Чтение онлайн

Юная ведьма покачала головой и сказала:

— Ты только что выдержал самый опасный поединок в своей жизни, даже если и не заметил этого. Страж Междумирья — его боятся даже… Впрочем, неважно. Пошли вперед, и не расслабляйся, опасности еще не миновали.

— Значит, мы уже на месте? Пошли. И кого мы ищем?

— Орков.

— Кого?!

Истер вздохнула. Такого страха, как минуту назад, она еще никогда не испытывала, и ей смешно было слышать испуг в голосе Длинного Лука при слове «орки». Беженцы, сломленные эльфом Ангаром, предавшим Свет, — после самого Стража! Воистину нельзя предположить, когда слабый ум окажется несокрушимым бастионом, а когда — жалким шалашиком.

Однако она снизошла до рассказа о былых временах — все равно делать больше было нечего, знай шагай по каменистым осыпям и высматривай признаки жизни.

— Они хорошие воины, без них твои головорезы ни за что не возьмут замок, но не равняй их с истинными служителями Тьмы. Орочьи шаманы бывают на редкость искусны, но люди зачастую достигают большего. Я уверена, что ни один из них не сравнится со мной в чародействе, как с тобой — в военном ремесле.

— А вот этот Страж, он что, и на обратном пути будет нам мешать?

Истер засмеялась:

— Нет, тебя он больше не посмеет задерживать. Меня больше беспокоит, согласится ли он пропустить орков? Для этого нужно, чтобы возвращение на землю было их мечтой, а я ведь не знаю, как они здесь живут. Ни люди, ни духи не достигали этих краев с самого отступления орков. Мы с тобой первые. И, должно быть, последние… Но я думаю, что сумею внушить им эту мечту, а Страж не станет нас задерживать — из-за тебя.

— Кто он вообще такой? Откуда взялся?

— Не знаю, и не жалею об этом. Просто я всегда догадывалась, что Стража призвал Ангар, значит, заклял его Цепенящим Жалом, и этим же мечом можно проложить путь мимо чудовища, кем бы оно ни было.

Время шло, а багровый закат все никак не мог отгореть. Местность не менялась: скалы, ложбины, всхолмья, россыпи острых камней. Иногда попадались чахлые кустарники, а может, пугливо прижавшиеся к земле деревца, распластавшиеся от страха перед свинцово-алым небом. Как и по ту сторону Врат, растительность чаще попадалась в низинах, но здесь почти вся она была сухой.

— Время здесь течет иначе, — сказала Истер. — Мы идем почти час, а солнце не сдвинулось с места. Однако пора повернуть: обойдем Врата широким кругом, не теряя их из виду.

Теперь солнце светило им в спины. Казалось, по скалистой равнине разбросаны тлеющие угли.

«Интересно, откуда тут столько каменного крошева?» — подумал Длинный Лук, в очередной раз оступившись на булыжнике. Ему представилась картина рушащихся под напором неведомой силы гор. Или это великаны резвились, как и там, на земле? Нет, здесь не то. У этого мира была какая-то своя, ужасная участь. Ад, что ж удивляться?

Он все оглядывался, надеясь заметить движение солнца, но тут Истер взяла его за руку и указала налево:

— Гляди, похоже, там птицы. Черные, вроде стервятников. Идем посмотрим, над чем они кружат.

«Я и так могу сказать», — едва не ответил Длинный Лук, но Истер уже спешила в ту сторону.

Птицы и впрямь оказались стервятниками, похожими на воронов, но неправдоподобно крупными, чуть ли не с пони величиной. Клювы смахивали на тесаки, когти крошили камень, а взмахи могучих крыльев взметывали столбы пыли. Однако от Длинного Лука они шарахнулись как от чумы.

«Не льсти себе, — сурово одернул себя некоронованный король. — Они боятся доспехов Рота».

А все равно было приятно — чудовищные птицы улепетывали без оглядки.

Удовольствие, впрочем, поуменьшилось, когда он разглядел их трапезу. Зрелище было не самое приятное — даже для его, отнюдь не мягкой, натуры.

В каменистом распадке лежали вповалку десятка два трупов. Некоторые были уже растащены и продегустированы, остальных тронуть не успели. Рослые, мускулистые, скудно одетые, а может, разоблаченные перед казнью тела напоминали человеческие, но сразу бросалось в глаза, что их обладатели были куда шире в кости. Руки у них были длиннее, короткие пальцы заканчивались тупыми когтями, на всех сочленениях проглядывали мощные шишковатые наросты. Серая кожа отливала в зелень, насколько можно было разглядеть в неверном отблеске заката.

Ни оружия, ни следов борьбы. Их приволокли сюда, израненных, и обезглавили. Тела валялись как придется, а из голов сложили подобие пирамиды, и страшно скалились на все стороны света клыкастые, плосконосые морды.

Истер тоже овладела оторопь, но лишь на миг. Она быстро взяла себя в руки и внимательно осмотрела трупы. Глядя на нее, Длинный Лук устыдился минутной слабости. Однако желания ползать по распадку так и не испытал, принялся оглядывать окрестности и вдруг заметил на севере дымы. В свете неуходящего заката они едва виднелись, да и жгли там, по всей видимости, что-то сухое, но зоркий глаз различил около десятка тонких, колеблющихся струек.

— Я так и думала, что они живут поблизости от Врат, — ответила на его слова Истер. — Что ж, пойдем туда. Мертвецы много не расскажут. На запястьях у всех глубокие следы от веревок, почти каждый ранен, значит, их взяли в бою. Но кто, с кем и почему сражался, мы узнаем только от живых.

Прошагали они недолго. Уже в миле от места казни Длинный Лук вдруг замешкался, растерянно оглядываясь.

— Что случилось?

— Не знаю, — ответил он, приложив руку ко лбу. — Я будто слышу голоса… То есть не слышу, а так, вроде что-то мерещится.

Доспехи Рота предупреждают тебя, что рядом кто-то есть, — сообразила Истер. — Старуха рассказывала, что у них много чудесных свойств. Сколько их там?

— Не знаю… человек пять, — предположил Длинный Лук. — Хотя, наверное, вряд ли это люди?

— Уж это точно, — проговорила Истер и, обдумав что-то, решила: — Ладно, для начала подойдет. Мы должны устроить им незабываемую встречу. Спрячься пока за этим валуном, а я вот тут посижу, попробую с ними побеседовать. Когда позову, выйди и напугай их.