Сказки
Шрифт:
“Все, что захочешь, милая, готовы мы отдать!
Великой нашей радости предела нет,
Давай корзину поскорей, съем дар твой на обед”.
“Запомни, женщина, если надкусишь плод,
То проглоти до семечка, не то беда придет.
Из фруктов все сумей без страха взять.
Не сможешь, на судьбу потом не смей роптать”.
“Я наставленье приняла, все сделаю, как надо.
Тебя, старушка, ждут почет и щедрая награда.
Живи как мать или сестра здесь, с нами во дворце,
Прислуга будет угождать во всем тебе”.
На сладострастные слова колдунья ухмыльнулась,
Едва заметно, рот скривив в усмешке, улыбнулась.
Вдруг неожиданно об пол ударила клюкой,
Исчезла, тенью пронеслась над царской головой.
Старухи голос среди стен, как эхо прозвучал:
“Следи, чтоб кроме твоих рук, мой дар никто не взял…”
Глава 3
Все в страхе оробели, лишь в себя придя.
Красавица златое яблоко взяла,
Приятен, нежен вкус целебного плода.
Семь яблок съела с аппетитом, без труда,
Наказано как было, не оставив капли сока.
Осталось два всего. Действительность жестока:
От небывалой сытости ее клонило в сон…
Нельзя заснуть, обед не завершен.
В бессилии, слабеющей рукой
Взяла, чтоб скушать, плод восьмой.
Кисла, жестка еда плода из серебра,
С усильем съесть его едва смогла.
Почти исполнен весь волшебницы приказ.
Последнее, взяв в руку, откусила раз…
И в сон глубокий погрузилась,
А яблоко, упав, под трон скатилось.
Уснувшую царицу с заботой унесли в кровать.
Служанка стала тронный зал под вечер убирать,
Нашла с надкусом яблоко невиданной красы,
Все съела без стыда, от глупой простоты.
В тот самый час девица молодая
Затяжелела, от чего – не зная.
Глава 4
Немало пролетело в ожиданьи родов дней,
В срок родила царица семь прекрасных сыновей.
У деток руки в золоте, а ноги в серебре,
Младенцев кожа жемчугом светилась при луне,
Бог ангельскими лицами малюток наградил.
От счастья царь всех слуг дарами одарил.
Одна служанка молодая не служила в ночь,
Она рожала в тяжелейших муках дочь.
Объявлен праздник был великий для народа.
Звонили все колокола в честь прибавленья рода.
Бесплатные столы для всех везде накрыты,
Из царских погребов бочки с вином открыты.
Закончен праздник, луч луны через окно
Небесным светом озарил счастливое лицо.
Мать средь детей спала с улыбкой на губах,
Змеей невидимой заполз к ней в душу страх.
От ужаса бедняжка закричав, вмиг пробудилась.
Лежит, детьми окружена, в живот вдруг боль вонзилась.
Что делать женщине, она дите рожает!?
В волненьи лекарей позвать не успевает,
Ужасным криком сын восьмой свет божий огласил.
Мать видит, сын – урод, лишилась чувств и сил.
Очнулась, тихо позвала любимую из слуг.
Как тайну сохранить, не показав испуг?
“Возьми ребенка моего без спора сей же час!
Ты тайно унеси его от материнских глаз.
Секрет мой сохранишь навеки, навсегда.
Сын будет твой, его ты родила”.
Особе царственной не в силах возразить,
Смирилась девушка уродцу мамой быть.
Судьба-злодейка, видимо, сильна:
Вчера служанка эта дочку родила,
Дочурка, как и царский сын восьмой,
Была уродливой, к тому ж еще слепой.
Прижав несчастного ребеночка к груди,