Сияние
Шрифт:
когда руками ты виденья будешь прясть,
когда сама с собой начнешь вести ты речи, -
в твоей крови моя заледенеет страсть.
Тогда увидишь ты, как небосвод смеется
Бессильной пустотой ввалившегося рта, -
Как кровь реки сквозь лед, сквозь скорбь любовь пробьется:
Ты вспомнишь про меня. Ты скажешь: "Это так.
Да, он меня любил. Дарил мне лучик света.
Да, я ждала всю жизнь не света, а тепла.
Да, жизнь прошла легко - я слепотой согрета.
Но смерть тем тяжелей, чем легче жизнь была.
Пусть пролетела жизнь, как пролетают птицы,
Пусть было счастье в ней, пусть в ней была беда,
Пусть слышу я уже, как надо мной струится
То белая вода, то черная вода, -
Но каждый день его я вспоминаю снова,
И каждый день я пью стихов его настой,
И каждая строка в стихах его суровых
Так сладостно горька моею красотой -
Былою красотой... Она уж не вернется.
Она лишь промелькнет на миг в его строках -
И в черный океан опустится, как солнце,
И в пропасть упадет, как горная река.
Любовь! Разлука! Смерть! Смешная, злая сказка!
Родись - женись - умри - и больше ничего!
Грех для души - как для ослепших глаз повязка:
Не стану зрячей я ни с ним, ни без него!
Но смерть освободит меня от приговора,
Как жизнь бы не смогла освободить, и вновь -
Взгляну я на него его бессмертным взором,
Ведь у него в крови течет моя любовь!"
Ты будешь звать меня. Искать. Но бесполезно.
Рванешься вверх. Падешь...
И смерть, как жизнь - пуста.
На все твои слова ответит небо - бездна
Ввалившегося старческого рта.
Вечный разговор
– Ты не будешь моей никогда.
Пусть сияет ночная звезда,
Пусть во мраке мерцает луна,
Пусть судьба мне до края видна.
– Ты не будешь моим - ну и что ж?
Слово ты не вонзишь, словно нож,
В сердце, что ожидает любви,
Вечно помня признанья твои.
– Мы не будем счастливой семьей.
Пусть другие идут за звездой,
Пусть другие на ясли глядят,
Превращая свой морок в наш лад.
...Так - века, и века, и века.
Цель, как прежде, от нас далека,
И над миром горит небосвод,
И комета стремится вперед.
Но одни лишь простые слова
Нас уносят за грань естества:
– Ты не будешь моей никогда,
Как волна, как луна, как звезда.
– - СУД.
Любовь - никакому суду не подвержена, и любовь - сама себе суд, и приговор, и помилование; каждый миг любви - преступление против прежнего, и наказание, и очищение; благословенна будь, суровость любви нашей!
Отмеченные приговором высшим, к вечной любви приговоренные, скитаемся мы по кругам встреч и разлук, и ждем окончания срока - окончания вечности... Но только за гранью любви кончается она, там, куда ни стрела, ни мысль не долетают.
Любовью хранимые, любовью несомые, смотрим мы вниз, в пропасть жизни, с высоты чувства нашего, и в теплых ладонях дремлем, но тянет нас - в пропасть ринуться; смотреть в нее вечно - тяжелее, чем падать, но и в падении любовью мы окружены, и из любви в любовь падаем: из конечной - в бесконечную!
Вот оно, преступление наше, и вот он, суд, и вот он, приговор: за гранью всех черт, всех определений, всех заранее определенных правил - жить, и двигаться, и существовать; и почвы под ногами не иметь, и скитаться; и - любовью звать бесприютность сердца своего!
* * *
О любви мое сердце молилось,
и любовь в это сердце пришла,
никого не застав, рассердилась
и ушла... Вот такие дела.
* * *
Этот тоненький след на весеннем снегу
Я годами забыть не могу, не могу.
Ты ушла и оставила след, как печать,
На снегу, на душе, что устала звучать.
И твой след в моей жизни остался навек,
И вовек не растает предутренний снег.
Я его в своей памяти уберегу...
Умереть я могу, а забыть - не могу.
* * *
Все было так привычно,
Как может быть лишь раз:
Весна, закат обычный
И взор печальных глаз,
И ветер, вешний, зыбкий,
и травы на пути,
и слезы сквозь улыбку,
и робкое: "Прости..."
И новым светом тихим
Ты вся озарена:
В глазах - заката блики,
В душе - печаль без дна,
И в новом свете тихом
Все предстает иным:
Окно, из дома выход,
Над полем сизый дым...
А я теперь в разлуке
Кричу, кричу, кричу,
Заламываю руки,