Северус
Шрифт:
— Он не зануда, он моя честь, совесть и якорь, который может уберечь меня от слишком опрометчивых поступков, — Ворон выпрямился. Когда дело касалось различных тайников, он начинал чувствовать себя гораздо уверенней.
— Сев, хватит копаться, пошли, — Ремус нахмурился. – Еще неизвестно, сколько нам отсюда выбираться придется, а еды у нас больше нет.
— Подожди минутку, — Ворон протянул руку и провел по кромке саркофага. Наткнувшись на незаметный выступ, надавил на него и отпрыгнул в сторону.
Тяжелый каменный саркофаг со скрежетом повернулся вокруг своего постамента, открывая тайный проход, ведущий куда-то вниз.
Парни замолчали и осторожно придвинулись к открывшемуся проему.
— Что-то мне не хочется туда идти, — пробормотал Ремус, втягивая носом воздух. – Одному Мерлину известно, что там за ловушки.
— Мерлину, скорее всего, неизвестно, — Ворон зажег свет и заглянул внутрь. – Он как бы мертв и «охраняет» вход. А насчет ловушек… не уверен, что они там есть.
— Почему?
— Весь этот курган – одна сплошная ловушка. Большая и непредсказуемая, но все же не смертельная. Тигр еще этот…
— Который нас чуть не съел! – Джеймс наклонился к краю прохода.
— Да брось, мы бы не смогли убежать от него. Рем, может, и сумел бы, но не мы. Эта тварь загнала нас сюда, вопрос - зачем?
— И почему, собственно, тигр? – Ремус задумался.
— Чтобы смешнее было, — Ворон начал спускаться. – В общем, думаю, что ловушек здесь нет, потому что нас вообще сюда пустили. Наверное, мы чем-то понравились охране.
— Или они испугались, что ты все здесь разнесешь, вот и показали нам выход, а заодно и погребальный зал, — Ремус пошел вслед за другом.
— Не исключено, — Ворон осторожно поставил ногу на очередную ступень.
Джеймс переглянулся с Сириусом, и они двинулись вслед за Вороном и оборотнем.
Спуск был недолгим. Очень скоро парни очутились в небольшой полукруглой комнате, абсолютно пустой. На стенах висели факелы, причем не волшебные, а самые обычные.
— Я не стал бы их поджигать, — Сириус подошел ближе и принюхался. – Воняют они преотвратно.
— Еще бы. Сколько, по-вашему, лет тому жиру, в котором их вымочили? – Ремус обошел комнатку по кругу. – Сев, посмотри, здесь, кажется, что-то есть.
Ворон подошел к другу и посветил огоньком своей палочки в то место, на которое указывал Ремус.
— Да, кирпич неплотно стоит, — Ворон задумался. – Странно. Какой-то детский тайник.
— Давайте все равно посмотрим, что в нем, — предложил Сириус.
— Конечно, посмотрим, — Ворон принялся бормотать заклятья обнаружения вредоносных чар. – Вот здесь они как раз и могут встретиться. Ловушки, я имею в виду.
— Мы поняли, — раздраженно ответил Джеймс.
— Скажи, Поттер, — Ворон внезапно обернулся и посмотрел на Джеймса. – Однажды на первом курсе ночью кое-что произошло… Хоть вы и говорите, что мне все это прибредилось, но прошатавшись с вами вместе столько времени, я понял одну вещь: никогда и ни при каких обстоятельствах мы ничего одновременно пожелать не сможем. Вы же даже друг с другом постоянно спорите, — он хмыкнул и снова повернулся к тайнику.
Осторожно подцепив камень, валет вынул его и положил на пол. Затем закусил губу и сунул руку в образовавшуюся нишу.
Стоящие рядом парни затаили дыхание. Ворону очень сильно захотелось разыграть их, притворившись, будто что-то схватило его за руку, но он подавил в себе этот хулиганский порыв. Ниша казалась пустой, и Ворон уже хотел разочарованно отойти, как наткнулся на небольшой сверток.
Вынув его, Ворон аккуратно развернул тряпицу.
— И что, это все? – возмущенный вопль Сириуса отразился от стен, когда на ладони Ворона осталась маленькая статуэтка. Она изображала очень красивую девушку, одетую в индийское сари и с цветком лотоса в руках.
— Кто это? И почему ее так тщательно прятали? – Ворон недоуменно повертел статуэтку в руках.
— Это Парвати, — уверенно сказал Джеймс. – Богиня, культ которой был распространен в Индии.
— Откуда ты знаешь?
— Лили увлекается этой темой, а я делаю вид, что ужасно заинтересован, — скривился Джеймс. – Хоть так я могу говорить с ней спокойно. Кстати, это всего лишь одна ипостась богини. Вторая не такая привлекательная.
— Сев, — Ремус взял статуэтку и принялся рассматривать. – Ее лицо… Она похожа на ту, что ты притащил откуда-то… Черная женщина с ожерельем из черепов.
<