Чтение онлайн

– Даже такие дела можно прикрыть, – заметил Мэйхью, – но нельзя исключать и то, что здесь орудовал псих. Если это так, то ставлю доллар против цента, что Лоример была не первой.

– И Коклан будет не последней.

– Чертовски верно. Так что рано или поздно Д'Арбле придется доставать оба дела из своего стола и кое-кто в «Атенеуме» потеряет лицо.

Их обогнала лодка с гребцами. Мужчина выкрикивал в мегафон команды, задавая темп гребцам. Волны поднимались, сверкая на солнце, и с шипением опадали.

Мимо прошел прогулочный пароходик с туристами на борту, подняв за собой волны. Не обращая на них внимания, женщины налегали на весла. Они направляли нос лодки прямо в водные валы, не допуская ни малейшего отклонения от курса.

– Думаешь, дело только в этом? – спросил Мэйхью.

– А в чем?

– Есть кое-что еще, над чем тебе стоит подумать. Нечто основное. Нечто решающее. То, что должен знать каждый, кто сталкивается с серией случайных убийств.

– Я понимаю, – сказал Дикон.

– Надо выяснить, как он выбирает свои жертвы. – Мэйхью круто повернул в сторону тропинки. – Пора возвращаться, – сказал он. Некоторое время они шли молча.

– Как далеко ты собираешься зайти в этом деле, Джон?

– Я полагаю, это зависит от того, что я найду.

– Так ли? – спросил Мэйхью. – Скорее, это зависит от того, что найдет тебя.

Ты проходишь через дверь и закрываешь ее за собой. Потом проходишь еще одну. Идешь по коридорам, поднимаешься по лестницам. Третий этаж, четвертый. И вот ты уже заблудился. Дверь за дверью, комната за комнатой – становится все труднее найти путь назад.

Они перешли через мост Хаммерсмит. На северном берегу толпы людей сидели за столиками или расположились в аллеях: Пабы у реки еще никогда не видели такого скопления народа.

– Уборкой офисов занимается агентство «Спрус», – сказал Мэйхью, отпирая машину. – Их контора в Сохо, на Дин-стрит. Адрес есть в телефонной книге.

– Спасибо, Фил, – ответил Дикон.

– Бывай. – Мэйхью сел за руль и завел мотор. Не глядя в зеркало заднего обзора, он вывернул колеса и вклинился в поток машин. Девушка в красном «фольксвагене» зашлась в беззвучном крике и изо всех сил надавила на тормоза; потом запоздало дала гудок.

Комната за комнатой, подумал Дикон. Повинуясь некоему импульсу, он вернулся назад и встал посередине моста, наблюдая за движением судов на реке.

Сумрачный, едва освещенный дом. Неподвижный, тяжелый воздух, пропитанный кислым запахом. Он рисовал себе эту картину. Он представлял, как идет к двери, входит в полутемную прихожую. Нестерпимая вонь ударяет ему в ноздри. В квартире стоит зловещая, фантастическая тишина.

Он знал это безмолвие смерти. Лаура описала его, когда рассказывала о том, как нашла тело Кэйт. Воображение Дикона перенесло его через коридор к другой двери.

Он подозревал, что искомое находится в глубине дома, дальше, чем ему хотелось бы заходить.

Зазвонил телефон. Она сняла трубку и сказала «алло», но никто ей не ответил. В трубке слышалось лишь негромкое шуршание, похожее на шум, который вы слышите, прикладывая к уху раковину. Она подождала немного и повторила свое «алло». Снова молчание. Лаура повесила трубку.

Она подошла к буфету и плеснула в стакан немного виски, потом добавила туда воды из-под крана. Не успела она вернуться в гостиную, как вновь зазвонил телефон. В трубке слышались звуки, похожие на шум далекого моря и завывание ветра, но никто ей не отвечал. Невесело усмехнувшись, девушка положила трубку, решив, что кого-то подводит техника.

Лаура села в кресло, взяла книгу и прочитала пару абзацев. Зазвонил телефон. Она чертыхнулась и отложила роман.

– Алло, слушаю вас, алло... – Она уже почти не надеялась получить ответ. Лаура начала говорить громче, словно пытаясь перекричать неполадки на линии и внимательней прислушиваться к гулу бесконечных километров проводов и сочленений. В конце концов она повесила трубку.

Только после пятого звонка она начала беспокоиться.

В шестой раз она ничего не сказала. Ей пришло в голову, что кто-то специально молчит на другом конце провода, и от этой мысли ей почудилось что-то зловещее в телефонном потрескивании. Провода как будто прогнулись и гудели под тяжестью непроизнесенных слов. Она положила трубку, но не ушла, а осталась около телефона. Она знала, что позвонят опять, и оказалась права.

Это было и странно и смешно: два человека, связанные телефонной линией, молчат в трубки. Они похожи на двух слепцов, внезапно решивших посмотреть друг другу в глаза.

Наконец Лаура уступила этой непреодолимой силе.

– Кто это? – спросила она.

Молчание.

– Кто звонит? Что вам нужно?

Снова молчание.

– Что происходит?

На секунду ей показалось, что она услышала что-то похожее на приглушенный смех, но на самом деле это были обыкновенные разряды в электрической цепи.

– Что вам надо? – спросила она. – Ну хорошо, я кладу трубку, а потом я отключу телефон, так что не трудитесь перезванивать.

Этого говорить не стоило. От ее угрозы в линии возникла напряженность. Это была угроза изгнания, угроза разделения любовника и предмета его вожделений.

На том конце линии послышался тихий шепот, он уговаривал и словно обволакивал паутиной. Было невозможно понять, кому он принадлежит: мужчине или женщине.

– Лаура... Лаура... Ты знаешь, кто я? Конечно нет... – Голос не давал ей времени ответить. – Конечно, не знаешь. Зато я знаю тебя, Лаура. Я многое знаю о тебе. Я знаю...

– Кто это?

– ...где ты живешь, и как ты выглядишь, и что ты носишь. Мне нравится...

– Кто вы?

– ...твое желтое платье без рукавов. Это твое любимое, да? Ты часто его надеваешь, Лаура, оно симпатичное, и ты выглядишь такой привлекательной, особенно когда закидываешь волосы назад... Я видел тебя у окна, Лаура, пару дней назад; был вечер, ты выглянула на улицу, твои волосы поблескивали в свете лампы; на улице стояла тишина, и мне представилось, что ты можешь наклониться и заговорить со мной; мы были так близко, и если бы ты заговорила, я бы услышал тебя, тебе не надо было бы даже повышать голос, и если бы я ответил, ты бы тоже услышала меня; было так тихо, мы с тобой как будто стояли рядом друг с другом, ты наклонилась через подоконник, помнишь? Ты выпрямила руки, изогнула плечи и подняла голову; ты смотрела мимо меня, куда-то наверх, как... как тонущий пловец, борющийся за глоток воздуха на поверхности, а я смотрел на тебя...