Схаас
Шрифт:
На поверку местность оказалась не такой уж и удобной для передвижения. Самые непролазные чащобы остались по левую руку, здесь деревья росли реже, но склоны холмов и глубокие ложбины, поросшие густым можжевельником, изрядно тормозили путников.
— Да что за черти занесли людей в эти дебри? — выругался Бенджамин, когда его лошадь споткнулась в очередной раз: надвигались сумерки, и в низине было уже темновато.
— Ты бы потише, — посоветовал Джон. — Мы уже близко, незачем оповещать о нашем прибытии всю округу.
— И не следовало бы поминать нечистого, особенно в этих краях, — наставительно добавила благочестивая дочь Висельника.
— Простите, я больше не буду, — не совсем убедительно проворчал Бен.
В ту же минуту его лошадь вновь оступилась, всхрапнула и едва не сбросила седока в можжевельник.
— Тьфу, черт! Слепая скотина…
— Бен!! — страшно зашипели все трое его спутников, а еще один голос возмущенно произнес:
— Нет, это уже совсем никуда не годится, сколько же можно?
— Кто здесь? — воскликнул Бенджамин, мгновенно выравниваясь в седле и кладя руку на меч.
Из можжевеловых кустов, не шелохнув ни единой веточки, выступила низенькая, кряжистая фигура в зеленом кафтане и зеленой же широкополой шляпе с высокой тульей и трудноразличимым серебряным значком.
— Мало того что я тут из сил выбиваюсь, веду вас куда следует, мало того что я не ожидаю никакой благодарности, так на меня еще и плеваться удумали! — бушевал странный незнакомец. — Вам бы небось не понравилось, если бы я через каждый шаг приговаривал: «Тьфу, человек»? Это, черт возьми, по меньшей мере неучтиво!
Бен выхватил меч, Изабелла с тонким писком спряталась за Гарри, а тот, закрыв ее собой, угрожающе надвинулся на незнакомца:
— Изыди, нечистый!
— От немытого слышу! — раздалось в ответ.
Один лишь молодой Рэдхэнд сохранил хладнокровие. Каким чудом — он, пожалуй, и сам бы не сказал, просто не почувствовал, чтобы от этого загадочного типа исходила действительная неприязнь.
— Спокойно, друзья мои! — поднял он руку. — Не думаю, что встреча заслуживает столь бурных эмоций.
— Но перед нами нечистый дух, сэр, — изумился Бен. — Вы слышали. Он сам это признал.
— Я, наверное, не самый сильный специалист в этой области, но не думаю, что настоящий нечистый стал бы ругаться с самим собой. Это было бы нелепо.
— Кто знает, милорд, чего ожидать от чертей? — с сомнением сказал Гарри, не убирая руки от меча, но и не обнажая клинок.
— Между прочим, ваш предводитель говорит умные слова, — заметил коротышка и гордо задрал нос: — Разумеется, я никакой не черт, только самые невежественные крестьяне способны меня с ним спутать. Я Хранитель леса, эльф!
— Настоящий? — не удержалась Изабелла.
— Ну… почти. — Нос коротышки слегка опустился. — Не то чтобы совсем уж эльф, но сродни им. Дитя эльфов, если угодно. Но речь сейчас не о том.
— Вот именно, — грозно сказал Бен. — Ты, недомерок, сознаешься, что завел нас?
— Да, орясина, ты не ослышался. Вы бы не заметили дыма, если бы обогнули чащобу южнее, вот и пришлось мне вас легонько подтолкнуть. Старина Финн уже не в тех годах, чтобы бегать за вами по лесу.
— Уж не собрался ли ты заманить нас в ловушку, нечистый? — нахмурился Гарри.
— Нет, чесоточный, не собрался, больно вы мне нужны. Шагали бы себе куда приспичило, но старина Финн попросил привести вас к нему.
— Кто он такой? — спросил Джон.
— Умный, в отличие от некоторых, человек. Ему нужно поговорить с вами.
— А нам нужно ли говорить с ним?
— Думаю, вам это как раз нужнее, чем кому бы то ни было, — загадочно сообщил полуэльф.
— И о чем же?
— Смею напомнить, это Финн хочет говорить с вами, а не я. Ну мне вас долго еще ждать?
Джон оглянулся на спутников. Военный совет не занял и минуты. Гарри и Бен твердо стояли на том, чтобы не верить «нечистому духу». Изабелла сказала, что полуэльф не кажется ей злым и что ему можно поверить. Джон был солидарен с ней, так что голоса разделились поровну.
Неожиданная задержка в пути не радовала, но оставалось все то же рациональное соображение не оставлять неизвестности за спиной. Изложив его, Джон на правах командира принял безапелляционное решение:
— Едем. Все равно это почти по дороге, а повезет — так и под крышей переночуем.
Он не стал высказывать еще одну промелькнувшую у него мысль: независимо от их желания это странное существо — Хранитель леса, вероятно, в любом случае приведет их туда, куда сочтет нужным.
— Не могу не отметить еще раз ваше благоразумие, сэр, — благосклонно заметил полуэльф. — Следуйте за мной, смертные, и не бойтесь — ваши скакуны не оступятся, пока я веду вас, даже в самом безнадежном мраке…
— Смертные? Ты на что намекаешь, нечистый?! — взвился Бен.
— О Вседержитель и его возлюбленные чада! — всплеснул руками полуэльф. — Как же мне вас называть? Вы — люди, смертные, мы — существа, материальные лишь отчасти, живые по-вашему, лишь условно, стало быть, и смерти в вашем понимании мы не подлежим. В этом основная разница между нами, грязнуля. Поэтому мы вас так и называем: смертные, — последнее слово он произнес с растяжкой, как ребенку. — Все понял, неряха?
Постоянные обзывательства полуэльфа явно бесили Бенджамина, но и в ярости он понимал, что будет выглядеть глупо, если после своих страшных подозрений станет цепляться и мелочам. Его мелко трясло. Джон поспешил прийти на помощь:
— Не сердись на моих спутников, о Хранитель леса, их непонимание проистекает от незнания. Но и тебя я прошу быть сдержаннее на язык, дабы не провоцировать их вспыльчивость, взываю к твоей мудрости веков. Все, ребята, хватит, — добавил он, повернувшись к товарищам. — Нужно ехать, если мы не хотим проторчать здесь до утра.