Чтение онлайн

Я рухнула после этого на пол, ударяясь коленями о дерево. Согнулась пополам, плача. Во что я ввязалась? Почему я оказалась на пути убийцы? Он позволил мне плакать, пока я не была истощена и опустошена. Потом я увидела, как его испачканные рвотой ноги встали передо мной. Я подняла глаза. Улыбка смягчила его лицо.

— Ночь, когда я встретил тебя, была лучшим моментом в моей жизни. Я следил за тобой месяцами, а потом, наконец, появился мой шанс. Ты наконец-то упала мне прямо на колени. Я не мог тебя отпустить. Хотел сохранить тебя, владеть тобой вечно. Я никогда тебя не отпущу, — Джуд закрыл глаза, вдохнул и снова открыл их. — Хейли, я люблю тебя достаточно, чтобы дать тебе еще один шанс. Если ты снова попытаешься меня бросить, если я хотя бы заподозрю, что ты что-то замышляешь, окажешься там, где и эти двое. Или я вызову копов и расскажу им, что ты сделала.

Моя дорога, наконец, закончилась. Я направлялась только к смерти. Если бы я осталась с ним, я бы умерла внутри. Если я уйду, тоже умру, в конце концов. Джуд был болен и одержим. Как бороться с больным человеком, который был настолько травмирован, что даже не подумал бы дважды, прежде чем лишить жизни другого человека?

— Как ты меня нашел? — спросила я, хоть это больше не имело значения. Ничего не имело.

— Этот город принадлежит мне. Почти все, кто контактировал с тобой, работают на меня. Даже таксист, который отвез тебя к твоей замечательной подруге Диане. Я был в Серендепити даже еще до тебя, благодаря трекеру2 в твоем телефоне.

Все тепло покинуло мое тело, и я закрыла глаза, боясь задать следующий вопрос. Последний вопрос перед тем, как наручники защелкнутся.

— Диана? — мои слова вырвались ломанным шепотом.

— Я заплатил ей, чтобы она была твоим другом. У каждого есть своя цена. Борющуюся мать с растущими долгами и ртами, которые нужно кормить, не трудно было купить. Я расплатился с ее долгами за один день и предложил ей больше денег, чем она заработала за два года.

— Роскошная квартира, — я была в таком шоке, что даже не поняла, что произнесла эти слова вслух. Она солгала.

— Да, правильно. Весь этот жилой дом принадлежит мне, — он взял мою руку и поднес к своим губам. — Забудь о том, что случилось. Теперь ты вернулась. Только не пытайся повторить эту чушь. У меня есть глаза повсюду. И у меня нет совести, когда дело доходит до того, чтобы наказывать предателей.

Я опустилась на колени и долго плакала до тех пор, пока вся не онемела и не могла пошевелиться.

Джуд просунул руки под обе мои подмышки и поднял на ноги. Без сил и с болью во всем теле я не могла стоять. Ему было все равно. Он вытащил меня из комнаты, протащил через свой кабинет и поднял по лестнице, будто я была тряпичной куклой. Я чувствовала каждый удар, каждую царапину на своей обнаженной коже, пока мы не вошли в ванную, где он поднял меня и попытался опустить в ванну, наполненную до краев водой.

Подумав, что Джуд собирался утопить меня, страх захлестнул меня, и я нашла скрытый источник энергии и начала бороться с ним, пиная, крича и царапая воздух. Как обычно, я была не ровней ему. Он даже не вспотел, когда ему удалось посадить меня в пену. Когда вода окружила меня, я все еще кричала и пиналась, разбрызгивая воду повсюду.

Муж сильно ударил меня по лицу, и я успокоилась.

— Заткнись, — прорычал он сквозь зубы, усиливая свою хватку на моих руках. — Я не собираюсь убивать тебя. Пока что, — он потянулся за губкой и бросил ее в меня. — Ты воняешь. Умойся и спускайся на обед.

Кивнув, я взяла губку и заметила ожоги на руке. Они не были такими большими, как я думала, но мой мозг помнил, как горячее масло пролилось на мою кожу, и боль возродилась. Я попыталась притупить ее.

Джуд вышел из ванной и закрыл за собой дверь.

Наконец-то одна, я сделала то, чего желала больше всего. Я включила кран и пила, пока мой желудок больше был не в силах втиснуть хоть капельку воды. Утолив жажду, часть моих сил вернулась. Потом, каким-то образом, со сломанным пальцем и обожженной рукой, мне удалось помыть лицо и тело.

Подняться из глубокой, массивной ванны было борьбой, поборов которую, я приземлилась на толстый коврик.

Я сняла халат с крючка и надела его. Затем я посмотрела на себя в зеркало. Я видела другую женщину: избитую с большим синяком под одним из красных, опухших глаз и бледной кожей. Как он мог так со мной поступить? Как Джуд мог утверждать, что любит меня и причинять боль? Я не могла ему позволить сделать со мной это снова. Теперь, когда я знала, на что этот мужчина был способен, что он убийца, я должна была делать все, чего он хотел. Я не могла стать его следующей жертвой.

Когда я вошла в комнату, Джуд сидел на нашей кровати, белая аптечка лежала возле него.

Он попросил меня присесть, чтобы обработать ожоги и наложить шину на палец. Затем он повел меня вниз в столовую. Стол был полон всевозможной еды.

— Я заказал все это для тебя. Ты, должно быть, проголодалась.

Он вытащил для меня стул, и я села, не говоря ни слова, не отрывая взгляда от свиных отбивных. Я не могла дождаться, чтобы набить ими свой рот.

Мужчина не ел, просто смотрел, как я нагрузила свою тарелку едой и все съела. Когда я была слишком сыта, чтобы продолжить, Джуд наполнил мне стакан воды из ванной, и, взяв его обеими руками, я посмотрела в его злые глаза.

— Что ты хочешь, чтобы я сделала?

— Хорошая девочка, — сказал мой муж, пододвигая свой стул вперед. — Мне это нравится. Ты, наконец, поняла, кто здесь главный.

— Да, — ответила я, потому что он это хотел услышать. Что бы он ни хотел, он получит это. Я была слишком сломлена, чтобы сражаться с ним, слишком напуганной тем, что меня снова изобьют, прежде чем я смогу исцелиться, и слишком напугана смертью.

— Поскольку ты оказалась ненадежной, кое-что здесь изменится, — он налил себе бокал вина и выпил его одним глотком. — Я дал тебе шанс прожить хорошую жизнь, и ты приняла это как должное. Теперь ты больше не получишь помощи по хозяйству. Вчера я уволил Лин и уборщиц. Ты возьмешь на себя все их задачи. Ты будешь готовить, убирать в этом доме, гладить мою одежду и выполнять все домашние обязанности, — он сжал руки перед собой. — И ты будешь трахаться со мной, по крайней мере, дважды в день. Ты меня поняла?