Штраф
Шрифт:
Павел Архипович, важный бритый старик с сизым лицом, сидел, поджав губы, хмурил клочковатые брови, читал «Вечернюю Москву». Игорь Николаевич хотел окликнуть его, но тут к Линяеву обратился контролер:
— Ваш билет!
Павел Архипович, не теряя достоинства, пошарил по карманам тужурки из рыжего бобрика, потом солидно произнес:
— Билета нет. Куда-то запропастился!
— Эх, гражданин Шагалов, гражданин Шагалов, — с упреком, громко, на весь вагон сказал контролер, — опять вы попались!.. Сейчас будете платить штраф или извещение прислать?
— Извещение присылайте!
— Адрес тот же?
— Тот же!..
Игорь Николаевич своим ушам не верил.
Когда контролер, проверив билеты, удалился, он поднялся, подошел к Линяеву и сказал:
— Привет, товарищ Шагалов!
Линяев опустил газету, увидел Игоря Николаевича и смутился. Но тут же взял себя в руки.
— Все шутки шутите, Игорь Николаевич! Уж не ко мне ли, случаем, направляетесь? Могу комнатку сдать, если договоримся.
— Идемте!
Линяев вздохнул и покорно встал. Поезд замедлял ход, приближаясь к станции.
Они вышли на пустой перрон и сели рядом на скамейку, словно старые друзья, которые давно не виделись и вдруг встретились после долгой разлуки.
— Ну?! — грозно сказал конструктор. — Объясните, почему вы называете мою фамилию, когда вас штрафуют?
— Так ведь... человек вы мне знакомый... при хорошей зарплате. Я же, Игорь Николаевич, не себе штрафы беру! Все в многоуважаемую казну идет, в Министерство финансов.
— Билет надо покупать! Стыдно в ваши годы «зайцем» разъезжать!
— Нам экономить тоже надо!
— Бросьте, вы человек состоятельный! У вас дача, клубника, цветы.
— Вам хорошо, Игорь Николаевич, у вас зарплата, чик-чик, чик-чик, как счетчик в такси, круглый год бежит, а у нас зимой притоку нет того! Тут урвешь, там ужмешь, так и ведешь существование!
«Вот червь навозный!» — с веселым бешенством подумал конструктор. А Линяев спокойно глядел на него, и его белесые, выцветшие глазки светились такой звериной хитростью, что Игорю Николаевичу стало не по себе.
— Вот что, — сказал он, — вы сейчас поедете со мной в Москву и скажете Елене Васильевне, что вы выдавали себя за меня. Вы обязаны это сделать!
Линяев поднялся и, покорно шаркая громадными валенками, поплелся к кассе.
Электричка подошла лишь через двадцать минут. Они вошли в вагон и опять, словно хорошие друзья, сели рядом на скамейку. Линяев молчал, обиженно сопел, отвернувшись к окну.
Вдруг в вагоне появился тот же усатый хмурый контролер. Видимо, он возвращался в Москву обратным поездом.
— Ваши билеты!
Линяев молча подал контролеру один билет. На сизой его морде появилось выражение мстительного торжества.
— Понятно! — громко сказал Игорь Николаевич и сам обратился к контролеру:
— Я без билета еду. И денег у меня нет при себе. Так что... штрафуйте!..
— Придется сойти на станции, гражданин, для проверки местожительства.
— Зачем? Моя фамилия — Линяев Павел Архипович, станция Надельная, Луговая, 25, собственный дом. Да вот гражданин Шагалов, как ваш постоянный клиент, может подтвердить, что я говорю правду. Подтвердите же, товарищ Шагалов!..
Линяев стал из сизого фиолетовым и, злобно скосив глаза на своего соседа, не сказал — прорычал:
— Подтверждаю!..
Я не выдумал сюжет этого рассказа, в основных чертах он взят из письма ко мне читателя С. Инструкция, о которой идет речь, действительно существует. И, наверное, не один инженер Шагалов, лицо, конечно, вымышленное, пострадал от «междуведомственного» равнодушия к человеку. Это и заставило меня взяться за перо.