Чтение онлайн

Фернан, нахмурившись, встал возле единственного окошка. Грей и Жанна переглянулись. Потом Грей осторожно взял из ее рук сценарий и положил на свою копию. Жанна вспыхнула. Этот простой жест вдруг показался необыкновенно интимным. Он шагнул вперед, обнял ее за плечи и поднял легко, как перышко. Вспомнив, что героиня ранена, Жанна уронила голову ему на грудь, коснувшись щекой мягкого кашемирового свитера. В объятиях Грея она чувствовала себя совсем не так, как с Дионом. Грей был выше ростом и сильнее, но ощущение защищенности почему-то не появлялось. Жанна испытала облегчение, когда он бережно положил ее на ящики.

Грей опустился на колени и начал произносить свой монолог, держа ее за руку. Жанна почти не слышала, что он говорит. Позабыв обо всем, она всматривалась в его лицо. Впервые Грей был так близко. Безукоризненно гладкий подбородок, чистая, без единого пятнышка кожа. Классические черты лица. Но взгляду не за что было зацепиться, он скользил, как по зеркальной поверхности. Монолог закончился. Жанна закрыла глаза, погрузившись в полуобморочное состояние. И открыла их, услышав хриплый от страсти голос Грея:

– Дженни!

Он склонился над ней, загораживая скудный свет от окошка. Их губы слились. Жанну омыла волна радости, только сейчас она поняла, как боялась этой минуты. Ей понравились губы Грея – теплые, мягкие и умелые, понравился их вкус… но и только. Никакого волшебства. Может быть, его способны сотворить лишь Дион и Ирландия?

Жанна ответила на этот поцелуй с удовольствием, чуть ли не улыбаясь от благодарности и облегчения. Как просто! Значит, и дальше все пойдет хорошо.

– Прекрасно, – сказал Фернан, когда они оторвались друг от друга. – А теперь еще раз.

Они снова встали возле крестиков, нарисованных на полу. Жанна улыбнулась, глядя Грею в глаза. Грей снова поднял ее, но прижал к себе крепче. Когда сцена закончилась, он улыбнулся ей той особой улыбкой, которая обычно предназначалась только Джули.

– Ну, Жанна. – Грей слегка усмехнулся. – Я и не подозревал, что ты настолько очаровательна.

Он флиртует, подумала Жанна. К удивлению подмешивалось удовлетворенное самолюбие. Благодаря Джули ей была хорошо известна эта игра.

– Я думала, ты никогда этого не заметишь.

– Достаточно, дети мои. – Голос Фернана спустил их с небес на землю. – Пора заняться делом.

Сцена была отснята поразительно легко и быстро. Свет не резал глаза, Фернан не кричал и не ругался. И когда раздались слова: «Конец съемки», – Жанна впервые не сомневалась, что все получилось хорошо. И еще она чувствовала, что Грей стал ей ближе, хотя по-прежнему не понимала этого загадочного человека. Но сегодня они создали что-то вместе, и это связывало их крепкими узами.

Остальную часть дня Жанна была свободна, как ветер. У нее хватило времени отдать в чистку синее платье, зашить колготки, изучить план завтрашних съемок, вывешенный на доске объявлений, и даже застать хвостик сцены в саду, где участвовала Джули. В окружении розовых кустов Джули и сама была похожа на розу. Да, ее ждет большой успех. Жанна немного позавидовала ее прекрасной длинной шее. Или Диону нравятся короткие?

Промаявшись до семи вечера, она позвонила домой. Там, естественно, никто не ответил. Даже если Дион уже вернулся, вряд ли он услышит с чердака телефонный звонок. Следующие два часа прошли довольно приятно: Жанна написала ему открытку и ухитрилась всучить ее посыльному, который вез в Лондон пленки для проявки. Почта работает слишком медленно, а ей хотелось, чтобы Дион как можно быстрее получил весточку. Жаль, что она сама не сможет встретить его на пороге № 3.

Но если все будет нормально, завтра она уедет из Дина. Жанне осталось сняться только в сцене свадьбы, где занято столько народу, что Фернан решил покончить с ней за один раз.

Проснувшись задолго до завтрака, Жанна уложила чемодан, хотя съемки были назначены на вторую половину дня. Для сцены в часовне Фернану требовался свет закатного солнца – очевидно, из-за витражей.

После завтрака Джули и Грей отправились репетировать, все остальные тоже разошлись по делам. Только Жанне было абсолютно нечем заняться. Но ее это нисколько не беспокоило: мысленно она уже перенеслась домой. И все же, бродя по комнатам и стараясь никому не попадаться на глаза, Жанна чувствовала, что взволнована, как настоящая невеста, перед которой открывается новая жизнь.

Она так погрузилась в свои мысли, что позабыла про ленч и чуть не опоздала на примерку. Вместо Лизы ей дали какую-то новую, незнакомую костюмершу.

«Все меняется, – подумала Жанна. – Неделю назад я бы расстроилась, а сейчас мне это совершенно безразлично».

Она терпеливо ждала, пока ее облачат в платье из старинных кружев, пышное и легкое, точно облако, в подвенечную фату, расшитую цветами, и туфельки из белого шелка. Потом взглянула на себя в зеркало и увидела невесту среди невест, в великолепном белоснежном наряде, хрупкую, как стеклянная статуэтка или бабочка в прозрачном коконе. Костюмерша с озабоченным видом поправила вуаль и предупредила, что старинные кружева легко рвутся и поэтому нельзя делать никаких резких движений.

Но чем же заняться, чтобы при этом не запачкать туфли, не измять платье и не испортить тугой корсаж со сложным рисунком швов? На подготовку съемок в часовне уйдет масса времени; пока-то еще под руководством Фернана наладят свет и звукозапись, разместят статистов… Если бы удалось отыскать Джули…

Осторожно приподняв тяжелую юбку, Жанна отправилась на поиски подруги. Но ни в часовне, ни в трейлере, ни на съемочной площадке Джули не оказалось.

Наверное, она где-то в доме. Жанна вошла в крытую галерею, соединявшую часовню с основным зданием. В большом зале ее сердце, как всегда, забилось сильнее. Сейчас, в своем роскошном подвенечном наряде, она вполне могла представить, что ей – будущей жене владельца Дина – все это принадлежит по праву. Целая свита слуг провожает свою госпожу в покои невесты, усыпая перед ней путь лепестками роз, а впереди идет мальчик с горящим факелом. Потом ее выкупают в молоке и напудрят порошком из фиалкового корня. И она будет поститься, дабы к свадьбе стать изящной и легкой, как цветок.

Жанна медленно поднималась по мраморной лестнице. Вокруг не было ни души, ничто не мешало ей предаваться своим мечтам, чувствовать себя хозяйкой дома. Что ж… это всего лишь безобидная фантазия, своего рода репетиция. Стараясь продлить чудесные мгновения, Жанна в сопровождении своей тени прошествовала по тускло освещенному коридору, ведущему в королевские апартаменты, на ходу кивая потемневшим от времени портретам. Теперь они уже не вызывали у нее страха. Ведь это самые обыкновенные люди, они давно умерли, и вместе с ними ушли в прошлое их тревоги и надежды. Прощайте, прощайте. Завтра о Дине останутся лишь воспоминания. Жанна распахнула белые с позолотой двери, увенчанные фигурками херувимов, и оказалась перед большой кроватью.