Чтение онлайн

Увы, приглашение на бал в честь победы — не то, что можно отклонить под предлогом нездоровья. Вы не патриотка, империи госпожа моя? А тогда, простите, патриотка чего? Интересно, а что поделывает ваш супруг и не связан ли он с иностранными шпионами?

После того, как цвет дворянства второй раз за лето получил апартаменты в замке Лонгери, так рисковать не хотел никто.

Императрице, конечно, нервный срыв из-за старого платья не грозил. Платье ей сшили. С мстительным удовольствием Алета потребовала ту же самую портниху и понаблюдала, как у той валятся из рук булавки, а губы нервно прыгают и никак не могут сложиться в этикетную улыбку.

Императрица держалась с ней подчеркнуто холодно, глядела сквозь и не проронила лишнего слова, чтобы противная тетка, не дай Святые Древние, не решила, что ее простили и помиловали.

Тем не менее, с платьем напуганная женщина справилась. Цвета красной меди, с кружевными вставками, глубоким вырезом и очень пышной юбкой из переливающегося, тяжелого шелка… на несколько мгновений оно почти примирило Алету со вздорной женщиной. Все же — талант.

Но природная мстительность взяла верх и Алета примеряла платье с таким недовольным лицом, словно ей принесли власяницу и вериги.

Его Величество выбрал именно этот момент, чтобы навестить супругу перед балом.

— Тебе помочь зашнуровать платье дорогая? — черные глаза светились торжеством. Рамер Девятый только что получил пакет из Кайоры и прочел мирный договор. На такие "пряники" он даже не рассчитывал.

Увидев повелителя, пестрая стайка девушек торопливо сделала удивительно синхронный реверанс и покинула комнату.

— Дела государства так плохи, что вы решили ввести режим жесткой экономии и уволить всех моих камеристок? — ровно осведомилась Алета. — А одевать меня будете сами?

— Интересная мысль, — мурлыкнул император, — я над этим подумаю.

— Тогда мне придется подумать о том, чтобы ввести новую моду: платье со шнуровкой спереди.

— Не все сразу, дорогая Алета. На сегодняшнем балу общество и так ожидает шок, — Рамер бросил взгляд на голову жены. Маленькая, аккуратная диадема крепилась шпильками и магией к короткой стрижке. От услуг ведьмы Алета отказалась наотрез. Надо сказать, этот пушистый золотой шлем шел ей необычайно, гораздо больше, чем традиционные локоны.

Пожалуй, после этого бала мода и в самом деле сменится… По крайней мере, его подданные перестанут косо смотреть на девушек с обрезанными косами. Мода была причиной более уважительной, чем болезнь или несчастный случай.

— Добро должно побеждать постепенно, — улыбнулся он. — На самом деле я зашел поблагодарить…

— Меня? — изумилась Алета.

— Возможно, судьбу в твоем лице.

— За что?

— За твоего кузена. Если б не твоя просьба о помощи, я бы не стал приближать к себе герцога Монтреза. После скандала с его матерью… Но Кот и в самом деле — находка. Я собираюсь дать ему титул Первого Герцога и Регента, на случай моей внезапной кончины.

Внимательный взгляд вцепился в лицо Алеты, ища хотя бы тень беспокойства. Но девушка лишь пожала плечами.

— Прекрасный выбор, Ваше Величество. Эшери не способен на предательство. Ему этого просто не позволят ни кровь, ни воспитание.

— Хотел бы я сказать то же самое о членах своей семьи, — вздохнул Рамер. Отличное настроение растаяло, как Верхняя Гавань с появлением солнца.

— Я имею право распорядится частью своего приданого? — поинтересовалась Алета.

— Безусловно. Правда, шахты еще не восстановлены, но, твой кузен отлично поработал, и деньги на это у нас есть.

— Я хочу отписать Эшери долю. Пять процентов.

Император качнул головой:

— Алета, это анеботум. Стратегический ресурс. Пять процентов…

— Он отвоевал для вас все. Дважды. Сначала в горах, а потом за столом переговоров.

— Дорогая моя, дело не в моей жадности. Доля закрепляется как фамильное владение, а мы не вечны. Неизвестно, какими будут наши потомки. Тот, у кого пять процентов в добыче анеботума, неизбежно влияет на политику государства. И твой кузен понимает это, как никто. Он просто не примет такого подарка.

— Посмотрим, — пожала плечами Алета. — Надеюсь, приглашения отправлены всем героям этой войны?

Рамер Девятый остался совершенно невозмутим, но правое веко дернулось. Один раз.

— Ты сильно рискуешь, дорогая, — негромко заметил он.

— Ничуть, — сухо рассмеялась она, — Ваш зверь пообещал, что не тронет меня. Ему я верю. В отличие от некоторых. А теперь, если вы намерены игнорировать мои вопросы, извольте покинуть комнату. Мне нужно закончить туалет.

Рамер развернулся и направился к дверям. Но у самого входа, уже привычно, задержался.

— Да, Алета. Всем. Кое-кому даже магическим гонцом. Мои дворяне совершили ошибку с этим судом. Или подлость, я еще не разобрался, но непременно разберусь.

Не стану скрывать, я бы охотно съел твоего верного рыцаря. Просто, чтобы больше не беспокоиться о репутации императорской семьи… Но подданные не должны сомневаться в том, что власть справедлива и верная служба вознаграждается честью, а не виселицей. Он будет там. Ты довольна?

— Да, Ваше Императорское Величество. Благодарю вас.

— Никаких глупостей. Ты поняла, Алета? Мое терпение не безгранично. Я, в отличие от своего зверя, никаких обещаний не давал.

— А как же брачная клятва? — невинно поинтересовалась она.

— Если ты ее не нарушишь, все будет хорошо.

И вышел. Хлопать дверью Рамер Девятый счел дурным тоном. Но — хотелось.

Глава 52 БЕЗУМНЫЙ ЭЛЬС

— Я демонски рад, что все выяснилось, — маркиз Лесанж сиял улыбкой и поражал наградами: рядом с очень престижным "Мужеством" сияла еще более престижная и редкая "Честь и Верность".