Чтение онлайн

— Да, я здесь, — сказал я и направился к двери, ведущей обратно в пустой еще магазин, где он потом выложит товар — а может, и не выложит. Я почти ожидал, что дверь будет заперта, но это оказалось не так. Вернувшись туда, где был виден дневной свет, я почувствовал себя лучше. Но и это помещение казалось неприятным из-за запаха старой пыли. Похожим на склеп.

— Он вообще знает, что такое компьютер? — спросил Генрих, следуя за мной и тщательно запирая дверь в заднюю комнату. — Держу пари, что нет.

Я не собирался втягиваться в дискуссию о том, что мистер Боудич знал, а что нет, и просто сказал, что был рад с ним познакомиться. Это было неправдой. Я с облегчением увидел, что никто не украл мой велосипед — выходя из дома тем утром, я был слишком занят другими вещами, чтобы вспомнить о велосипедном замке.

Генрих взял меня за локоть. Я обернулся и теперь все-таки увидел внутреннего Долговязого Джона Сильвера. Для полноты картины ему нужен был только попугай на плече. По словам Сильвера, его попугай повидал не меньше зла, чем сам дьявол. Я догадывался, что Вильгельм Генрих тоже видел много зла — но вы должны помнить, что мне было семнадцать, и я по шею увяз в вещах, которых не понимал. Другими словами, я был напуган до смерти.

— Сколько у него золота? — спросил Генрих низким, сдавленным голосом. Его будто бы случайное использование немецких слов и фраз показалось мне наигранным, но именно теперь он действительно говорил, как немец. И не очень приятный немец. — Скажите, сколько и где он его берет. Я сделаю так, чтобы вы об этом не пожалели.

— Я лучше пойду, — сказал я и пошел.

Наблюдал ли Кристофер Полли, как я сел на велосипед и уехал с оставшимися золотыми гранулами в рюкзаке? Я бы его не увидел, потому что оглядывался через плечо на бледное лицо Генриха, маячившее за табличкой «ЗАКРЫТО» на пыльной двери его магазина. Может быть, это было лишь воображение — вполне возможно, — но мне казалось, что я все еще вижу жадность на его лице. И я его понимал. Я вспомнил, как опустил руки в это ведро и позволил гранулам просыпаться сквозь пальцы. Не просто жадность — алчность.

Как в истории о пиратах.

Около четырех дня к дому подъехал фургон с надписью «БОЛЬНИЦА АРКАДИЯ» на боку. Я ждал его у фасада с Радар на поводке. Калитка — уже без ржавчины, со смазанными петлями — была открыта. Из фургона вышел санитар, открывший заднюю дверцу; Мелисса Уилкокс стояла там позади мистера Боудича, который сидел в инвалидном кресле с ногой в фиксаторе, вытянутой вперед. Она отцепила кресло, толкнула его вперед и тыльной стороной ладони нажала на кнопку. Когда платформа и инвалидное кресло начали опускаться, мой желудок тоже опустился. Я помнил про телефон, утку, даже про звонок. Чек Генриха был надежно спрятан в моем бумажнике. Все хорошо, но вот пандуса для инвалидных колясок не было ни спереди, ни сзади дома. Я чувствовал себя идиотом, но, по крайней мере, это не продлилось долго. Меня отвлекла Радар, которая увидела мистера Боудича и бросилась к нему. В тот момент она не проявляла никаких признаков артрита. Мне удалось вовремя потянуть поводок назад, чтобы ей не раздавило лапы опускающимся лифтом, но я почувствовал, как ее рывок отозвался болью в моей руке.

Ав! Ав! Ав!

Это было не рычание пса-монстра, который когда-то напугал Энди, а такой жалобный и человеческий крик, что у меня сжалось сердце. «Ты вернулся! — говорили эти звуки. — Слава Богу, а я думала, ты ушел навсегда!»

Мистер Боудич протянул к ней руки, и она подпрыгнула, обхватив лапами его вытянутую ногу. Он поморщился, потом засмеялся и погладил ее по голове.

— Да, девочка, — промурлыкал он. Мне было трудно поверить, что он мог издавать такой звук, даже когда я его слышал, но он это сделал — этот ворчливый старик мурлыкал. В его глазах стояли слезы. Радар тихо поскуливала от счастья, ее большой старый хвост мотался взад-вперед.

— Да, девочка, да, я тоже по тебе скучал. А теперь отойди, а то ты меня убьешь.

Радар послушно отскочила и потрусила, вывалив язык, вслед за инвалидным креслом, которое Мелисса катила по дорожке.

— Пандуса нет, — сказал я. — Извините, я его сделаю, посмотрю в сети, как это делается, в сети есть все, — я лепетал эту чушь и, казалось, не мог остановиться. — Думаю, все остальное более-менее готово…

— Мы наймем кого-нибудь, чтобы установить пандус, так что не суетись, — прервал мистер Боудич. — Тебе не нужно делать все самому. Одно из преимуществ статуса помощника — это делегирование задач. И спешить некуда, я ведь нечасто выхожу из дома, как ты знаешь. Ты позаботился о нашем деле?

— Да. Сегодня утром.

— Хорошо.

Мелисса сказала:

— Вы двое вполне сможете поднять это кресло по ступенькам, вы ведь здоровые парни. Что ты об этом думаешь, Херби?

— Без проблем, — сказал санитар. — Верно, приятель?

Я сказал «конечно» и встал с одной стороны кресла. Радар вскарабкалась на ступеньки до середины, остановилась, когда задние лапы подвели ее, но потом снова включила передачу и прошла остаток пути. Она смотрела на нас сверху вниз, постукивая хвостом.

— И кто-то должен починить дорожку, если он собирается ею пользоваться, — сказала Мелисса. — Это хуже, чем грунтовая дорога в Теннесси, возле которой я выросла.

— Готов, приятель? — спросил Херби.

Мы подняли инвалидную коляску на крыльцо. Я порылся в ключах мистера Боудича и наконец нашел тот, который открывал входную дверь.

— Слушай, — сказал санитар, — я не мог видеть твою фотографию в газете?

Я вздохнул:

— Наверно. Мы с Радар, вон у той калитки.

— Да нет, в прошлом году. Ты забил победный тачдаун в Индюшачьем кубке. За пять секунд до того, как закончилась игра.

Он поднял руку над головой, держа невидимый футбольный мяч, как я тогда на фотографии. Трудно сказать, почему меня обрадовало то, что он вспомнил ту фотографию, а не более свежую, но это было так.

В гостиной я ждал — нервничая больше, чем когда — либо, — пока Мелисса Уилкокс осматривала раскладной диван.

— Хорошо, — сказала она. — Все хорошо. Может быть, низковато, но обойдемся тем, что у нас есть. Еще понадобится валик или что-то подобное, чтобы его нога имела дополнительную поддержку. Ты застелил постель?

— Да, — сказал я, и ее удивленный взгляд меня тоже порадовал.

— Прочитал брошюру, которую я тебе дала?

— Да. И купил антибактериальное средство для ухода за булавками…

Она покачала головой:

— Простой физраствор — это все, что нужно. Теплая соленая вода. Ты чувствуешь себя готовым переместить его?

— Алло? — сказал мистер Боудич. — Могу я принять участие в этом разговоре? Я ведь тут.

— Да, но я не с вами разговариваю, — сказала Мелисса с улыбкой.

— Даже не знаю, — сказал я.