Силуэт
Шрифт:
– И это все?
– возмутился Илья, смотря на то, как я иду к лифту - никаких уговоров? Криков? Возмущений? Ты хоть как - нибудь отреагируешь?
– Зачем?
– удивилась я - если не хочешь - значит, не хочешь.
Лифт, натужно скрипя, подъехал к восьмому этажу, открывая двери.
– Ты что, по ступенькам решил идти?
– поинтересовалась я у Ильи, который всё ещё стоял у моей двери - парень! Ты меня вообще слышишь?
– Нет, я думаю - отозвался Преображенский, подойдя к лифту и заходя в узкую кабину.
– О чем же?
– поинтересовалась я, нажимая кнопку первого этажа - хотя, я тоже думаю. Например, о том, куда же ты решил меня потащить?
– Знаешь - не слыша меня, продолжил Илья, стоя где - то за моей спиной - тебе придется взять на себя ответственность.
– Что?
– обалдела я, повернув в сторону друга голову - ты что там опять удумал?
Илья наклонился и, не успела я опомниться, как меня поцеловали, не позволив даже нормально повернуться, обняв одной рукой за плечи, а второй держа за подбородок.
Лифт остановился, и за его дверьми раздались веселые голоса нескольких человек. Я в ужасе распахнула глаза, представив, что они могут увидеть, если двери откроются, но Илья не дал мне сделать и шагу.
– А потом Антонина Васильева выгнала его из класса, бросив следом портфель. Ты бы видел лицо Антона! Историчка ему по плечо, а швырнула так, словно он был сопливым первоклассником! А как она портфель точно в спину метнула - это вообще было...
Судя по тому, как оборвался поток веселых слов, те, кто стоял на пятом этаже, прониклись увиденной картиной в полной мере. Кто - то даже не удержал удивленного возгласа, но Преображенский просто нажал кнопку, закрывая двери, и лифт снова поехал вниз.
Да что ж за день - то такой?!
Стоило лифту открыть двери на первом этаже, как я пулей выскочила на лестничную площадку, пряча в ладонях красное лицо. Это надо же было так попасть! Извращенец!
– Зачем ты это сделал?
– накинулась я на Илью, который сыто улыбаясь, вышел следом за мной, и теперь печатал кому - то сообщение.
– Да брось! Там школота стояла, думаешь, они до сих пор не знают, что должны делать парень и девушка, которые не безразличны друг другу?
Я зло сверкнула глазами, понимая, что ему ничего не докажешь. Мы слишком разно видим одну и ту же картину.
– Куда мы идем?
– поинтересовалась я у Преображенского - ты мне этого так и не сказал.
– Это сюрприз -улыбнулся Илья.
– Ну, уже нет!
– сразу открестилась от подобного я - или говори или расходимся.
– Цветочек - вкрадчиво начал Преображенский - ты ранишь меня своим недоверием. Неужели ты боишься меня? Я никогда не причиню тебе вреда, ты же это прекрасно знаешь.
– И ещё лучше я знаю, чем могут закончиться твои выходки - парировала я.
– Ты мне ту высотку до самой смерти будешь вспоминать?
– возмутился Илья.
– Нет - тут же отозвалась я, засунув холодные руки в карманы куртку - намного дольше, мой друг.
– Цветочек...
– Не называй меня так!
– Хорошо - хорошо - примирительно поднял руки Илья, всё ещё сжимая телефон в правой - Лиля, вот скажи мне честно : ты мне веришь?
– Сам знаешь, что веры тебе - ни на грош - отозвалась я, выходя из подъезда на осеннюю улицу.
Сумерки уже вступали в свои права, погружая многоэтажки в темноту, делая их похожими на бетонные коробки, обмотанные многочисленными окнами - фонариками. Поежившись от довольно прохладного ветра, я поправила высокий воротник и уже хотела повернуться к Илье, но внезапно перед глазами все потемнело.
– Ты что творишь?
– возмутилась я, пытаясь убрать с глаз повязку - совсем с катушек съехал?
– Тише, это сюрприз - Илья ловко завязал у меня на затылке узел и осторожно взял мои запястья, не давая испортить его работу - Цветочек, не сердись, по - другому никак.
– Только не говори мне, что ты захотел потащить меня на скотобойню - взмолилась я вертя головой, тщетно пытаясь хоть что - то увидеть, кроме темноты.
– Хорошего же ты обо мне мнения - услышала я возмущенный голос Ильи - о, а вот и машина!
– Илья, немедленно скажи, куда ты меня тащишь!
– велела я, топнув ногой - или я никуда не иду!
– Не иди.
Внезапно меня подхватили за талию и забросили на плечо. От подобной наглости я сначала даже растерялась, чтобы уже через несколько секунд со всей силы забарабанить по широкой спине, крича на всю округу:
– Отпусти! Поставь меня! Сейчас же! Я не шучу! Илья!
– Тише, Цветочек, иначе сюда сейчас все жильцы сбегут - похлопал меня по спине Преображенский, словно невзначай хлопнув и по пятой точке, за что тут же получил коленом в ребра - ох, ну ты и изворотливая!
– А ты настоящая задница - огрызнулась я.
– Не ругайся, Цветочек, это некрасиво - наставительно сказал парень - тем более, девочкам нельзя даже думать о таких словах.
– Поучи меня - отозвалась я, прекращая выкручиваться, почувствовав, как меня слегка опустили вниз.
Ненавижу, когда он так делает! Тем более сейчас, с завязанными глазами!
– Илья!
– Да расслабься, я шучу - весело сказал Преображенский.
– С тобой бы так пошутили - отозвалась я, изо всех сил вцепившись в куртку друга - мигом бы небо в алмазах увидел.
Преображенский не ответил, только, наконец - то спустил со своего плеча на что - то мягкое. Наверное, мы добрались до машины.
Хлопнула дверь и меня снова взяли за запястья, хотя я и не думала вырываться. Наоборот, я решила, что раз сделать все равно ничего не смогу, то почему бы не поспать? Кто знает, куда Илья меня везет? Я вот не знаю.
– Ты так ничего мне не скажешь?
– спросила я, положив голову парню на плечо, размеренно вдыхая его запах.
– Иначе будет не интересно - усмехнулся Преображенский, обнимая меня за плечи и притягивая ближе - что, сильно плохо?
– едва слышно спросил Илья, когда машина мягко тронулась с места.