Сильнее меня
Шрифт:
Я пытаюсь осознать всю эту тираду.
— Что?
— Я подумал, что вас данная сторона вопроса может заинтересовать! Вы сейчас хорошо справляетесь как пара, и учитывая вашу тягу к науке, мне кажется, было бы здорово снять ваши показания, записать их.
Долго смотрю на Эрента. Эла занимается тем же самым.
— Раньше ты не говорил. О чувствах.
Вместо этого он говорил моей женщине, что она может стать идеальной любовницей?!
— А разве это как-то помогло бы? В предыдущих ситуациях?
Желание прогнать его из своего дома достигает пика. Даже если он к демонам прав.
— На сегодня хватит. Точно, — цежу я.
— Хорошо, — Эрент поднимает руки, кивает нам. — Рад был вас видеть.
Он удаляется почти невозмутимо.
А я шумно вздыхаю.
Смотрю на Элу, с которой мы остались одни. Потом подхожу, снова подхватываю её из кресла и прижимаю к себе. Она даже пискнуть не успевает. Ещё некоторое время мы стоим на месте. Я сжимаю её, просто сжимаю. Глажу шею, волосы, кожу за ухом. Сердце никак не уймётся.
— Хочешь оставить всё как есть, значит? — спрашиваю хрипловато.
Она поднимает голову. Смотрит на меня своими необычными жёлтыми глазами — открыто, прекрасно, будоражаще. Так, как никто на меня не смотрел.
— Мне нравится, как всё есть. Мне… очень нравится, Траяр.
И ещё она сказала, что её чувства в гармонии с разумом…
Во рту как-то сухо, а надо бы что-то ответить. Что-нибудь осторожное, подходящее ситуации. То, что сгладит впечатление от этого ненужного визита, не испугает её.
— Выходи за меня.
Эла расширяет глаза. Отклоняется назад — и чуть покачивается на каблуках. Я быстро хватаю её крепче.
— Тебе не кажется, что это немного рано? — выдыхает она. — В смысле… это!..
— Ты только что сказала, что тебе всё нравится. И ты хотела быть смелой. — Не знаю, кто тянул меня за язык, но отступать нет смысла. И желания.
— Не лови меня на словах!
Запускаю руку ей в волосы, сжимаю красный шёлк у затылка.
— Ты же не думаешь, что я пригласил тебя жить в своём доме без этой мысли? — говорю тише. — Что я целую тебя, обнимаю, раздеваю не всерьёз? Я хочу, чтобы ты знала: я всегда был серьёзен на твой счёт.
Эла сглатывает. Её глаза вдруг начинают блестеть, и она прячет лицо у меня на груди.
Сердце отчаянно бьётся рядом с моим.
— Ты хоть уверен, что не пожалеешь?
— Эла…
— Я…
Она запинается. Несколько секунд молчит, а потом набирает воздуха в грудь. Отстраняется немного, в этот раз спокойно, просто чтобы снова смотреть мне в глаза. Выдерживает ещё одну паузу, долгую, звенящую, и говорит тихо и серьёзно:
— На самом деле, это были удивительные два месяца. И я уверена во всём, что сказала. Правда, эта уверенность пугает меня с новой силой — потому что отделаться от прежних страхов не так просто. Но я должна тебе эти слова: каждый день сейчас приносит мне что-то потрясающее. Ночные разговоры. Открытия на работе. Мелочи вроде того, как ты задираешь голову когда смеёшься. При первой встрече я и подумать не могла, что именно с тобой почувствую себя… сильнее. И мне ещё сложно всё это пережить — потому что иногда кажется, что ты слишком красив, умён, просто хорош. Но я больше не думаю о том, серьёзен ты или нет. Я просто хочу быть здесь и дальше — и, видишь, даже способна сказать об этом.
Моих ладоней явно не хватает, чтобы обхватить её так, как я хочу.
Воздуха тоже не хватает. Мыслей в голове.
— Самая потрясающая женщина, это “да”? — спрашиваю я хрипло.
— Это… Наверное, мы можем сказать, что помолвлены, — бормочет Эла, смущаясь снова и отводя взгляд к моему плечу. — И посмотреть. Знаешь, если эта моя помолвка пройдёт удачнее первой, думаю, мы справимся.
Я поднимаю её лицо пальцами и целую — быстро, глубоко. Забыв о том, что сдерживаться вообще можно.
Верно. Может, я не потащу её под венец прямо завтра, но у нас ещё уйма времени. Вся жизнь впереди.
Конец.