Чтение онлайн

– Вот как?
– Джорджина не смогла скрыть изумления.
– Удивительно, ведь она клятвенно уверяла, что я - её лучшая подруга! С ума сойти можно. Вот двуличная стерва. Ну и черт с ней. Зато уж мы с тобой никогда не притворялись, что обожаем друг дружку.
– И обе женщины звонко рассмеялись.

Вдоволь нахохотавшись, Шарон заговорила:

– В любом случае, если мы скинем Энди, то эта сука останется у разбитого корыта. Я хочу заключить с тобой сделку.

Джорджина откинулась на спинку стула. Теперь она наконец узнала прежнюю Шарон.

– Я могу доказать, что Энди подставил Дугласа в истории с Купером...

– Только и всего?
– перебила её Джорджина.

– И ещё - что Энди снабдил остальных членов Совета директоров компроматом на Дугласа.

– А что тебе нужно взамен?
– сухо спросила Джорджина.

– Работа, хорошее место, - быстро ответила Шарон.
– Я прекрасно понимаю, что сейчас не имею права быть главредом. Но это временно. Я хотела бы снова вернуться к тому, что умею и люблю. Прецеденты такие уже были.

– А доказательствами ты располагаешь?
– спросила Джорджина.
– Одного твоего слова будет недостаточно.

На мгновение Шарон злорадно припомнила, как просто ей получить доступ к квартире Карсона, к его компьютеру и секретной информации. В то же утро, когда Энди её выгнал, она сделала дубликаты унесенных ключей. Затем, дождавшись, когда Карсон уехал на работу, проникла в его квартиру и положила ключи на место, оставив дубликаты себе. Он никогда ничего не заподозрит. А она может попасть в его квартиру в любое время, когда ей заблагорассудится.

– Доказательства я добуду, - уверенно пообещала она.

Джорджина посмотрела на неё с сочувствием. Поразительно, Шарон потратила столько времени и сил, чтобы её угробить, а теперь сама просит у неё поддержки. И, самое удивительное - Джорджине хотелось ей помочь.

Должно быть, все дело в гормонах, подумала она. Я становлюсь сентиментальной.

* * *

В течение четырех дней телефон трезвонил, почти не умолкая, но Дуглас оградился от звонков с помощью автоответчика. Сам же он все время проводил в кабинете, штудируя сотни страниц материалов, подготовленных его адвокатами.

Адвокаты были убеждены, что одной лишь магнитофонной записи в качестве подтверждения предательства Карсона, будет достаточно, чтобы Дугласа в течение двадцати четырех часов восстановили в прежней должности. В "Трибьюн" не спешили разглашать сведения, которые могли повлиять на прибыль компании, поэтому официального заявления об отстранении Дугласа ещё не последовало.

После того, как адвокаты побывали у сэра Филипа и предъявили ему раздобытые доказательства, он сам распорядился отложить вынесение окончательного решения до завершения расследования. Срок последнего истекал завтра.

Размышления Дугласа были прерваны звонком Бекки.

– Дорогой, тебе снова звонила Жаклин. Утром я уже один раз с ней общалась, но сейчас она, похоже, жутко расстроена. Она оставила номер, по которому ты можешь её найти.

Дуглас обратил внимание, что номер - не домашний, но тем не менее позвонил. Жаклин сняла трубку почти мгновенно, точно ждала его звонка.

– Что, ты меня поздравить хотела?
– саркастически осведомился Дуглас.
– Дурные вести быстро распространяются.

– Не знаю, о чем ты говоришь, Дуглас, - с плохо сдерживаемым гневом ответила Жаклин, - но ты, как всегда, думаешь только о себе. В жизни не сталкивалась с подобным эгоцентристом.

– Не знаю, порадую я тебя, или нет, - сказал Дуглас, - но слухи о моей отставке сильно преувеличены. Завтра я намерен вновь стать у руля группы "Трибьюн".

– Дуглас, ты даже не понимаешь, что я говорю с тобой из больницы, Жаклин всхлипнула, и только тогда Дуглас понял, что голос её дрожал от слез, а не от гнева.

– Господи, что случилось?
– вскричал он, охваченный ужасом.
– Саймон?

– Нет, Дуглас, не Саймон.

– Как, неужели Джейми? Боже мой, только не Джейми!

– Нет, Дуглас, мальчики живы и здоровы. А вот Дэниел... Он в реанимации...
– Она громко всхлипнула.
– До сих пор поверить не могу. Все так хорошо было. Мы все мирно сидели, завтракали, и вдруг... он захрипел и потерял сознание.
– И она разрыдалась.

Дуглас молчал несколько минут. И не потому, что давал Жаклин время успокоиться, а потому, что никак не мог осознать смысла ужасных слов: Дэниел, реанимация, потерял сознание...

– А все из-за перенесенного им в детстве ревматизма, - продолжила наконец Жаклин.
– У него развилось сердечное заболевание, потом в мозг попал сгусток крови... О, Дуглас, как я без него проживу? Почему все так несправедливо? Почему это случилось с Дэниелом, а не с тобой?

– Я прилечу ближайшим рейсом, - сухо сказал он.

Бекки заказала ему билет, а Дуглас, потрясенный, сидел в кресле и размышлял. Какой удар! Одновременно лишиться всего самого дорого на свете работы и любимого брата. И почему судьба так сурово обошлась с ним?

Медленно ступая по длинному больничному коридору с выбеленными стенами, Дуглас с горечью поймал себя на мысли, что в течение последних сорока восьми часов уже не в первый раз направляется как бы на собственную казнь. Никогда ещё он не ощущал себя таким одиноким, начисто потерявшим все, что имело в жизни хоть какую-то ценность.

Остановившись перед дверью палаты Дэниела, он вгляделся в застекленное оконце. Брат его неподвижно лежал на кровати, окруженный, как показалось Дугласу, мириадом трубочек и проводов, подсоединенных к каким-то сложным приборам. Возле кровати сидела Жаклин и держала умирающего за руку. Рядом стоял Саймон, старший из сыновей. Джейми, которому недавно исполнилось семь, сидел на кровати и читал вслух что-то, напечатанное крупными буквами.