Скифы
Шрифт:
– У бабульки, собирающей бутылки, давайте все-таки спрашивать: а где ее дети? Я, к примеру, помогаю своей матери и бабушке! Наверное, потому, что меня таким воспитали, хотя мне больше нравится думать, что я сам вот такой замечательный!.. От бога или генетики. А с бабулькой что– то неясно. Либо в молодости не рожала вовсе, берегла фигуру, либо родила одного и подбросила бабушке с дедушкой, чтоб свободно на танцы-шманцы и прочие приманки. А вот родила бы троих да воспитала бы сама… не собирала бы сейчас бутылки!
Раб Божий поморщился:
– Что ты о прописных истинах? Но сейчас это враз не исправишь. Если бы даже нынешних молодых женщин удалось уговорить рожать по трое детей, а именно столько необходимо для простого поддержания народонаселения на одном и том же уровне… без всякого прироста…
Тор оторвался от кружки с пивом, глаза выкатились как у того рака, которому так безжалостно разломили панцирь:
– Стой-стой! Либо я че-то не понял, либо вы, гуманитарии, арифметики не знаете. Разве двое не дают двоих?
– Нет, – ответил Раб Божий брезгливо. – Кто-то мрет во младенчестве, кто-то становится гомосеком, кто-то остается импотентом или просто бесплодным. Не понял?
– Понял, понял, – буркнул Тор. Он покосился на дальний стол. Там сочные девочки быстро-быстро стучали ножами, нарезали ветчину к бутербродам. Он шумно вздохнул, закончил сварливо: – И неча меня фейсом о тэйбл стучать!
– Словом, – сказал Раб Божий победно, он тоже бросил быстрый взгляд на девочек, горячих и распаренных от жары и множества молодых здоровых самцов, – надо трое детей на семью из двоих, чтобы прирост оставался тот же. Но я не верю, что вот так враз начнут…
Откин со стуком опустил пустую кружку на стол, оглядел всех запавшими глазами.
– А мы кое-что забыли, – сказал он внезапно.
– Что? – спросил Раб Божий.
– Бегемота Гошу.
Наступила тишина. Черный Принц после паузы спросил озадаченно:
– Это который… что в Аргентине? Или Панаме?
Откин сказал очень серьезно:
– У нас еще та Аргентинопанама. Самое время для всяких гошей. Или для скифа… в президенты.
Тишина длилась долго, Крылов хотел что-то сказать, но настроение оставалось все еще настолько препаршивое, что только посипел перехваченным горлом. Захохотал Тор, звучно засмеялся Матросов, завизжал в восторге Денис-из-Леса… но тот же Денис-из-Леса вдруг оборвал смех, посмотрел на всех выпученными глазами.
– Погодите, – произнес он шепотом. – Погодите… А ведь подходит время выборов! Ко мне уже ломились какие-то сумасшедшие бабки. Собирают подписи. Чтобы выдвинуть кандидата в президенты, надо сколько-то там подписей…
Он умолк на миг, Тор тут же бухнул:
– Ну, это дело плевое. Мы можем собрать для двух президентов.
Денис-из-Леса покачал головой:
– Это для депутата хватало малости. Для кандидата в президенты… Я завтра узнаю, сколько нужно. И к какому сроку.
Крылов запротестовал:
– Вы что, всерьез?
Загалдели, заговорили, перебивая друг друга. Черный Принц сказал очень серьезно:
– Костя, что с тобой? Разве не ты выдвинул идею о воссоздании Великой Скифии? Не ты заложил это все?.. А сейчас, когда у всех из ушей плещет веселая скифская ярость и жажда ломиться вперед, крушить все, что мешает победной поступи скифов, ты… сомневаешься?
Глава 6
Крылов открыл рот для резкого ответа, но слова не шли. Попытался выдавить из горла хоть звук, но опять же только беззвучно разевал рот. Наконец из гортани выполз хриплый придушенный кашель, Крылов суетливо поискал носовой платок, вытер рот, выдавил сипло:
– Продуло… малость…
Он долго откашливался, вытирал рот и глаза, а Черный Принц, потеряв терпение, сказал резко:
– Ладно, это была минутная слабость. Сейчас мы решаем: двигаемся вперед или… остановимся.
Гаврилов сказал осторожно:
– Остановиться – это не всегда плохо. Остановиться – это перевести дух, подтянуть обозы, собрать резервы, сосредоточиться для нового рывка… Но, если честно, я тоже считаю, что надо поторопиться собрать подписи. Мы можем не успеть!
Крылов сказал хрипло:
– А возрастной ценз? В России в президенты выбирают только стариков. Такова традиция.
Черный Принц возразил:
– На этот раз выбирать будут скифы!
– Но по старым законам? У нас никогда не было молодых правителей.
– А Ленин, Сталин? – возразил Черный Принц. – Свердлову вообще было не то двадцать, не то двадцать один год, когда он стал, по нынешним меркам, президентом страны!
Матросов сказал зло:
– Так то революция! Революции всегда делались молодыми. И возглавлялись ими… до тех пор, пока их не отодвигали более старые пердуны. Ты еще царей вспомни!
– А что царей? Вот Петр Первый…
– Петра не выбирали! А то бы хрен он прокрался к рычагам. При любой выборной системе остановили бы еще до порога. А у нас теперь не престолонаследие…
– Увы, – согласился Черный Принц. – Надо будет ввести, а? Или оставим выборную? Может быть, придумаем что-то еще?
– Че?
– Ну, че-нибудь вроде Олимпийских игр. Кто наберет больше очков, того и ставим царем.
Тор предложил кровожадно:
– Тогда по армрестлингу!
– Фиг тебе, – возразил Откин. – Президент должен быть силен мозгами.
– С мозгами у нас многие, – возразил Тор. – Да только работают не так, не тем, не туда… а то и вовсе спят, а работает у такого умника совсем другое… Вон как у нашего Крылова.
Крылов поморщился:
– А что у Крылова?
– У тебя все работает, – сказал Тор поспешно. – И верхняя голова тоже. А у других только та, которой легче. Ладно, Черный Принц прав, президент из любого из нас еще молокосос… в сравнении с теми разжиревшими монстрами из правительства. Но кто сказал, что мы обязаны играть по их правилам?