Шрифт:
Александр Маслов
Сила ветра
Томсон вышел на крыльцо. Ветер дернул его за полы пальто, растрепал волосы. Томсону почудилось, что он слышит смех Аллина.
Ветер обогнул дом и тут же умчался дальше. Он улетел, прошелестев в высоких кронах, возвращаясь к Целебесу, Берегу Слоновой Кости, Суматре, мысу Горн - Все тише, тише, тише"
Томсон стоял на месте, оцепенев. Вошел в дом, затворил дверь и прислонился к ней - неподвижный, глаза закрыты.
– В чем дело?
– спросила Мэриан.
Он открыл глаза и взглянул на жену. Потом - на гостей.
– Что там было?
– спросил мистер Стоддард.
– Ветер, - бесцветным голосом ответил Томсон и снова посмотрел на жену.
– Я поеду к нему.
– Ты не должен так поступать. Герб!
– она поднялась из-за стола.
– Этот твой Аллин - чокнутый!
Томсон вышел и захлопнул дверь.
– Вы извините его, - Мэриан выдавши улыбку.
– У одного из приятелей Герба - мания преследования. Ему все время кажется, что за ним охотятся ветры.
– Ветры?
– удивился мистер Стоддард.
– Очень странно.
Герб гнал машину на пределе. Он хотел добраться до дома Аллина как можно скорее. Магистраль шла почти все время прямо, чередуя спуски и некрутые подъемы, и Томсон выжимал все, что мог, из своего старенького "форда". Через двенадцать минут он съехал с магистрали в небольшую роту, за которой находился коттедж Аллина.
Должен был находится. Однако его не было!
Герберт в изумлении остановил машину и вышел, прихватив фонарик. От дома осталась, буквально, груда развалин, словно в него попал снаряд из крупнокалиберного орудия.
Томсон понуро бродил среди руин, освещенных мягким лунным светом, пиная обломки досок и куски кирпичей.
Была уже почти полночь, когда он остановил машину возле полицейского участка. Несколько минут толковал с дежурившим полисменом по поводу происшедшего, пока, наконец, не убедил его послать к дому Аллина людей.
– Я зайду завтра утром, - сказал Герб и вышел.
Он вернулся домой в ужасном настроении.
– Ну?
– жена еще не ложилась спать.
– Что там? Он напился, да?
– Его дом полностью разрушен, - Томсон снял пальто и упал в кресло.
Жена постояла в нерешительности, потом предположила, что это сослал смерч. Она будто бы слышала, что смерч может и не такое...
– Смерч?
– Герб хмыкнул и опрокинул в себя бокал вина.
– Здесь?
Ночь не принесла Томсону успокоения. Смех в шуме ветра, так похожий на смех Аллина, не давал покоя и во сне.
На часах было около пяти, и, несмотря на больную голову, Томсон быстро оделся и, не завтракая, поехал в участок.
– Ну как?
– спросил он у полисмена, еще не успевшего смениться, Нашли? Я спрашиваю: нашли вы тело или нет?
– Нет!
– полицейский был не в духе.
– Наши люди три часа раскапывали развалины, но никаких трупов не обнаружили. Кстати, они считают, что ваш друг баловался со взрывчаткой, хотя полностью в этом не уверены.
– Но он же вчера вечером звонил мне из своего дома!
– Знаете что, мистер! По мне, так ваш приятель взорвал собственный дом, а потом сбежал, испугавшись последствий.
Герб хлопнул дверью и поехал к дому Аллина.
При солнечном свете развалины угнетали еще больше, чем ночью. Некоторое время Томсон бродил здесь, подбирая мелкие вещи, а затем вернулся домой. Весь оставшийся день он просидел, перебирая старые фотографии и пытаясь осмыслить происшедшее, а под вечер сильно напился.
Часов в десять что-то сильно стукнуло в окно. Герб посмотрел сквозь стекло, но ничего не заметил. В следующий момент раздался звонок с улицы. Герб встал и, пошатываясь, открыл дверь.
– Пусто!
– удивился он и позвал.
– Аллин, это ты?
Раздался смех, и порыв ветра, проникнув под одежду, заставил Герба содрогнуться. Он мгновенно протрезвел.
– Кто здесь?
Тишина. Потом верхушки деревьев закачались - это ветер взлетел и бешено закрутился там, ломая ветки. Вот он устремился вниз и, сбив Томсона с ног, влетел в дом через открытую дверь. Опрокинул вешалку и перевернул стол со стульями. Герб хотел подняться, но новый порыв ветра еще сильнее прижал его к крыльцу. Из кухни появилась Мэриан:
– Эй! Ты хоть бы дверь закрыл.
– Мэри, - прохрипел Герб.
– Беги!
Она пошла к нему, но тут в дом ударил следующий порыв ветра, потом еще - Стекол в окнах как ни бывало.
– Аллин!
– закричал Герберт.
– Остановись!
Ветер захлопнул ему рот и, сорвав дверь с петель, ворвался в дом.
Томсон ничем не мог помочь жене: порывы ветра слились в один сплошной ревущий поток, не дававший ему встать. Он только полз"
Ветер сорвал с Мэриан халат. Потом" Герб обмер. Кожа Мэри растянулась и, не выдержав напряжения, лопнула. Расползлась. Ветер закружил лоскутья по комнате, разрывая их на кусочки. Мэриан осталась без кожи как скульптура в анатомическом музее.
Томсон уже не мог поднять головы. Но он видел, как начали отрываться мышцы, распадаясь на волокна. Кости вырвало из суставов. Мэриан исчезала на глазах.
Не выдержав напора, рухнул фасад дома, выгибая и ломая газовые трубы. Замкнулась электропроводка, и мощный взрыв разметал остатки коттеджа. Дом превратился в огненный факел.
Герб успел выползти на улицу, однако ветер догнал его. Налетел, перевернул на спину. И обрушился сверху, вдавив Томсона в асфальт. Томсон крепко сжал челюсти, но ветер, разрывая ноздри, проник в легкие и стал раздувать их, не давая Гербу выдохнуть.