он, даже не здороваясь, пролетал мимо каждого так стремительно, что за ним следом развевался белый халат. Важно было узнать, как там Сакура… боже, ну почему это случилось именно с ней? Почему не с кем-нибудь другим? Почему, например, не пострадала какая-нибудь часто выпивающая девушка, которая не заботится о своём ребёнке, а сдала его в детский дом? Почему сбило именно эту примерную мать и порядочную девушку? Да, Саске сейчас размышлял кощунственно по отношению к людям, но почему он должен думать иначе, учитывая то, что пострадала его возлюбленная? Когда она придёт в себя, нужно непременно сказать ей об этом…