Чтение онлайн

Ну, да ладно. Сийм молча разглядывал ее и ждал, что скажет Киллу. Эллу тоже девушка хоть куда! Платье на ней, как мухомор — красное в белую крапинку, все в золотисто-желтых заплатах. Видно, не раз она его рвала, лазая по деревьям. Светлые волосы подстрижены под горшок, над бровями и на затылке одной длины. Щеки что наливные яблочки, губы как малина, а глаза словно незабудки. Верно, в поселковой лавке для Эллу тоже не нашлось подходящей обуви — она была босая, и Сийм мог вволю любоваться ее розовыми пятками.

Эллу, по кличке Мухоловка, тоже с любопытством разглядывала Сийма. И вдруг прыснула в кулак. Сийм догадался, что понравился ей.

Так как Смышленая Трийну не уточнила, какую из дочерей грибного царя Сморчка Сийм должен взять в жены, он подумал, что и Эллу он вполне может прийтись по душе.

Рассудительная Киллу тут же принялась их сватать.

Она приказала им встать спиной к спине и сказала, что ростом они тютелька в тютельку. Потом начала выпытывать, сумеет ли Сийм удержать царскую дочь.

Великан схватил Эллу за руку и держал ее до тех пор, пока Киллу не засмеялась. Памятуя обо всех его проделках, Киллу спросила, где корень всех его бед. Детина Сийм поднял сначала одну, потом другую ногу и показал подметки красных сапог. Никакого корня под ними не оказалось.

Но и этого Киллу показалось мало. Внезапно она протянула руку в сторону дремучей ели и испуганно вскрикнула. Сийм был не из робкого десятка, он решительно направился туда, где таилась опасность. Этого Киллу было достаточно. Конечно, никакого медведя или волка она за елью не видела — просто осмотрительная девушка решила испытать храбрость Сийма.

Эллу смеялась в кулак, Киллу подобрела, и парень совсем приободрился.

А почему бы им с Эллу и не поладить, подумал великан. А где лад, там и клад.

Важные решения, как известно, очертя голову не принимают. И Эллу потребовала время на то, чтобы все обдумать как следует. По примеру царевой дочки решил и Сийм сам с собой совет держать. Каждый день по восемь часов кряду высиживал он на крылечке, и к вечеру голова у него раскалывалась от непосильного умственного труда.

Но вот Эллу прислала известие, что срок, отведенный на размышления, истек. И все тревоги Сийма как рукой сняло. Он даже завалился спать пораньше, чтобы поскорее утро настало.

С восходом солнца в доме царя Сморчка стали готовиться к свадьбе. Киллу уложила свою длинную косу на затылке, нахлобучила поварской колпак, и скоро из трубы повалил душистый дым. Все собаки в округе повернули морды в сторону царских палат. Облизываясь, нетерпеливо ждали они, когда им бросят погрызть лакомые косточки.

Эллу сидела у себя в комнате и шила подвенечное платье. Ей захотелось, чтобы ширина подола соответствовала числу ее лет. Так что Эллу пришлось подшить целых двадцать пять метров ткани. Не думайте, будто дочка царя Сморчка не справилась с работой! Просто, чтоб дело шло быстрее, Эллу шила такими огромными стежками, словно кузнечик по подолу прыгал и нитку за собой тянул.

Жених в этот день с раннего утра парился в баньке у Смышленой Трийну и с тревогой думал о том, что, по случаю предстоящего торжества, не мешало бы привести в порядок обтрепавшиеся по низу штанины. Размышляя об этом, Сийм то и дело поддавал пару и драил себя щеткой. Потом с облегчением вздохнул и оборвал низ штанин. Брюки стали коротковаты, но зато были теперь без бахромы.

Отец невесты сидел в мезонине у окошка и гадал, что дать Эллу в приданое. В будни царь Сморчок торговал на базаре грибами и ходил просто в балахоне. Но сегодня, по случаю свадьбы, облачился с утра в праздничные одежды. Тяжкими были для царя эти торжественные выходы. Жесткий воротничок жал шею, а от лисички, которую он воткнул себе в петлицу, почему-то несло гнилью.

Время от времени старик вынимал из нагрудного кармана будильник, смотрел, который час, чтобы не пропустить начало празднества.

Царь Сморчок очень любил грибы. Но была у него и другая страсть — часы. И потому решил он подарить дочери ходики. Каждый час в циферблате распахивались ставенки, выскакивала кукушка и куковала столько раз, сколько показывала стрелка.

Ну, да ладно, солнце взгромоздилось высоко-высоко и стало помаленьку катиться к закату. В назначенное время

Эллу и Сийм встретились в березовой роще. Здоровенный жених в коротких штанах взял за руку дородную невесту в широченном платье, развевающемся на ветру, и повел ее, как положено, к должностным лицам. Там их имена записали в книгу, сказали несколько проникновенных слов и объявили, что теперь они составляют единую и неделимую семью. Вот так появилась у Сийма-Силача жена, а звать ее стали Эллу-Мухоловка-Силачиха.

Возвращаясь домой, в палаты царя Сморчка, оба не чуяли под собой ног от радости. Эллу трещала, как сорока, да и Сийм еле-еле сдерживался, чтобы не захохотать во все горло. На краю канавы они сели передохнуть, и Эллу сплела себе венок. А так как цветов росло на лугу видимо-невидимо, Эллу свила несколько венков поменьше. И надела их на запястья и щиколотки. Глядя на жену, Сийм решил, что и ему не мешает принарядиться. Сломал макушку молодой елочки и сунул ее в нагрудный карман белого сюртука.

Во дворе царя Сморчка молодоженов ждали с нетерпением. Завидев молодую чету, старуха Трийну забила в барабан, а правой ногой потянула веревку, из дома послышались звуки гармони. Оказывается, Смышленая Трийну повесила гармонь на стенку, привязала к ней веревку, а другой конец веревки прицепила к ноге. Так что когда Трийну раскачивала ногой, в придачу к барабанной дроби пиликала гармошка. Гости, стоявшие позади барабанщицы, хлопали в ладоши. Старый пасечник орудовал дымокуром в такт музыке, окуривая молодых облаками душистого дыма.