Чтение онлайн

— Я так… Ты-то как попал сюда? За что?

— Я сам решил здесь временно обосноваться, — признался мафиози. — Я решил, что мне неплохо будет уйти в сторону на время, пока начальство будет играть свои шальные игры…

— И за что тебя оформили?

— Я сам себя оформил, — успокоил Хамидулла. — И как только все успокоится, я сам… Вот этой ногой! Изнутри… Открою свою камеру! А пока…

Хамидулла показал Туре на душ в углу:

— Не желаешь? К сожалению, я не могу предложить тебе мой бассейн, как в Мубеке…

Оживший, принявший душ Тура, не скрывая аппетита, смотрел на разложенные яства. Кроме фруктов, здесь были еще казы, овечий сыр, лепешки, зелень, вареная баранина.

Хамидулла вел себя как радушный хозяин:

— Я знаю про твои беды, про жену и сына… Неисповедимы пути Аллаха! О-омин!

Хамидулла сделал традиционный жест — словно омыл обеими руками лицо.

— И мне не вернуть моего сына, моего Талгата… На все воля Аллаха! Поблагодарим же его за все, что он нам посылает… Ешь! А потом… — Хамидулла кивнул на телефон. — Ты мог бы позвонить кому-то из своих прежних сослуживцев. Хотя я бы на твоем месте не стал бы этого делать. Ты меня понимаешь…

Дверь камеры отворилась.

Хамидулла кивнул, немолодой контролер внес в камеру каган с пловом, поставил в центр стола. Потом он вынул из кармана бутылку марочного коньяка, поместил рядом.

— Приятного аппетита… — Он вышел.

Хамидулла откупорил бутылку, плеснул коньяк в пиалы.

— За твое здоровье, мент! — Они, не чокаясь, выпили. Тура ел с жадностью.

После второй рюмки Хамидулла заметил:

— Мне передали: сегодня на прогулке один козел напал на тебя. Я сказал, чтобы его сунули головой в парашу. Больше тебя тут никто не тронет, Тура…

— Ты не боишься, что нас сейчас слышат? — Саматов показал на стены.

— Нет, мой человек об этом позаботился…

— Не пойму, — Тура перестал есть, — почему ты делаешь все это для меня? Ведь я — мент! Я мешал тебе жить! И снова мешал бы — выйди мы оба сегодня на свободу… Я никогда не войду в милицейско-мафиозный синдикат…

— Аллах создал нас одинаково голыми под нашими одеждами, — заметил Хамидулла. — Ты убрал с моей дороги сына Иноят-Ходжи, который поклялся убить меня, чтобы я ему не мешал. Я только воздал добром тебе за добро. — Хамидулла встал, подошел к телевизору, включил его.

На экране появилась танцующая пара — передавали фигурное катание.

— Я хочу оказать тебе еще одну услугу, Тура. Здесь чистая бумага, — Хамидулла показал на тумбочку. — Когда мы встанем из-за стола, ты напишешь жалобу в Москву своему министру. Я сделаю так, чтобы она попала на самый верх, прямо в руки… Твое дело прекратят, тебя восстановят в милиции. Я об этом побеспокоюсь. Ты вернешься к тому, что ты делал всю жизнь…

— Так и вернусь? С нар…

— Вот именно!

Оба засмеялись, понимая всю зыбкость такого предположения.

Восточнокаспийск — небольшой городок на берегу моря — уже спал. Тусклоосвещенный, провинциальный. Обращенный к акватории.

Замкнувшая город цепь не особо высоких гор вдали выглядела землистой, в щербинках, как скорлупа грецкого ореха.

Улицы были безлюдны и тихи. Как и дворы.

Двор Рыбоинспекции не был исключением — с воротами, с деревянным одноэтажным домиком в глубине под деревьями, с вывеской у входа:

«ВОСТОЧНОКАСПИЙСКАЯ МОРСКАЯ ИНСПЕКЦИЯ РЫБООХРАНЫ».

На площадке перед инспекцией лежало несколько конфискованных огромных браконьерских лодок. Сбоку темнел припаркованный «Жигуль».

Все замерло тут в ожидании утра. Только в одном из помещений горел свет.

Сквозь убранное решеткой окно внутри виден был кабинет с настольной лампой и телефоном, с бумагами на тумбочке, и дежурный инспектор Рыбнадзора. Инспектор спал на узкой железной кровати у стены.

Иногда свет лампы мешал спящему и он, не просыпаясь, подтягивал ближе к себе одеяло, закрывая лицо. Книга, которую дежурный читал с вечера, лежала на полу, рядом с кроватью.

Город тоже спал, и только светофоры-мигалки на перекрестках размеренно хлопали желтыми пустыми глазами.

Шум внезапно появившейся машины разрушил тишину. Это была «Волга», притормозившая у самых ворот Рыбоинспекции.

Водитель убрал свет, но мотор не выключил.

В темноте стукнула дверца машины. Через минуту водитель появился в калитке, в руке у него была канистра с бензином.

Дальнейшие события разворачивались молниеносно, как в плохом детективе. Неизвестный с канистрой быстро пересек двор, подбежал к окну.

Рыбоинспектор спал, по-прежнему завернув голову одеялом.

Неизвестный подскочил к двери, осторожно потянул на себя. Дверь была не заперта — тихо скрипнула, открываясь. Человек с канистрой проник в здание. Еще через несколько секунд он показался в окне, рядом со спящим.

Он открыл канистру и несколько раз обильно плеснул на пол, а потом и сбоку на кровать, где лежал инспектор.

Вскоре неизвестный появился снова — теперь уже на крыльце.

Действия его были продуманы. Он еще плеснул из канистры, на этот раз на дверь и крыльцо.

Сбоку, на стене, висел противопожарный щит с инструментами. Неизвестный сорвал со щита багор и снаружи подпер им дверь.

Дорожка расплескиваемого бензина протянулась за ним через двор. Здесь неизвестный вылил из канистры остатки бензина и побежал назад, к машине.

Мотор «Волги» все еще продолжал работать.

У калитки неизвестный обернулся, вытащил из кармана ракетницу и выстрелил в глубь двора.

Высокий столб огня прорезал темноту.

Одновременно раздался шум отъезжающей машины.