Чтение онлайн

Я хотел было поблагодарить кухарку, но она уже стояла у кипящего котла с похлебкой, шелуша головку чеснока.

Таверна. Несколько последующих дней я, прогуливаясь во внутреннем дворе, наблюдал за входом в подземную темницу. Тяжелую железную дверь всегда охраняли по крайней мере два солдата. Пару раз я подходил к ним в расчете выведать что-нибудь о тех, кто содержался в подземелье. Я рассказывал истории, жонглировал шарами, вертел посох, но их ничто не пробирало.

– Отвали, дурак, – рявкал один из стражей. – Мы здесь уже позабыли, как люди смеются.

– Хочешь заглянуть? – гаркал другой. – Не беспокойся, Норкросс найдет тебе местечко.

Я поспешно уходил, делая вид, что дрожу от страха при одном лишь имени своего врага. Но от затеи не отказывался. Как туда проникнуть? Кто поможет? Я пробовал подойти к управляющему. Даже рискнул закинуть удочку в присутствии самого Болдуина. Однажды, после заседания двора, я подкатился к нему:

– Не пора ли выпить, мой господин? Что, если я слетаю... в Таверну?

Рассмеявшись, Болдуин повернулся к одному из приближенных.

– Шут так хочет выпить, что его не останавливает даже риск подхватить чуму.

Однажды вечером, когда я пришел в кухню поужинать, ко мне подсела Бетт.

– Странный ты парень, Хью. Днем улыбаешься и шутишь, а вечером хмуришься и молчишь, как незадачливый любовник. И почему мне кажется, что печалит тебя вовсе не беда друга?

Обманывать добрую кухарку и скрывать свою тайну я больше не мог. Мне нужно было довериться кому-то.

– Ты права, Бетт. Я ищу свою жену. Ее увезли из деревни. Какие-то рыцари. Я знаю, что она здесь, чувствую сердцем.

Добрая женщина ничуть не удивилась, только улыбнулась.

– Я знала, что ты не шут. А если тебе нужна помощь, то предлагаю свою.

– Помощь очень нужна, – признался я, – но с какой стати ты будешь мне помогать?

– Да уж не из-за твоих фокусов, Хью. И не из-за красивых слов. – Глаза кухарки потеплели. – Помнишь Жофрея и Изабель? Они мне не чужие. Иначе зачем я подкладывала тебе лучшие кусочки? Не настолько же ты хорош. Я обязана тебе, Хью.

Я схватил ее за руку.

– Таверна, Бетт. Мне нужно туда попасть. Я все испробовал, но меня туда не пускают.

– Не пускают? – Кухарка испытующе посмотрела на меня. – Шута, может быть, и не пустят. Да ведь в Таверну по своей воле никто и не стремится. Но, как говорится, лучший способ попасть в суп – попросить кухарку!

Летняя ночь в Боре выдалась необыкновенно холодная. По саду гулял ветер, заставляя Эмили кутаться в накидку. Рядом с ней шел Норберт.

Вечером девушка пыталась читать книгу, но страницы переворачивались, а в голове не оставалось ничего – мысли уплывали, как облачка дыма. Ни стихи, ни повести о вымышленных героях уже не увлекали. Сердце болело, а перед глазами снова и снова вставало одно и то же лицо. Ничего подобного с ней раньше не случалось.

Что со мной? Что происходит? Я чувствую, что схожу с ума.

Состояние госпожи не укрылось от Норберта. Вечером шут постучал в дверь.

– Чтобы смешить людей, надо знать, отчего бывает грусть.

– Вот как? Значит, ты теперь не только шут, но и лекарь?

– Чтобы понять, что вас угнетает, не обязательно быть лекарем, моя госпожа. Скучаете по Хью, верно?

Будь на его месте кто-то другой, она прикусила бы язычок.

– Да, шут, я скучаю по нему.

Норберт опустился на пол напротив нее.

– Не вы одна. Мне тоже его недостает.

Эмили никак не ожидала услышать такое признание. Она привыкла относиться к мужчинам как к надоедливым, вечно жужжащим, вьющимся вокруг мухам, как к хвастунам, озабоченным только тем, чтобы подать себя в наилучшем виде. Но на сей раз все было по-другому. Как это случилось? Они знали друг друга всего лишь несколько недель. Его жизнь проходила совсем в другом мире, совершенно не похожем на ее мир, и тем не менее она знала о нем все. И, по всей вероятности, им уже не суждено было увидеться.

– У меня такое чувство, что это я сама отослала Хью, отправила навстречу опасности. И теперь мне хочется вернуть его.

– Вы никуда его не отсылали, госпожа. И при всем к вам уважении, он не принадлежит вам, чтобы вы его возвращали.

Конечно. Конечно, Норберт прав. Хью не принадлежал ей. Они встретились случайно. В каком-то смысле она просто натолкнулась на него.

Так или иначе, в ту ночь Эмили вышла в сад. Почувствовать ветер на лице. Вдохнуть свежего воздуха. К тому же там, под одной с ним луной, она чувствовала себя ближе к нему.

Не знаю, увижу ли я тебя снова, Хью де Люк. Но я молюсь, чтобы мы еще встретились. Где-нибудь... когда-нибудь...

– Вы многим рискуете с такими чувствами, – сказал Норберт.

– Все получилось само собой. Они просто... есть.

Он взял ее за руку, и в этот миг они перестали быть госпожой и слугой, а стали друзьями. Эмили смутилась и покраснела.

– Похоже, мое сердце питает слабость к шутам.

– Не беспокойтесь, госпожа. Наш Рыжик умен и изобретателен. Я учил его и знаю. Уверен, с ним все будет в порядке. Он найдет свою жену.

– И шут, и целитель, а теперь еще и провидец? – Она обняла Норберта. – Спасибо тебе.

Он ушел, и Эмили проводила его взглядом.

Было уже поздно. Ветер спал, и сад притих. Она вспомнила, что пообещала священнику встать пораньше, к утренней молитве.

– Да хранит тебя Бог, Хью де Люк, – прошептала Эмили, прежде чем вернуться в замок.

Она шла по лоджии над садом к жилой части замка, когда снизу, из темноты, донеслись голоса.

Кто еще может не спать в столь поздний час? Притаившись за колонной, Эмили устремила взгляд в сгустившиеся внизу тени.