Шеллшок
Шрифт:
На другом конце провода послышался заразительный смех, словно зазвенел пасхальный колокольчик. Потом она сказала:
– Тогда понятно, почему вы так ответили.
– Как?
– Как… из райского сада.
– И что тут смешного?
– Да нет, я думала, что только я одна…
– Что "одна"?
– Чувствую себя инопланетянкой, пока не выпью свой утренний кофе.
– Приятно встретить родственную душу.
– По утрам я – старая, глупая, сварливая карга.
– Вы явно преувеличиваете. С таким голосом, как у вас, только рассказывать на ночь сказки маленьким детям и не очень маленьким тоже.
Я спохватился, почувствовав, что меня понесло. Я совсем забыл, что повсюду меня подстерегают умные красивые женщины, ждущие случая меня подначить. Как раз сейчас одна из них насмешливо наблюдала за тем, как я распускаю хвост перед звонившей мне по телефону прелестной незнакомкой.
– Я звоню вам по объявлению "Таймс".
Еще одна! Мало с меня вчерашних тринадцати.
– А… только поэтому. Вы еще успели. Претендентки слетаются со всех концов света. Пора закрывать границы.
Либо мое замечание не произвело на нее впечатление, либо она предпочла его проигнорировать. Во всяком случае, она ответила без обиняков.
– Мне кажется, мистер Скотт, я именно та девушка, которую вы ищете.
– Ну, конечно. Ваш порядковый номер, дай Бог памяти, сто двадцать третий, не считая тех, кто звонил ночью, благо мой телефон был отключен, и тех, кто позвонит еще. Во всяком случае, сегодня вы первая.
– Я вас не понимаю. – Я промолчал, и она продолжала: – Но все данные сходятся. Имя, дата рождения…
– Как ваше полное имя, мисс?
– Мишель Уоллес.
– Пока годится. А девичье имя вашей матери?
– О, это еще зачем?
"Вот и попалась, цыпочка", – злорадно подумал я. Небось, сейчас лихорадочно придумывает фамилию матери, которую отродясь не знала. Я вздохнул, раздумывая над тем, как все-таки много в этом мире лжи, обмана, алчности, стремления к легкой наживе безразлично каким путем… Но тут девица на другом конце провода уверенно произнесла:
– Монтапер.
– Что?!
– Вы знаете, у меня такая дырявая голова. Только вчера сказала эту фамилию вашей секретарше и тут же ее забыла. Довольно странно, вы не находите? Хотя не мудрено. Я так давно ее не слышала, не произносила… В девичестве мою маму звали Николь Элейн Монтапер. Правда сейчас она миссис Стьюбен.
– Стьюбен, – лихорадочно повторил я. Впервые мне правильно назвали фамилию, и я был ошарашен не менее, чем при вчерашнем рандеву с кисломордой мисс Морт.
– Правильно, – озадаченно пробормотал я. – Возможно, вы – та самая.
– Не "возможно", а точно. Просто у меня выскочила из головы ее фамилия. В детстве родители называли меня Спри.
Моя реакция на еще одно доказательство несколько запоздала. Возможно, потому что я в тот момент думал о той неприятной особе, так высоко ценившей свой лифчик и трусы. Очнувшись, я быстро переспросил:
– Спри? Это от какого полного имени?
– От Эспри, моего второго имени. Видите ли, оно у меня двойное. Если полностью, то меня зовут Мишель Эспри Уоллес. Урожденная Романель. Это фамилия моего отца. Теперь, мистер Скотт, ответьте мне на один мой вопрос.
– Пожалуйста.
– Это мой отец мистер Клод Романель намеревается дать мне все эти деньги, состояние или что там еще? Если так, то я не уверена, что мне это нужно.
– Вы сами-то выпили свой утренний кофе? – выпалил я в сердцах. Потом, успокоившись, авторитетно продолжал: – Это не телефонный разговор, милая леди. Во всяком случае, вы убедили меня в том, что нам нужно встретиться.
– Хорошо.
– Где вы сейчас находитесь?
– Я звоню вам из моей машины. Сейчас выезжаю на Беверли по пути в Голливуд. Я бы могла к вам заехать, если хотите. Вы живете в номере 212, если не ошибаюсь?
– Не ошибаетесь. О'кей, это было бы самым удобным… – Тут я решил уточнить еще одну вещь. – Каким-то образом уже десятку, а может быть и больше Мишелей стало известно, что я проживаю в "Спартанце". Как вам удалось узнать это?
– Мне сказала об этом ваша секретарша. Когда я ей позвонила.
– Хейзл? Вообще-то, она не моя… Ну да ладно. Так вы разговаривали с ней?
– Угу. Как раз перед тем как позвонить вам. Она назвала ваш номер комнаты в гостинице и посоветовала позвонить вам.
Моя смышленая детка учуяла, что это не очередная вертихвостка.
– И что вы ей рассказали?
– То же, что и вам, мистер Скотт. Назвала девичью фамилию матери, а через минуту снова забыла ее. Ну разве это не странно? У вас такая приятная помощница.
– Да, я знаю…
Пока что все совпадало как нельзя лучше. И все-таки мне нужно было спросить мисс Уоллес еще о чем-то. О чем-то важном. Пока я раздумывал, она сказала:
– Теперь я понимаю, что она имела в виду. Посоветовав позвонить вам, Хейзл добавила, чтобы я не обращала внимания на то, если вы ответите мне, как Дракула, которого разбудили в полдень. Просто передать вам то, что я ей рассказала.
– Так и сказала? Славная девочка. Придется надавать ей по попке.
– Тогда я не поняла, что она имела в виду. Это прозвучало так… таинственно.
– Теперь, надеюсь, тайна развеялась?
– О, да! Конечно! Кстати, она просила передать вам кое-что еще.
– Я весь внимание.
– Я даже где-то записала ее послание к вам. Сейчас поищу. По-моему, это какой-то шифр. Во всяком случае, я ничего не поняла. – Последовала долгая пауза. – Вот незадача! И куда я ее подевала? Пока я ее найду, мне вполне могли бы выписать квитанцию на штраф за остановку в неположенном месте.
Последняя реплика меня озадачила. Пока она искала "шифровку" от Хейзл, я спросил:
– Так, говорите, могли бы выписать штраф? А что, обычно не выписывают? Я так просто не успеваю расплачиваться.