Чтение онлайн

– Всего двенадцать, пустых осталось еще на неделю. Хороший косяк.

Амбел задержал взгляд на ее лице. Шрамы от укусов пиявок ничуть не уменьшили ее суровую привлекательность, а в длинных черных волосах не было и намека на седину, несмотря на преклонный возраст. Вирус по-разному влиял на людей. Одни становились морщинистыми занудами с седыми волосами, другие, подобно Энн, сохраняли свежесть и красоту, третьи теряли не только волосы, но и зубы. Что касается Амбела, то в течение долгих лет он, подобно многим Старым капитанам, нарастил мышечную массу. Сейчас этот коротко стриженный седовласый мужчина с круглым моложавым лицом производил впечатление человека, способного сломать палубную доску двумя пальцами, – причем внешность не была обманчивой.

– Отправимся за другим косяком? – спросил Борис из трюма.

– Нет, – ответил капитан. – Ночь лунная, и у нас еще есть время добраться до отмели. Я не хочу, заполнить турбулом все бочки. Стоит мясу подешеветь на несколько скиндов, и рынок будет переполнен. – Он посмотрел на небо. – Мы отправимся на восток, – сказал он так громко, чтобы его услышал парус.

– Янтарные моллюски? – уточнил Планд, вычищая из-под ногтей мясо ножом для срезания шкур.

– Янтарные моллюски, – подтвердил Амбел.

Он поспешно спустился в трюм, чтобы помочь Борису и другим матросам укладывать бочки.

Голос разума Улья немного напоминал жужжание, но, как полагал Джанер, это было сделано умышленно. Шершни не переговаривались такими звуками. Наверное, жужжание было своеобразной попыткой разума пошутить.

– Я хочу, чтобы ты путешествовал с этой Эрлин. Мне она кажется интересной, – сказал разум.

Это не было приказом, разум перестал отдавать приказы двадцать лет назад, когда истек срок действия контракта. Просьба сопровождалась обещанием неограниченного кредита, бесконечных путешествий и отсутствия скуки, а для Джанера скука являлась проблемой, как и для многих других граждан Правительства.

– Я думал, что ты хочешь, чтобы я остался с рейфом, – прошептал он (вокруг было слишком много посторонних ушей).

– Я полагаю, что рейф отправится с ней. Если нет, он все равно разыщет ее в будущем. Их истории связаны между собой.

– Ты еще не рассказал мне их истории.

– Всему свое время, всему свое время. А пока давай понаблюдаем за этим боем.

Хуперы, стоявшие друг перед другом, были раздеты догола и намазаны маслом с головы до ног. Толпа жаждала крови, хотя ее крики были лишены искренности.

– Ты заметил, что сначала они сняли с себя всю одежду? – спросил разум.

– Ну и что?

– Их тела восстанавливают себя сами, а одежду придется зашивать.

Джанер обдумал это и кивнул. Проходящий мимо букмекер решил, что кивок предназначался ему.

– Домби или Форлам? Шиллинги, йены, доллары или, если угодно, скинды. Какая ставка?

Человек был низкорослым, но очень крепкого сложения. Шрамов от укусов пиявок видно не было. Говорил он, как понял Джанер, с неместным акцентом.

– Каковы шансы?

– Домби триста пятьдесят лет, Форламу – сто пятьдесят, у него впечатляющий список побед. Тринадцать к одному на Домби за «И», десять к одному на Форлама за «хлопок». Если любой из них лишится чувств из-за «васо», ты проиграл. Длительность боя – не больше двух часов.

– Ставлю десять шиллингов на Домби за «И», – сказал Джанер.

– Отлично, сэр. – Букмекер выглядел несколько обеспокоенным, когда выписывал квитанцию и принимал от Джанера десятишиллинговую банкноту. Другие зрители заинтересованно наблюдали за сделкой.

– Для данного места слишком высокая ставка, – пояснил разум. – Обычный хупер вынужден работать полгода за такую сумму.

– Правда? Если ты так много знаешь, может быть, разъяснишь, что такое «И», «хлопок» и «васо».

– «И» – это извлечение внутренностей, «хлопок» – выбитый глаз, «васо» – когда один или оба соперника теряют сознание из-за потери крови.

– Очень мило! Каковы мои шансы на выигрыш?

– Ты их уже слышал.

Джанер бросил сердитый взгляд на шершней в футляре, потом решил понаблюдать за боем. Домби, которым, по мнению Джанера, был мужчина с большим количеством шрамов от укусов пиявок, вышел на ринг с длинными кривыми кинжалами в каждой руке. Форлам вооружился стилетом и чем-то похожим на ледоруб. Крики мгновенно стали громче, как только соперники начали кружить по рингу и делать ложные выпады. Первым нанес удачный удар Домби. Он распорол руку противника до кости, кровь хлынула из раны, которой через несколько мгновений уже не было видно. Форлам отошел, потом прыгнул вперед и воткнул стилет в живот Домби. В качестве ответа тот отрезал Форламу ухо так, что оно повисло на лоскуте кожи. Соперник не остался в долгу и нанес удар снизу, надвое распоровший мошонку Домби.

После пять или шести ударов они разошлись и снова принялись кружить по рингу. Джанер стоял с широко открытым ртом и почувствовал, что тошнота подступает к горлу, когда увидел, как Форлам прижал рукой ухо к голове. Когда хупер опустил руку, ухо осталось на месте, правда, было расположено несколько криво. На другой стороне пыльной арены толпа расступилась вокруг блюющего зрителя – наверняка не местного. У Джанера был более крепкий желудок, он повидал много ужасного в своей жизни, но такое…

Домби и Форлам снова сошлись. Весь ринг был залит кровью. Впрочем, больших луж не было, потому что кровотечение длилось лишь в течение нескольких секунд; а сейчас рана на руке Форлама почти затянулась, и мошонка Домби срослась.

– Очень познавательно, не так ли? – услышал он голос за спиной.

Сначала Джанер подумал, что с ним заговорил разум, но, обернувшись, увидел Кича. Толпа расступилась, как чуть раньше вокруг блюющего человека.

– Можно и так сказать… Эрлин уже нашла своего капитана?

– Здесь его нет, и она пытается выяснить, куда он отправился. – Рейф кивнул на ринг, где была нанесена очередная чудовищная рана, впрочем, с прежними результатами. – Можно представить, к каким последствиям приведет их появление в других мирах.