Чтение онлайн

Он издал тихий невесёлый смешок.

Это так поразило меня, что я заткнулась.

Я все ещё пыталась связно мыслить вопреки мысленному коктейлю из злости, паники и мигрени, когда он повернулся. Его глаза смотрели как два плоских камня.

– Я сожалею по поводу твоей матери. Искренне сожалею. Но как я и сказал, я совершенно ничего не могу с этим поделать, - он сделал странный грациозный жест одной рукой поверх рулевого колеса.
– Когда мы окажемся в безопасном месте, возможно, я смогу попытаться повлиять на ситуацию. Но прямо сейчас я никак не могу связаться с кем-нибудь, кто мог бы помочь твоей семье.

Я коснулась уха, ища свою гарнитуру, и он хмуро посмотрел в мою сторону.

– Я выбросил её. Ещё до того, как мы выехали из города.

– Что?
– я уставилась на него.
– Ты серьёзно? Это была зарегистрированная гарнитура. Меня за это могут оштрафовать... не говоря уж о том, что это нелегально.

Он покачал головой, издавая странный щелкающий звук языком. Этот звук опять выражал своеобразный циничный юмор, словно он не мог поверить моим словам.

Он продолжил так, словно я ничего не говорила.

– В ту же секунду, как я войду в Барьер, СКАРБ нас обнаружит, - произнёс он лишённым эмоций голосом.
– Любая попытка коммуникации через гарнитуру также привлечёт к нам внимание властей. В любом случае нас заберут через считанные минуты. Нас разделят, наденут ошейники и засунут в секретную тюрьму Мирового Суда. Меня станут допрашивать и наверняка изобьют до смерти. Ты, скорее всего, окажешься в какой-нибудь лаборатории генетики... по крайней мере, пока Шулеры тебя не вытащат, - очередной ровный взгляд.
– Ни один из этих сценариев не поможет твоей матери, Элли.

И снова я вздрогнула, когда он назвал меня по имени.

Он продолжал наблюдать за мной, оценивая моё выражение этими стекловидными глазами.

– С твоим братом, кажется, все в порядке. Физически, по крайней мере. Его допросит СКАРБ и, скорее всего, Национальная Безопасность... но он человек, так что, скорее всего, они отпустят его после проведения сканирования, дабы убедиться, что ему ничего не было известно о твоём истинном расовом статусе. Они приставят к нему наблюдение, конечно же, но у них не будет оснований для его задержания, - он сделал очередной грациозный жест.
– Ты несильно ему навредила. Он может помочь твоей матери.

Я впитала его слова.

Он определённо слишком много знал обо мне. Он слишком много знал о моей семье.

Я почувствовала, как кровь отливает от вен на моем лице, когда остальные его слова отложились в сознании. Не только та часть, где он говорит, что не собирается меня отпускать. Это все больше и больше казалось лишь деталью. Я попыталась осмыслить более обширные последствия того, что он сказал. Мой разум просто не мог об этом думать, не по-настоящему.

Выглянув в пыльные окна, я прокрутила в голове свои ограниченные варианты.

Мы ехали в тишине, пока я массировала запястья вокруг двух наручников. Я выглянула в окно, когда он проехал мимо фуры.

Через несколько минут мы миновали ещё одну фуру.

Я подумывала заорать, застучать по окнам, но чем больше я об этом думала, тем сильнее эта возможность казалась мне не только жалкой, но и опасной.

Солнце поднималось выше. Я видела чаек и пеликанов, рассекавших над бриллиантовыми узорами солнца, отражавшегося от волн. Страннее странного было смотреть на такой идеальный пейзаж, когда мои запястья были прикованы к машине незнакомца.

Когда я в следующий раз взглянула на видящего, он смотрел на моё голое бедро, которое выглядывало из-под уродливого серого одеяла. Увидев зарождавшийся в его глазах интенсивный взгляд, я убрала ногу, спрятав её обратно под грубой шерстью.

Я забыла все эти истории о видящих.

Нахмурившись, он отвёл взгляд.

– Со мной ты в безопасности, Элисон, - произнёс он.

Я тихо фыркнула. Ничего не могла с собой поделать.

Когда он наградил меня резким взглядом, я натянула отсутствующее выражение лица и уставилась в окно. В этот раз я смотрела через стекло со своей стороны машины, глядя на песчаные утёсы, которые выстроились вдоль дороги с моей стороны. Мои пальцы стискивали цепочку между металлическими браслетами. Я попыталась подумать, можно ли как-нибудь уговорить его снять наручники... затем снова вспомнила, что он мог читать мои мысли.

Это буквально ограничивало мои варианты.

– Да, - нейтрально согласился он.

Я повернулась к нему лицом, подавив резкий укол злобы.

– Ты действительно не собираешься говорить мне, зачем ты меня похитил?
– спросила я. Когда он не ответил, я уставилась на него, задышав тяжелее.
– Что? Ты какой-то религиозный фанатик вроде твоего приятеля в закусочной? Террорист? Один из тех независимых, которые хотят нацию видящих?
– все ещё ища на его лице реакцию, я прикусила губу, стараясь контролировать эмоции, которые усиливались с каждым вдохом.
– Я бл*дская официантка... ты этого не заметил? Ты всерьёз думаешь, что кто-то хоть на секунду помедлит перед тем, как снести мне башку, чтобы добраться до тебя?

Он издал тот тихий щелкающий звук языком.

Я смотрела, как он делает это, внезапно поразившись тому, как чужеродно это звучало, и каким чужеродным выглядел он сам, когда делал это. Я где-то читала про язык видящих и про то, как они использовали язык жестов в дополнение к вербальному общению и телепатии. Меня снова поразило, что он на самом деле не человек, как бы он ни выглядел.

Я не знаю, услышал ли он, как я об этом думала, но его следующие слова сочились нетерпением.

– Элисон, - произнёс он.
– Тебе нужно будет контролировать свои эмоциональные реакции. Попытаться хотя бы, - он взглянул мне в лицо.
– И с отрицанием тебе тоже нужно справиться.

– Ты кто, бл*дь, такой?
– рявкнула я.

И вновь его лицо напряглось. Он покосился на меня, глаза смотрели жёстко.

– Тебе было семь лет, когда я начал наблюдать за тобой.

Когда я издала сердитый звук, он перебил меня жёстким тоном.

– Да. Это так, - он снова сделал то пожимающее плечами движение рукой.
– Для этого есть термин. Однако это термин видящих. Для тебя он не будет иметь значения. Я не так много присутствовал здесь в физическом плане. Моя работа заключалась в том, чтобы присматривать за тобой. Помогать тебе оставаться скрытой, где это возможно, - фыркнув, он наградил меня ровным взглядом.
– В последние два года это становилось все сложнее. Твоё поведение было... эксцентричным. Вот почему я пришёл лично.