Симфонии
Шрифт:
Окоченелый труп лежал между золотыми крыльями Арго. Впереди была пустота. И сзади тоже.
Прошло сто лет.
На изумрудных струях метались струи Солнца. Это была пляска солнечных светочей. Это были золотые черви. Потом черви стали рубинные. Вспыхнувшие стекла домов становились слитками красного золота, и солнечность заливала вечерние комнаты. Ее можно было черпать ведрами. У вечернего окна янтарел мечтатель, прижавший руку к сердцу. Вдали на зеркально-красном горизонте в вышину вонзались ниточки огня. Это были золотые стрелы. Это флотилии солнечных броненосцев вонзались в высь, перевозя человечество к Солнцу.
ОТРЫВКИ ИЗ 4-й СИМФОНИИ
ИЗ 2-й ЧАСТИ
1. Андрей видел предрассветный сон.
2. Они шли с лучистым странником, давнишним знакомцем по снам.
3. Это был загадочный старец, Федор Кузьмич.
4. Они были в одеждах послушников, и котомки их болтались за плечами.
5. Они шли вдоль равнин. Ничто их не касалось, и никто их не задерживал.
6. Стояла осень. Лазурное небо заплакало вдали.
7. Лучезарный старец пригорюнился, сказав: «Скончалась… Преставилась…»
8. Подпер руку под подбородок и уставился в землю.
1. Они пришли к одинокому деревянному кресту, торчащему над песчаным обрывом.
2. Это была ее могилка.
3. Деревцо хлопало большими матово-желтыми листьями.
4. И лист за листом обрывался над могилкой.
5. Лавров заплакал, горюя: «Неужели она не воскреснет!..»
6. Ветряный напор стал рвать деревцо, и матово-желтое облачко, шелестя, пронеслось мимо их ног.
7. Он обхватил руками ее могилку и просил: «Воскресни, родная…»
1. Но загадочный старец Федор Кузьмич положил руку к нему на плечо и сказал: «Чего ты плачешь?
2. Ведь могила пуста!»
3. И Андрей поднял глаза и увидел, что лазурное небо смеялось вдали.
4. Облетевшее деревцо радостно тряхнуло голыми сучьями, и в отчетливом воздухе тянулась золотая паутина.
5. Федор Кузьмич, сидя на песчаном откосе, тоже смеялся светозарным ликом.
1. Он проснулся. Открыл глаза. В сверкающую щель ставни рвалась светозарная струйка и ложилась на стене бледно-странным, узорным пятном.
2. И он шепнул: «Она жива… Никогда не умирала…»
3. Слышался глубокий вздох, который давно начался и не мог кончиться.
4. Это шумели деревья.
5. Это был день большого ветра.
6. И сиреневые кусты, глухо волнуясь, отмахивались от ветряных объятий и поцелуев.
ИЗ 2-й ЧАСТИ
1. Андрей с Митей мчались верхом среди взволнованных нив.
2. Семянные колосья словно шатались, склоняясь,
3. то чернея, то золотея.
4. И вдоль нивы синели теневые пятна, производя волнение.
5. Точно на ниву бросили покрывало, испещренное пятнами, — и вот оно мчалось к горизонту.
6. Андрей запылал. Указывал на закат. Говорил невнятное:
7. «Дни текут… Времена накопляются… Подымается незакатное, бессрочное…
8. Просится: пора мне в этот старый мир…
9. Пора сдернуть покровы… Развить пелены… Пора открыть им глаза… Налететь ветром…
10. Засвистать в уши о до-временном».
1. Митя слушал вселенские речи, не понимая.
2. Заслушивался.
3. Воздушно-мировые пространства, наполненные светом, бестрепетно распахнулись над ними.
4. Хотелось искупаться в этих светозарных объятиях.
5. Золотая, пятнистая порфира неслась к пылающему горизонту, и колосья шептались в солнечной бесконечности.
6. Андрей кричал: «А кто это идет на нас, закрывшись сверкающим кругом — золотым щитом Вечности!»
1. Они повернули коней. И помчались назад — помчались обратно.
2. Возвращались.
3. Ветер засвистал в уши всадников среди шелеста колосьев.
4. Воздушно-мировые объятия бестрепетно распахнулись над ними, и они восторженно грустили о до-временном.
5. Закрыв лицо, мокрое от слез, Андрей не стыдился плача. «Воздух чист!
6. Воздух чист и светозарен!»
КОНЕЦ 2-й ЧАСТИ
1. Вечером на открытой террасе сидели — Андрей с Иваном Ястребовым.
2. Ястребов поднял просиявшее, бледно-христианское лицо. Его уста не размыкались. Стыли пунцовым изгибом.
3. Налетавший ветер играл длинными кудрями и белокурой раздвоенной бородой.
4. Где-то вдали затянули псалом: на двор притащились слепцы, но собака завыла: «Хауау-ууу…»
5. И слепцов гнали.
6. И потащились слепцы, протягивая руки свои в одну сторону, точно скрипучие деревья, накреняемые ветром.
1. Ястребов надвинул свою шляпу на глаза и весь поник, опершись на палку.
2. Деревья кричали: «Ввы… ввы…
3. Увввыы…»
1. В комнате вспыхнул синий висячий фонарь.
2. Голубой свет мертвенно затрепетал.
3. Пал на их лица. И лица казались бледно-голубыми.
4. Им был виден сквозь стекла седой помещик, опустивший голову на стол, весь нахмуренный от огорчения.
5. Нахмуренный и бледно-голубой.
1. Ястребов еще глубже надвинул шапку. Зашептал.
2. Заблистал жемчужными зубами.
3. «Вот так же все было и во времена гонений…
4. Но прошли века… Все изменилось…
5. И приходит конец.
6. И вот снова мы сидим тут, словно воры, и шепчемся о грядущих судьбах мира…»