Чтение онлайн

Вернулась Сельва, доложила: по дороге заедут к волхву, там обряд проведут. В Лисгород приедет сестра хана уже княгинею.

Это Листян вполне устроило: значит, можно пока ни о чем не беспокоиться и о супружеских объятиях, которых она вовсе не жаждала, не думать. Это хорошо. Тем более, не то после бани, не то после напитка волшебного, немощь ее прошла, кости больше не ломило, глотать было не больно, а в носу лишь щекотало немного.

Путь к семейному счастью без брата оказался почти мучительным. Листян страшно устала: никогда еще она не ездила верхом так далеко без роздыха и остановок. Три дня в седле, без перемены одежды, без умываний – вода в ручье была ледяной, а греть для нее никто не стал. Она, впрочем, попросить постеснялась. Это дома она могла командовать, а тут – боязно. Князь не обращал на нее никакого внимания, ехал впереди со своими людьми. Даже спешится с коня не помог ни разу. Листян и сама умела, но ведь можно было хотя бы перед дружинниками показать, что с ним не простая девка едет. Словом, было обидно и очень.

Утром третьего дня, когда с неба вдруг повалил снег, свернули с тракта в лес на едва заметную тропинку. Лес был страшен для привыкшей к просторам степи девушки. Она вздрагивала и озиралась от каждого шороха, старалась не смотреть по сторонам, ведь за каждым кустом ей чудились глаза зверей, о которых она слышала лишь в сказках: беров, волков, рысов. А когда один из дружинников вскинул тяжелый длинный лук и быстро выстрелил в сторону, Листян не заорала только потому, что дыхание перехватило словно ледяными пальцами. Неужели – волки? Или еще кто страшнее?

— Славно, Некрас, – пробасил князь. — А приказ был?

— Так олень же, княже!

— Ну вот так волхву и скажешь, когда он спросит, почему в заповедном лесу его зверя убили.

— Бросить теперь? — расстроился неудачливый лучник.

— Голову свою брось! Добить, разделать и вывезти из леса. Да молить лисицу, чтобы волхв был в духе добром. Добрыня, поможешь ему. И в лес оба даже не суйтесь, ждите у дороги.

Листян перевела дыхание. Очевидно страшного волхва здесь боятся куда больше, чем дикого зверя. Неужели местный шаман настолько страшен? Вспомнила Аасора с его лысой головой и хитрыми глазками, вспомнила, как он пытался ее учить владеть силой огня, но быстро раздумал, потому что ученица из Листян вышла неважная. Стрелять она еще выучилась из лука — потому что нравилось мужское внимание, нравились восхищенные взгляды, на нее обращенные. А чего-то иного ей и не нужно было никогда, да и зачем? Она женщина, маленькая, нежная и беззащитная. О ней мужчина должен заботиться и ее защищать. Пока что так и было.

Кони шли цепочкой, медленно, но ровно. Долго – Листян успела совершенно даже успокоиться и потихоньку оглядываться. Наверное, летом здесь было бы даже красиво, пока же огромные, кривые, покрытые серым мхом стволы деревьев пугали. Некоторые поваленные стволы были похожи на огромных ящериц, некоторые – на когтистые лапы. Противно кричащая птица, низко пролетевшая над головами людей, заставила выругаться даже старого князя.

— Знать, не рад нам волхв, – испуганно пробормотал один из дружинников.

— Знать, места здесь дикие и звери непуганные просто. Вот и слетаются на дураков, сюда забредших, поглядеть, — звонко и насмешливо ответила кохтская десятница.

Степняки тихо засмеялись. Им всем, наверное, было не по себе, но дерзкая женщина их сейчас ободрила. Сразу посыпались шуточки, завязалась легкая перепалка и настроение поменялось. Даже кони, казалось, стали перебирать копытами живее.

Спустя недолгое время путники выехали на большую поляну с вросшей в землю крохотной избой и стоящим в середине высоким деревянным столбом – гладким, блестящим, словно отполированным множеством ладоней.. На столбе были грубо, но в то же время очень узнаваемо вырезаны звери: бер, рыс (кот такой – большой, пушистый, очень злой и без хвоста, Листян про него слышала), волк, еще какое-то неизвестное девушке чудище с когтями и оскаленными зубами, лисица, конечно, и совершенно невероятный зверь, венчающий столб – олень с рогами и весьма приличными клыками. Листян и представить себе этакий ужас не могла даже.

Князь с коня спрыгнул легко и даже красиво, несмотря на почтенные свои зимы. Покосился на невесту, которая даже и не думала шевелиться, подошел, руку протягивая. Пришлось спешиваться. Попыталась слезть с коня и Сельва, но на нее дружинники шикнули:

— Нечего ногами заповедной земли касаться, если у волхва ничего просить не будешь.

Видимо, десятница просить ничего не собиралась, осталась в седле.

А Листян, ступая неслышно по мягкому ковру из прошлогодних листьев, пошла следом за князем к столбу, который вызывал у нее смутное отвращение и тревогу. Казалось ей, что в нем заключена сила, причем ей не дружелюбная. И когда князь протянул руку и погладил деревянный хвост лисицы, степнячка содрогнулась.

Из избушки, согнувшись, вышел старец, по виду – вполне себе шаман. Высокий, худой, с длинными белыми волосами и в сером рубище. Несмотря на холод и тающие в воздухе снежинки – босой.

— А, княже, – ничуть не удивился волхв. – Не ждал тебя. Почему не прислал за мной? Али жену стыдно народу показать?

Листян мгновенно вспыхнула, сжимая кулачки. Ее – и стыдно?

— Да просто мимо ехали, – пожал князь плечами сумрачно. – Дай, думаю, заверну в лес, заодно Зимогору дары свои принесу. Зачем тебя гонять лишний раз в непогоду? Чай, не лето красное. Да и невеста у меня пугливая, робкая. Ну как толпы испугается?

— Это ты про деву, что рядом с тобой стоит, говоришь? – уточнил старик. – Тогда тебя ждет удивление. Но кто я, чтобы перечить владыке Лисгорода и старшему сыну Матушки Лисы? Подойди, дева.

Листян шагнула к нему, так и не разжав кулаков. Ногти, впивавшиеся в мякоть ладоней, придавали ей смелости.

— Ишь, маленькая, а хищная, – неожиданно радостно улыбнулся старик, демонстрируя отличные белые зубы. – Хорошая ты, Лисяна, добрая, только глупая. От судьбы своей бежишь, а судьбу не обманешь. Да. Женою лиса тебе суждено стать, лисят родить. Почему не училась, когда тебе волхв говорил? Огня в тебе много, а лени еще больше, да? Погоди, сама еще придешь. Да, князь, хоть ты и не веришь, а повезло тебе.

Вот! Листян гордо вскинула подбородок и изогнула губы в улыбке. Такие слова ей были по нраву. Князь же, напротив, еще больше посмурнел, но промолчал. Волхв смотрел насмешливо, зная, конечно, как и Аасор, куда больше, чем говорил.

— Коли не передумал, Матвей, клади ладонь на лису. И ты, Лисяна, тоже.

Ох и не хотелось девушке прикасаться к столбу, да видно, выбора у нее не было. Положила ручку свою на дерево, оказавшееся неожиданно теплым (едва и дотянувшись). Рядом с широкой лапой князя ее пальчики казались совсем детскими и на удивление смуглыми. Волхв невесть откуда достал широкую красную ленту и быстро запястья мужское и женское ею обвил, громко выкрикнув: