Чтение онлайн

А что такого? С волками жить, по волчьи выть. Они ведь не поймут нашего широкого жеста, если мы просто отпустим пленников. А так, и убийства во время разграбления города сведём к минимуму, и заработаем. Хотя, справедливости ради, сложностей с финансами у нас пока всё ещё не наблюдается. Просто удивительно насколько прибыльным оказалось плетение «Разговорник»…

Сегодня на рассвете к Кафе подошла объединённая флотилия Азовского княжества и казаков. Помимо высадки десанта, наши моряки и донцы захватили порядка полусотни судов, и блокировали гавань, с не меньшим числом.

Турецкая эскадра из полутора десятков вымпелом парусно гребных кораблей, попыталась было дать бой, но тот сразу же перешёл в избиение младенцев.

Мы сосредоточили все усилия на армии и до перевооружения флота дело пока не дошло. Поэтому наши моряки и не дрались с османами, ограничившись торговцами. Эскадру уничтожили соколы Столбовой, не оставившие османам ни единого шанса хотя бы вырваться, не то что отбить нападение.

А затем, на возвышенностях к западу от города начали возникать порталы. Сначала несколько, а потом всё больше и больше, пока в течении часа под стенами города не оказались оба полка. Кавалерия и обоз, как и в случае с Еникале, прибыли по морю. Им предстоит сопроводить пленников и освобождённых рабов до Керчи. Ох и придётся же им попотеть. Оно вроде и не далеко, но раньше чем за двое суток не управиться. А по моим прикидкам в общем их получится порядка двадцати тысяч.

Пока переправлялись полки, казаки успели захватить пригород, подступиться к стенам и начать подготовку к штурму. Вообще-то донцы не хотели спешить, коль скоро не удалось ворваться в город на плечах спешащих укрыться за стенами. Но мы им не оставили выбора. Едва выставив орудия на позиции, мы начали бомбардировку, интенсивность и результативность которой указывали на то, что стенам долго не продержаться. Высокая скорость, массивные снаряды и разрывной заряд, не оставляли им шансов…

Шеренги Дикопольского полка приблизились к рву, шириной в добрых пятнадцать сажен. Увы, но стены его выложены каменной кладкой, и даже имея высокоранговых земельников мы не можем просто срыть это препятствие.

Турки пытаются стрелять из пушек в выдвинутых башнях, имеющих возможность веления огня вдоль стен. Прилетевшее ядро не страшно мне, как выдержит его прямое попадание и любой из офицеров. У рядовых такой защиты нет. Им и крупной картечи с сотни шагов за глаза хватит.

Поэтому совсем уж без одарённых дело не обошлось. Вперёд выдвинулись несколько офицеров, забрасывающих «Огненными шарами» бойницы с торчащими стволами орудий. Заряды небольшие, зато летят достаточно часто и точно, так что турецким топчи не позавидуешь. Потери среди них должны быть более чем серьёзные. Или у них всё же хватило ума, укрыться подальше от разрывов. Плетение всё же не снаряд, и осколков практически не дают, ну разве только разобьют в щепу деревяшку, или отколют небольшой кусок из каменной кладки.

Цепи приблизились к пролому, и солдаты начали забрасывать ров фашинами. Вот где пригодились земельники, которые могли скрепить их в надёжный мост даже без грунта. Совсем немного времени, и вот, под прикрытием сотен стрелков, первая волна двинулась на штурм карабкаясь по каменной осыпи. Считанные минуты, и защитники опрокинуты, не в состоянии сдержать дружный навал русской пехоты.

— Ну что, Пётр Анисимович, ваш выход, — подойдя ко мне, заметил Уфимцев.

— Не торопимся?

— Донцы уже захватили часть стены, открыли ворота и ворвались на улицы города. Так что, мы немного отстаём от них, и если они доберутся первыми, то мы останемся ни с чем. А продвигаться они будут быстро. Там их ждут золото и трофеи, до которых они охочи.

— Хм. Согласен, их жажда наживы ничуть не уступит храбрости. Тогда приступаю. Дымок, готовы?

— Так точно, Шелест, — отозвался мой молочный брат.

При этих словах Уфимцев невольно поморщился. Ну вот не принимал он подобное обращение со стороны нижних чинов. Ладно на ты, чего взять с необразованной и невоспитанной черни. Но вот так, даже не по имени, а по прозвищу. И вообще, пристало ли настоящему дворянину иметь таковое. Впрочем, времена когда он делал мне замечания по этому поводу, давно миновали. Смирился уже, хотя всё ещё и коробит.

Я отошёл к своему отряду, и переглянувшись в компаньонами открыл портал. Стоило только с громким хлопком появиться завывающему кольцу из всполохов молний, как Дымок с Хрустом тут же ступили в него, держа наготове свои лупары, из которых начали пались, ещё толком не завершив переход.

На этот раз никаких «Пробоев», только честный свинец и медь, Впрочем, у стреловидной пули пробивная способность такая, что не всякий средний «Панцирь» выдержит. Это мы у себя привыкли рассуждать о недостаточной прочности щита в тридцать люм, во всём остальном мире и семи рады. Так что, в любом случае весомо получается.

Я прошёл следом, Зима замыкающим. Едва оказался во дворе вымощенном известняковыми плитами, как тут же ударил «Шквалом» опрокидывая набегающих охранников. Ну или надсмотрщиков. С нормальными воинами у работорговцев дела обстоят не очень. Нужды нет. Потому что сами они с караванами не ходят. Им и так живой товар доставят в лучшем виде.

Обезопасив себя от непосредственной опасности, я стеганул по поднимающимся туркам «Ледяными стрелами». Кто бы сомневался, что у них нет амулетов. С чего бы им такая радость? Быть может у их старшего, и то без гарантии. Так что, дюжине защитников сотни «Стрел» оказалось более чем достаточно, чтобы полечь разом.

А вот и хозяин. Храбростью этот толстяк в богатом одеянии с тюрбаном украшенным крупным самоцветом, может и не отличается. Но когда беда приходит в твой дом, да ещё если там твоё семейство, даже паталогический трус зачастую превращается в льва.

В меня влетел «Огненный шар», беспомощно осыпавшийся огненными всполохами, я же ответил «Ледяной плетью». Заряд в ней сейчас слабый, зато ранг у меня нехилый, а потому, хотя его «Панцирь» и выдержал удар, сбросить захват у работорговца не получится, как ни старайся. Я без труда опрокинул толстяка на плиты мостовой, и притянул к себе.

— Прикажи своим не сопротивляться, и тогда клянусь, никто не пострадает, — произнёс я, одновременно с этими словами открывая портал.

Ева появилось кольцо, как во двор ступили четверо. Подпоручик, командир взвода, старший десятник, его зам, и двое десятников, командиров отделений. Они в свою очередь так же открыли порталы, пропуская своих подчинённых. Два дня тренировались проводить такую переброску, так что, всё отработано от и до. Каждый знает свой манёвр и бойцы действуют слаженно, разбиваясь на боевые тройки, и сразу разбредаясь по усадьбе работорговца.