Чтение онлайн

— Как ни странно, это результат вполне законной деятельности. Кое-кто совершил ошибку, когда мы пытались потушить пожар на нефтяной буровой в Саудовской Аравии.

— Надо полагать, этот человек заплатил за свою ошибку?

— Он сгорел дотла.

— Понимаю! В таком случае надо думать, что вам повезло. — Ангелли взял руку ван Эффена и дотронулся ногтем до его шрама. — Вам должно быть больно.

— Ничуть. Кожа парализована. Можете втыкать в нее иголки или резать скальпелем. Я ничего не почувствую.

Ван Эффену очень не хотелось, чтобы Ангелли поймал его на слове.

— Все это неважно. Важно то, что я все еще в состоянии прижать указательный палец к большому. Вернулся Иоахим, и Ангелли спросил:

— Вы не против, если Иоахим посмотрит на вашу руку?

— Если он чувствителен, как все художники, то лучше не надо.

Иоахим посмотрел на покалеченную руку ван Эффена и не смог скрыть отвращения.

— Это... Это ужасно! Я не могу... Я хотел сказать, как вы можете это выдержать?

— Ну, у меня нет выбора. Другой руки у меня нет.

— Наденьте, пожалуйста, перчатку. С этим я ничего не смогу сделать, — признал свое бессилие Иоахим.

— Пора идти, — сказал Ангелли. — Хельмут, мы встретимся с тобой и с остальными на площади перед дворцом минут через сорок. Не забудь управляющее устройство.

— Как? — удивился ван Эффен. — Вы собираетесь дать сигнал под этим проливным дождем?

— У нас есть маленький автобус. А где ключ от устройства?

— У меня в кармане, — сказал ван Эффен. — Там он будет в безопасности.

— Думаю, что вы правы.

Они вышли, взяв с собой металлические ящики. Ангелли остановился перед дверью неподалеку от выхода, открыл ее и вошел. Через минуту он появился снова, ведя на поводке добермана-пинчера, который имел довольно злобный вид, свойственный особям этой породы. Пес был в наморднике.

— Он и в самом деле такой агрессивный, как кажется? — спросил ван Эффен.

— Нам повезло, что мы этого не знаем. Но мы не собираемся использовать его бойцовские качества. Доберманов-пинчеров учат распознавать запахи взрывчатых веществ. Их используют в аэропортах. Это факт.

— Я это знаю. А эта собака была обучена подобным образом?

— Откровенно говоря, я не имею представления. Возможно, этот пес вообще ничего не способен учуять.

— Я начинаю верить, что у вас получится задуманное, — сказал ван Эффен.

Под проливным дождем ван Эффен и братья Ангелли постарались как можно быстрее добраться до «вольво», припаркованного на улице Воорбургвал.

Ван Эффен протянул руку к дверце и вдруг понял, что это была не та машина, в которой они сюда приехали. Это, несомненно, была полицейская машина. Ван Эффен сел на заднее сиденье рядом с Ангелли и одобрительно заметил:

— Вы оставили здесь свою машину. Вернулись и нашли на ее месте полицейскую машину. Вы знаете, я все больше верю, что, в конце концов, у вас все получится. У вас действительно дело неплохо организовано.

— Организация — это все, — согласился Ангелли.

Все шло так, как и предполагал Ангелли. Во дворце «полицейских» уже ждали. Их документы подверглись лишь самому поверхностному осмотру. И они сами, и их машина имели вполне официальный вид. Кроме того, дождь был действительно очень сильным, и охране не терпелось как можно скорее вернуться под крышу.

Ангелли повел своих спутников к двери, которая была совершенно незаметна в темноте, и ему пришлось использовать маленький фонарик, чтобы найти замочную скважину. Как он и говорил, у него был ключ. У него также были и другие ключи, которыми Ромеро воспользовался, когда они спустились на два пролета вниз по лестнице и затем прошли через несколько подвальных помещений. Он знал расположение каждой двери, каждого выключателя.

— Вы что, жили здесь? — спросил ван Эффен.

— Я был здесь пару раз. К таким вещам надо относиться очень скрупулезно.

Ангелли провел своих спутников из одного абсолютно пустого подвала в другой и сказал:

— Мы на месте. Это было несложно, не правда ли?

— Мне просто не верится! — Ответил ван Эффен. — А у них тут есть система сигнализации?

— Есть, и просто великолепная, как мне говорили. Но безопасность — понятие относительное. Нет такой системы сигнализации, в которой нельзя было бы найти брешь. Возьмите для примера Букингемский дворец. Считается, что там система сигнализации — одна из лучших в мире. И все же в прошлом году туда несколько раз проникали не слишком интеллигентные люди, с довольно низким коэффициентом умственного развития. Проникали просто потому, что им так хотелось. Ну, мистер Данилов, теперь ваша очередь браться за дело.

— Одну минутку! Вы не могли бы открыть для меня эту дверь, если у вас есть ключ?

Ключ у Ангелли был. Ван Эффен достал рулетку и измерил толщину стены.

— Как вышло, что эти подвалы совершенно пустые? — спросил он.

— Они не были пустыми еще несколько дней назад. Здесь все было изрядно завалено архивами, мебелью и всяким хламом, который в подобных помещениях накапливается годами. Не то чтобы нас беспокоила сохранность этой антикварной рухляди, но мы вовсе не хотим спалить дворец дотла.

Ван Эффен молча кивнул и вышел в сопровождении Ангелли, чтобы подняться на один пролет вверх и измерить толщину межэтажного перекрытия.

Вернувшись в подвал, он посчитал что-то на бумажке и объявил:

— Придется использовать всю взрывчатку. Стены здесь толще, чем я ожидал. Но взрыв получится достаточно громким, вы будете довольны.

— Всегда приятно наблюдать за работой эксперта, — заметил Ангелли.

— Удовольствия не больше, чем наблюдать за работой квалифицированного каменщика. Ему требуется пять лет, чтобы достичь мастерства. Я также учился не меньше.