Чтение онлайн

– А как же, с десяток я взял.

– Отлично. Значит, завтра втроем пойдем тигра добывать, Марка из темницы освобождать. Заодно и домик посмотрим.

– Андрей Владимирович, а меня вы в расчет не берете? – вдруг подал голос неслышно подошедший Михайленко.

– Вы уж простите, Станислав Наумович, но что с вашей прошлой шикарной винтовочкой, что с четырестадесятым калибром такого зверя только дразнить. Ни с первого, ни со второго, ни даже с третьего выстрела вы его не завалите. Поэтому главным стрелком будет Аркадий Иванович со своей болтовкой, я буду помогать, а Ильяс Мансурович – страховать на ближних дистанциях. Все равно с его помпой дальше пятидесяти метров стрелять бесполезно. А вот охранять лагерь от возможных посягательств, когда почти все стволы отсутствуют, необходимо. Так что ваша роль нынче арьегардная, и вам придется с этим смириться. Кстати, об оружии: мы нынче его искупали, так что надо бы теперь почистить и смазать. Этим сейчас и займемся.

Утро было сумрачным и холодным. Сверху поливать перестало, но холмик, на котором был разбит лагерь, все равно оставался островом – частью суши, со всех сторон окруженной водой. Бородулин, Корнев и Зимин, стояли, уже собранные, у палаток. Андрей отдавал последние распоряжения.

– Григорий Петрович, на вас – организация текущей жизни группы, поддержание порядка. Станислав Наумович, на вашу долю падает охрана и, при необходимости, оборона лагеря. Стрелков кроме вас тут нет, Толик мог бы помочь, если что, но у него нога нерабочая. Мы вернемся, скорее всего, к вечеру. Тут четыре часа пути в одну сторону, да и там по меньшей мере на час задержимся. Ракет еще сколько-то осталось. Если дотемна не появимся, раз в полчаса обозначайтесь.

– Не переживайте, Андрей Владимирович, все будет в лучшем виде, - заверил Меленьтьев.

– Да-да, мы проследим, - присоединился Михайленко.

Неожиданно подошел Старый Юра. На плече – ружье, за спиной – мешок. Замшевые штаны выпростаны поверх сапог и стянуты на щиколотках кожаными ремешками.

– Погоди, начальник, я с вами пойду.

– Так у тебя, Юра, мелкашка, как ты будешь зверя стрелять? – не удержался Михайленко.

– Ты сильно большой вырос, а ума у тебя, однако, совсем нет. – вдруг рассердился якут. – Чтобы тигра стрелять, его сперва найти надо. Тигр – зверь хитрый. Он петлять лучше зайца умеет, прятаться умеет, засады делать умеет, ходить бесшумно умеет. Он тебя первым увидит – он тебя и съест, ты даже за ружье схватиться не успеешь. Я зверя найду, они – он ткнул пальцем в Бородулина сотоварищи – стрелять будут.

И Юра первым ступил в холодную воду. Андрей вздохнул, поправил на плече ремень своей «сайги» и шагнул за ним. Остальные двинулись следом.

По свету дойти до метки вышло чуть быстрее. Можно было попытаться, конечно, срезать, но рисковать не хотелось. Лучше пройти чуть дольше, зато наверняка. Огромный развевающийся на ветру носовой платок Мелинга был виден издалека. Андрей подумал, что последнему, кто пойдет, надо будет снять его, чтобы не оставлять знака преследователям.

От знака лесок был виден еле заметной темной полосой. Как Мелинг в дождь увидел его и распознал – непонятно. Повернули, пошли к лесу. Местность сперва полого опускалась, но потом пошла вверх, и последние полчаса пути воды было всего по щиколотку. Не доходя до берега метров двадцать, Андрей остановился. Держась за плечо Корнева, снял сапоги и вылил из них воду. На вопрос «зачем» объяснил: бегать легче будет. Остальные тут же последовали его примеру. Юра одобрительно кивнул.

– Слушай теперь. Я зверя найду, вас на него выведу. Ты – он ткнул пальцем в Зимина – ты будешь тигра убивать. Куда стрелять знаешь?

– В голову, конечно, - пожал плечами тот.

– Совсем глупый, однако, а еще биолог. Голова у тигра большая, мозги маленькие. Под правую лопатку стреляй, в сердце. А ты, – он повернулся к Корневу, - в ногу стреляй. В ногу попадешь, тигр прыгнуть не сможет, убежать быстро не сможет. Ты, начальник тоже в ногу стреляй. А потом, когда тигр убегать станет, ты в хребет ему стреляй. Хребет перебьешь, задние ноги у тигра отнимутся, тогда можно будет близко подойти и убить.

– Ну что стоять, - скомандовал Андрей, - патроны дослали, предохранители сняли – и пошли. И постарайтесь не чихнуть.

Якут шел впереди. Медленно, неспешно, осматриваясь по сторонам, порой принюхиваясь. За ним, стараясь двигаться бесшумно, топали остальные. Топали, хрустели упавшими ветками, шелестели задеваемыми кустами. Бородулин глянул по сторонам, под ноги. Нормальный лес, сосны перемежаются с березами и осинами. Кусты малины, шиповника, даже смородина есть. Под ногами черничник ковром, костяника есть. Грибов – видимо-невидимо, и все крепкие, ядреные, один к одному. Нехоженый лес. Сухар тоже полно – с дровами проблем не будет.

Через несколько минут впереди посветлело – видимо, вышли к той самой поляне. Юра остановился, предостерегающе поднял руку. Все замерли на месте. Якут какое-то время стоял, смотрел, нюхал воздух, потом снова двинулся – в обход поляны. «Под ветер уйти хочет» - догадался Андрей. Еще несколько шагов, и сквозь ветви деревьев стало возможно разглядеть тот самый дом-сарай. Они вышли к торцевой стене, тигра видно не было. Мелинга в чердачном окошке – тоже. Так же медленно они принялись обходить дом против часовой стрелки. В первой стене не было никаких дверей. Только пристроенный навес, под которым поместились верстак и небольшая поленница. С противоположного торца оказались широченные ворота, едва ли не во всю стену. Вот, наконец, и последняя стена. Действительно, вот дверь, вот рядом с ней стоит двустволка, а никакого тигра рядом нет. Зимин раскрыл было рот, чтобы сказать об этом, но Юра, заметив это, яростным жестом остановил его. Затем потыкал пальцем вперед. Андрей присмотрелся. На краю леса, в кустах, полускрытый листвой, лежал зверь. Серо-коричневая гладкая шерсть, мощные лапы. Целиком голова была не видна, зато отчетливо виднелись огромные сабельно изогнутые клыки, торчащие из верхней челюсти.

Якут, неслышно ступая, отошел в сторону, открывая линию огня. Андрей упер приклад в плечо, прицелился, и замер, ожидая выстрела биолога. Бах! – прогремело над самым ухом. И он тотчас спустил курок. Его выстрел слился с грохотом Корневской помпы. Зверь оглушительно зарычал, вскочил и кинулся было на обидчиков, но тут же захромал, припадая на левую переднюю лапу. Андрей перевел прицел на правую и быстро выстрелил три раза подряд. Видимо, разбил сустав, лапа подломилась. Хищник снова зарычал. Неуклюже припадая на обе передние лапы, он попытался развернуться и скрыться в окаймляющих поляну кустах. Рядом рявкнула помпа, потом еще раз. Андрей добавил по верху спины еще три пули. Саблезубый опять взревел, но в его голосе уже слышалась обреченность. Задние лапы зверя разъехались и бессильно распластались по земле. Он еще трепыхался, пытаясь уползти с поляны на перебитых передних, но Зимин проворно обежал его вокруг и почти в упор выстрелил в то самое уязвимое место – под правую лопатку. Хищник дернулся в последний раз и замер.

Зверь был действительно велик. На глазок килограмм шестьсот-семьсот, вдвое крупнее обычного тигра. Зимин с горящими глазами забегал вокруг поверженного монстра, бормоча себе под нос латинские заклинания вроде «Machairodus giganteus», а Андрей, вдруг ощутив себя ужасно усталым, побрел, с трудом поднимая ноги, к распахнувшейся двери дома, в проеме которой появилась массивная фигура Мелинга.

– Привет, Марк. Ну что, как чувствует себя мышка, пойманная в мышеловку?

– Хреново, честно говоря.

– Как ты ружье-то оставил? Из-за двери мог бы спокойно пристрелить киску.

– Да вот видишь – оно со стороны петель оставалось. Никак не успеть добежать. Этот-то сидел и все время караулил. Чуть дверь приоткроешь – он тут как тут. Толик-то мой нормально добрался?

– В общем, нормально.

Бородулин решил пока не смущать Марка подробностями. Пусть узнает все из первых рук.

– Тогда пошли, я тебе экскурсию проведу. Я ведь тут почти сутки просидел.

– Ночью не замерз?