Чтение онлайн

«Кожа стала слишком просторной», – подумал Пек и сразу же ощутил зуд. Он почесался и посмотрел на Амбела, который нырнул в свою каюту, чтобы убрать на место мушкетон. Никто не знает, что…

«Иди ко мне».

Он чувствовал зов Скиннера костным мозгом, всей своей сутью. Какие секреты таились в его душе?

– Пек, эти гарпуны сами не заточатся, – заметил проходивший мимо и сматывавший трос Планд. Пек бросил взгляд на своего товарища – может быть, он думает о том же?

– Послушай, Планд, ты…

– Пек! Эти гарпуны сами не заточатся! – взревел, выходя из каюты, Амбел.

Планд усмехнулся и направился распутывать очередной трос. Пек присел у сложенных возле леера гарпунов.

– Проклятая охота на пиявок, – пробормотал он.

Трюм был почти забит бочонками с маринованным мясом турбула и янтарными моллюсками. Все это протухнет, если они не вернутся в порт в течение недели. Но Амбелу всегда хотелось получить больше, прежде чем с севера придут айсберги. Следовало признать, обычно им сопутствовала удача, и благодаря этому они часто просиживали целые вечера в «Живце». У них даже некоторое время имелся лазер, но из-за скачущего обменного курса скинда они не могли приобрести к нему запасные источники питания и были вынуждены поменять на палубную пушку. Удача! Пек хмыкнул. Сколько раз он видел этот фокус Амбела с жемчужиной? Энн и Планд ходили в море с капитаном всего лишь тридцать лет, поэтому не всегда могли распознать его трюки.

Все еще недовольно ворча, Пек достал из кармана плаща точильный камень. Гарпуны не настолько затупились, чтобы их нужно было сворачивать для обработки. Пек провел ладонью по кромке и отдернул руку, когда брызнула кровь. Гарпуны не нуждались в заточке.

«Иди ко мне…»

Когда Кич вошел, Олиан по-прежнему лежала на диване. Он бросил взгляд на стоящий рядом стул, но не стал садиться, пока женщина раздраженно не махнула рукой.

– Он самоочищающийся.

Кич заморгал, когда ирригатор оросил его глаз. По опыту он знал, что людям часто не нравилось, когда ходячий труп пользовался их вещами.

– Ты знаешь, почему мне известно твое имя, – пробормотала она. – Расскажи мне что-нибудь незаписанное, то, чего я не знаю.

Кич долго молчал.

– Афед Римск убил меня и сбросил мое тело в канализацию Кладера. Меня нашли только через неделю, шесть месяцев ушло на судебные разбирательства, прежде чем, согласно моему завещанию, мое тело передали культу. Вы это хотите узнать?

– Все это зафиксировано в документах. Ты стал членом культа Анубиса за несколько лет до этих событий. Был подан судебный иск, чтобы запретить твою рейфикацию, но тебя поддержал культ. Я также знаю, что иск был подан самим Римском, – сказала Тай. Синеватый оттенок ее кожи стал более бледным.

– Римск умер, когда нарушилась герметичность его скафандра в космическом пространстве Кладера, – продолжал Кич. – Тело не было найдено – он сгорел в атмосфере, прежде чем его успели заметить. – Женщина открыла глаза и внимательно слушала. – Неизвестно, почему нарушилась герметичность скафандра. А нарушилась она потому, что уплотнения разъело изнутри, как, впрочем, и его самого разъело внутри скафандра. Кто-то подложил активируемый давлением сосуд с кислотой в запас кислорода. Когда давление кислорода понизилось до определенного уровня, сосуд открылся и заполнил скафандр парами кислоты. Вероятно, он умер мучительной смертью, особенно для хупера.

Тай заметно оживилась и села.

– Об этом ходили слухи, но они не подтвердились. К тому времени ты уже был рейфицирован, верно?

– Четыре дня. Женщина улыбнулась.

– Что ты хочешь узнать?

Кич перешел к одному из кресел и сел. Он сплел свои костлявые пальцы перед лицом и долго смотрел на Тай единственным, смачиваемым ирригатором голубым глазом. Лицо оставалось неподвижным.

– Я знаю все о Римске, Корбеле Фрейне, близнецах Талска, Госке Балеме и Дэвиде Гренанте. Я не знаю, что стало с Ребеккой Фриск и самим Хупом. Двести лет я гонялся за слухами и мифами. И они привели меня сюда. Скажите, что вам известно.

Тай подняла взгляд к потолку.

– Домашний компьютер, сделай копию файла Ребекки Фриск на кристалл.

Стоявший на письменном столе компьютер пискнул, и маленький кристалл выпал из сенсорного пульта. Кич бросил на него взгляд, и ирригатор стал работать с удвоенной частотой.

– Ты же знаешь, что она была вместе с Хупом. Судя по информации, которую мне удалось собрать, начали они с краж произведений искусства на Земле.

– Расскажите об этом.

– Фриск вошла в здание Центральной службы безопасности Земли в Женеве и назвала свое имя. Когда оно подтвердилось, она попросила стереть память, что и было произведено. После этого ее наделили основными индивидуальными чертами и послали сюда. Друзья Койана перехватили ее на полпути и сожгли в печи для выплавки цинка.

Кич откинулся на спинку.

– Друзья еще существуют? Они помогли мне выследить Римска.

– Нет, их больше нет. Это произошло триста лет назад. ЦСБЗ не допустила огласки, но я удивлена, что ты об этом не слышал. Ты ведь был контролером ЦСБЗ, пока тебя не убили. У тебя ведь остались контакты?

– Она меня мало интересовала, так как была последней из них. А что стало с Хупом?

– Нет… я хочу получить от тебе еще что-нибудь. Расскажи мне о Корбеле Фрейне.

– Я нашел его на Виридиане, в замке, в котором он жил последние пятьсот лет, – сказал Кич. – Там он был живой легендой, и мне непросто было до него добраться. Когда мне удалось пробить его оборону, я разрезал его пополам промышленными ножницами. Помощники сшили его, и он смог ходить всего через один солстанский год. Больше я таких ошибок не повторял. При помощи наемников с Юнгера я взял его замок в осаду, а когда он сбежал, преследовал его до вершины горы Эмбер. Даже старый хупер не смог бы выжить после погружения в магму.

Тай кивнула.

– Мне нравится. Ты понимаешь, что я записываю наш разговор?

– Иначе и быть не может.

– Тебя это не беспокоит?

– Для их преступлений нет срока давности, к тому же официально я до сих пор являюсь контролером Центральной службы безопасности Земли. Все они приговорены к смерти, физической или духовной. Итак, что вы знаете о Хупе?

Тай резко встала и подошла к стенному шкафу. Она достала еще одну бутылку напитка, который употребляла чуть раньше. На этот раз она наполнила стакан и вернулась с ним на диван.

– В голодраме и виртуальной реальности они представлены милыми проказниками и лихими пиратами. Время так поступает даже с самыми гнусными негодяями, – задумчиво произнесла женщина.

– Зачем вы мне это говорите? Хуп и его шайка были убийцами и ворами. Они использовали данный мир в качестве своей базы, и бессмертие, которое предоставлял местный вирус, позволило им терроризировать целый сектор на протяжении двух веков. Они воровали и убивали, они продавали людей прадорам, лишив их личности. – Кич говорил ровным, лишенным каких-либо эмоций голосом.