Чтение онлайн

— Это не для меня, — сказал Джордж. — Я бизнесмен, а бизнесмены всегда любят...

— Если вы имеете в виду оплату, то, уверяю вас...

— Оплату? Я имел в виду не оплату. — По голосу Джорджа чувствовалось, что это замечание его задело. — Я имею в виду обычную процедуру, которая всегда используется в деловых операциях. Лейтенант, нельзя ли включить верхний свет? Спасибо!

Джордж достал из внутреннего кармана пачку бумаг и передал их Ангелли.

— Вот список поставленных вам товаров. Вы должны расписаться, но только после того, как я проверю состояние всех изделий. Вы понимаете, что сегодня утром у меня на это не было времени. Нужно посмотреть, как товары перенесли перевозку. Это стандартная деловая этика.

Казалось, никого не удивило слово «этика» по отношению к украденным боеприпасам.

— Но гостеприимство, конечно, не помешает. Как насчет пива для меня?

— Конечно, — согласился Ангелли и деликатно спросил:

— Вам потребуется помощь?

— Нет. Но при проверке должен присутствовать покупатель или представитель покупателя. Я предлагаю это сделать мистеру О'Брайену. Специалисты по электронике привыкли иметь дело с хрупкими и мелкими предметами, а детонаторы как раз таковыми и являются. Стоит по неосторожности уронить детонатор, и от вашей ветряной мельницы, мистер Ангелли, ничего не останется. А также от людей.

Ангелли кивком выразил удовлетворение и вместе с Васко, ван Эффеном и Риорданом направился к крыльцу, которое явно было пристроено к мельнице совсем недавно. Высокий, небритый молодой человек с торчавшими во все стороны волосами загородил им дорогу. Самой замечательной чертой этого типа был удивительно узкий лоб. Парень поигрывал пистолетом, который держал в правой руке.

— С дороги, Вилли! Это я! — резко сказал Ангелли.

— Вижу! — Вилли злобно посмотрел на Ромеро. Его лицо было просто создано для таких взглядов. Парень сердито уставился на Ван Эффена. — А это кто?

— Вот это гостеприимство! — воскликнул ван Эффен. — А это, несомненно, наш радушный хозяин! Помола нам, Боже! Вот какие у вас здесь помощники!

Вилли сделал угрожающий шаг вперед и одновременно поднял пистолет. Неожиданно он тихо охнул и осел, схватившись за живот. Удар парень получил совсем нешуточный. Ван Эффен взял его пистолет, вынул магазин и положил его на сопевшего Вилли. Ван Эффен посмотрел на Ангелли. На лице Ромеро было смешанное выражение ужаса и непонимания.

— Откровенно говоря, мне просто противно. Этот парнишка мне не нравится. Вы что, набираете в помощники умственно отсталых ублюдков вроде этого? И это люди, которым предстоит держать... Нет, это люди, которые держат две страны... Я не нахожу слов! Вы когда-нибудь слышали о самом слабом звене в цепи?

— Я сам испытываю подобные чувства, — согласился с ним Риордан. — Вы помните, Ромеро, что я уже изложил вам свои соображения по поводу этого парня. Даже в роли охранника — казалось бы, это единственная роль, на которую он годится, Вилли проявил себя не лучшим образом.

— Я совершенно с вами согласен, мистер Риордан. Нельзя сказать, что Ангелли был смущен, но его радость на время угасла.

— Вилли не оправдал наших надежд. Ему придется уйти.

Вилли уже перевалился набок. Он был в сознании, но морщился от боли.

Ван Эффен посмотрел поверх лежавшего Вилли в проем двери позади него. Он увидел свою сестру и Анне-мари. Позади них стоял Самуэльсон. Широко раскрытыми глазами девушки смотрели на ван Эффена и на вошедших с ним людей. Они явно были шокированы. Ван Эффен на несколько секунд задержал взгляд на девушках, затем с безразличным видом отвернулся от них и сказал:

— Значит, Вилли должен уйти, да, мистер Ангелли? Должен уйти? Если он уйдет, я тоже уйду. Разве вы не понимаете, что вы с ним связаны, хотите вы того или нет? Отпустите его, и он все выболтает первому попавшемуся полицейскому. Никаких жестокостей, конечно, но его молчание должно быть гарантировано. Я надеюсь, что остальные охранники претора получше этого.

— Остальные охранники претора, как вы выражаетесь, несравнимо лучше, — сказал румяный, улыбающийся Самуэльсон. У него был еще более процветающий вид, чем накануне вечером. Он осторожно раздвинул стоявших бок о бок девушек и прошел вперед. От Самуэльсона пахло очень дорогим лосьоном для бритья. Потирая подбородок безупречно ухоженной рукой, он посмотрел сначала на лежащего Вилли, потом на ван Эффена.

— Вы действуете очень прямолинейно, друг мой! В то же время я должен признать, что вы удивительно быстро сделали правильный вывод, причем за поразительно короткое время. Признаюсь, я и сам не раз подвергался искушению сделать то же самое, но увы, в насилии такого рода я не слишком искушен. Да, я все видел. Очень экономичный способ, очень, — он протянул руку. — Самуэльсон.

— Данилов.

Судя по манере держаться и говорить, Самуэльсон был важной персоной. Ван Эффен это сразу понял. Минувшим вечером этот человек сказал всего несколько слов, по которым было трудно определить, откуда он родом. Де Граафу показалось, что Самуэльсон — американец ирландского происхождения. Сейчас лейтенант был уверен в том, что полковник ошибся. Скорее всего, Самуэльсон был англичанином, который достаточно долго прожил в Штатах, и приобрел американский акцент. Ван Эффен жестом указал на лежащего на полу парня:

— Прошу прощения, мистер Самуэльсон. Я не всегда так отношусь к людям. Но, согласитесь, прием был довольно-таки нетрадиционный. Далеко не всегда гостей встречают с оружием в руках.

— Справедливое замечание, мистер Данилов, — как и Ангелли, Самуэльсон улыбался тепло и дружелюбно. — Этому парню следует поучиться, как надо принимать гостей. Надеюсь, что в остальном наше гостеприимство придется вам по душе. Все в порядке, Ромеро?

— Все отлично, мистер Самуэльсон. — Все на месте, все в порядке. Все именно так, как обещал мистер Данилов.

— Замечательно! Чувствуется, что мистер Данилов — человек компетентный. Проходите, проходите! Погода ужасная, просто ужасная! Рад видеть вас, капитан! Насколько я понимаю, вы лейтенант.

— Меня совсем недавно повысили, — прохрипел Васко. — Прошу прощения за мое горло.

— Сочувствую вам, — в голосе Самуэльсона чувствовалась искренняя озабоченность. — Вам необходимо выпить горячего пунша, и немедленно.

Казалось, Самуэльсон вовсе не считает неуместным присутствие в своей компании армейского капитана. У этого человека было так мало морщин, что он наверняка обладал недюжинным умением скрывать свои мысли и чувства.