Чтение онлайн

— На постели лежит стопка белья Аннемари. Исчез один шкаф. Очевидно, девушек связали, заткнули им рты кляпами, сунули в шкаф и вынесли. Для любого стороннего наблюдателя все это выглядело как обычная перевозка мебели. Вероятно, к тому моменту, как вы позвонили мне из ресторана, сэр, за мной уже следили. Наверняка фургон для мебели был уже где-то рядом, и преступники подогнали его сюда, как только увидели, что я уезжаю. Чисто проделано. Очень неудобное путешествие для молодых леди. Однако мне кажется, что девушки были так перепуганы, что им было не до комфорта. Это ирония судьбы, сэр. Сегодня утром они обе были полны самых мрачных предчувствий, пророчили всяческие несчастья. Жюли и Аннемари говорили, что испытывают страх. Они обе были убеждены, что со мной произойдет что-то ужасное. К несчастью, они неверно истолковали объект своих пророчеств.

Ван де Грааф, с рюмкой бренди в руках, мерил шагами ком нету. Он не умел скрывать свои чувства так хорошо, как это делал ван Эффен. На лице полковника были видны гнев и озабоченность.

— Чего хотят эти злодеи? Чего они добиваются? И кто из двоих им был нужен? Аннёмари или Жюли? Или обе?

— Жюли, — ответил ван Эффен. Он передал полковнику открытку, которую они с Жюли рассматривали несколько часов назад.

Де Грааф осмотрел конверт и открытку и спросил, когда прибыло это послание.

— Жюли тогда очень расстроилась, но я постарался убедить ее не воспринимать это дело всерьез. Умный ван Эффен! Блестящий детектив ван Эффен!

— Значит, твои враги вернулись. Братья Аннеси снова в Амстердаме. Не теряя зря времени, заявили о своем присутствии и достали тебя самым эффективным способом. Прости, Питер!

— Жаль девушек. Особенно Аннёмари. Ей очень не повезло, что она оказалась здесь, когда преступники пришли за Жюли. Мы сами настояли, чтобы Аннёмари побыла, мы заботились о ее безопасности. Скоро будут предъявлены требования. Не забывайте, сэр, что Анне-си были и остаются специалистами по шантажу.

Де Грааф покачал головой и ничего не сказал.

— С вашей стороны очень любезно не развивать эту тему, сэр. Я и так помню, что эти люди применяют пытки. Именно поэтому я их и преследовал.

— Мы поступили не слишком умно. А теперь все очень запутанно.

— С вашей стороны очень любезно употребить «мы», сэр. Но вы имеете в виду меня. — Ван Эффен вновь наполнил рюмку Тиссен а, потом свою и сел в кресло.

Пару минут спустя полковник посмотрел на ван Эффена и спросил:

— Может быть, нам следует что-то предпринять? Не опросить ли нам жильцов соседних квартир и жильцов из дома напротив?

— Хотите проверить, как действуют похитители людей? Напрасная трата времени, полковник! Мы не узнаем больше того, что знаем сейчас. Мы имеем дело с профессионалами. Но даже профессионалы совершают ошибки.

— Пока что я не видел ошибок в их действиях, — мрачно заметил полковник.

— Я тоже. Я полагаю, что их целью была Жюли. — Лейтенант потянулся к телефону. — С вашего позволения, сэр, я это выясню. Васко. Сержант Вестенбринк. Он один знал, где жила Аннёмари. Эти люди, кто бы они ни были, могли проследить за ним и выяснить.

— Ты считаешь, что это возможно? Или вероятно? Ван Эффен набрал номер.

— Возможно — да. Вероятно — нет. Я не думаю, что кто-нибудь в Амстердаме в состоянии проследить за Васко так, чтобы сам Васко этого не заметил. Точно так же я не думаю, что человек, за которым следит Васко, может обнаружить слежку. Васко? Это Питер. Кто-нибудь проявлял к тебе интерес с тех пор, как мы с тобой расстались сегодня утром? И ты ни с кем не разговаривал? Аннёмари и моя сестра похищены... Скорее всего, не более часа назад. Нет, мы не имеем представления. Надень свой лучший гражданский костюм и погуляй по окрестным улицам, ладно?

Ван Эффен повесил трубку и обратился к полковнику.

— Целью преступников была Жюли. Никто не пытался разделаться с Васко с помощью металлических прутьев.

— И ты попросил его присоединиться, к тебе?

— К нам, сэр. Он слишком ценный сотрудник, чтобы дать ему возможность залечь на дно и ничего не делать. И, с вашего позволения, я найму Джорджа.

— Твоего друга из «Ла Карачи»? Ты же говорил, что он не очень хорошо сливается с окружающей средой?

— Мы наймем его в помощь, Васко. Как вы сами заметили, Джордж очень умен. Он едва ли не лучше всех, кого я знаю, понимает, как работает ум преступника. С точки зрения физических данных, Джордж — лучшая гарантия безопасности. Итак, у нас есть прогресс. Очень небольшой, но есть. Думаю, что мы теперь почти наверняка знаем, что так называемая «банда из дворца» и похитители девушек работают сообща. Иначе откуда бы братья Аннеси знали, что Рудольфа Энгела, который следил за одним из организаторов взрыва во дворце, убили и доставили в морг?

— "Банда из дворца", как ты их называешь, вполне могла совершить похищение. Ей могли приказать братья Аннеси.

— Тут два момента, сэр. Во-первых, какой смысл Ангелли похищать сестру лейтенанта? Никакого. В то время как у Аннеси есть серьезный мотив. Во-вторых, совершенно неважно, Аннеси дали Ангелли этот адрес или наоборот. Ясно как день, что они друг друга знают.

— И что нам дает этот факт, Питер?

— В настоящий момент ничего, сэр. Новые факты только усложняют ситуацию. Наши противники не дураки. Они прикинут, что мы можем выяснить, и примут меры предосторожности. Только против чего именно, я не представляю.

— Равно как и я. Мы ничего не делаем. Да и что мы

можем предпринять?

— Почти ничего, не считая кое-каких мелочей. Мы можем заняться Альфредом ван Рисом, например.

— А какое отношение ван Рис имеет к Аннеси или Ангелли?

— Насколько я знаю, никакого. Но, по крайней мере, мы будем что-то делать. Я предлагаю выделить для слежки за ван Рисом двух человек. Первый будет следить за Рисом, а второй будет следить за первым. Какое счастье, что Мас Войт жив! Кроме того, я предлагаю изучить банковские счета ван Риса.

— Для чего?

— Он — важная фигура в Риджквотерстаате. Ван Рис мог снабдить злоумышленников информацией, которую они больше нигде не могли достать. Причем Рис мог не просто давать им информацию — он мог ее продавать. Конечно, ван Рис мог складывать эти деньги на отдельный счет. Но преступники, особенно непрофессионалы, часто забывают о таких очевидных вещах.

— Мы не можем этого сделать. Это незаконно. По закону счета можно проверить только у тех, кому было предъявлено обвинение, или тем, кто был осужден.