Чтение онлайн

Учителей и воспитателей тоже перевели в спорткомплекс — заботиться и ухаживать за детьми. Эту работу сделали сменной, и Наде на сегодня выпало ночное дежурство, почему она и смогла выбраться к месту службы любимого.

В этот день варвары больше не делали попыток прорваться за периметр, поэтому влюбленные так и провели его вместе, до самого вечера. Когда же взвод Нанаса сменили те, кто должен был нести службу ночью, они с Надей, у которой до начала ее смены оставалась еще пара часов, решили прогуляться по городу, а заодно и показать друг дружке, где они теперь живут.

Общежития оказались не так уж и далеко одно от другого, что успокоило Нанаса, — в случае чего он в два счета сумеет добежать до своей девушки.

Поужинали они в буфете общежития Нанаса — на сей раз дополи были зачислены им обоим. Потом Нанас проводил девушку к бывшему спорткомплексу, который оказался совсем рядом со зданием мэрии, и, успокоенный и довольный, хоть и немного грустный оттого, что снова пришлось расставаться, вернулся домой. Да-да, он так и подумал — «домой», причем сделал это неосознанно, поймав эту мысль уже после того, как она оформилась и проскочила в его голове. Поначалу сааму стало немного не по себе — он ведь только сегодня думал о том, что этот город для него такой же чужой, как и он для него. И вот теперь он думает о своем новом жилище здесь, как о настоящем доме. А что изменилось? Да совершенно ничего, кроме того, что он повидался наконец с Надей и убедился, что нужен ей, что она его любит. И этого хватило для того, чтобы опять воспринимать жизнь во всей полноте красок, чтобы выбросить из головы всякую ерунду и захотеть жить по-настоящему, на полную катушку.

Единственное, что мешало теперь наслаждаться жизнью и быть абсолютным счастливым, так это вынужденные ежедневные разлуки с любимой. Ну и конечно же то, что город, в котором они надеялись обрести свое счастье, оказался под угрозой захвата и разрушения варварами. Но почему? Зачем им это нужно? Одно дело, если бы они хотели захватить город, чтобы в нем жить. Но разрушить!.. Убить его жителей!.. Бессмысленно и жестоко… За что? В том-то и дело, что у дикарей не было абсолютно никакой видимой цели делать это.

Нанаса вдруг посетила мысль, что варвары не понимают того, что они делают, потому что им некому все это объяснить — у них нет той Нади, которая зажгла в нем самом — почти таком же, как они, дикаре, «искру просвещения», сумела направить его из потемок невежества на путь к свету. Ему даже нестерпимо захотелось стать таким «просветителем», выйти за периметр, встретиться с вражескими старейшинами и поговорить с ними по душам. Ну — люди же они, неужели не смогут понять очевидного?!.. Впрочем, что-то подсказывало ему, что эту его затею иначе как глупой назвать трудно. И уж тем более его останавливала боязнь за Надю, которая, потеряв его, станет горевать, да и останется в чужом городе без защиты.

С такими вот путаными мыслями, уже в полной темноте, разбавленной тусклым светом, льющимся из редких освещенных окон, и подходил молодой саам к своему общежитию. Он только свернул за его угол, как вдруг позади него скрипнул снег, и, машинально повернув голову на звук, парень успел заметить стремительно надвигающуюся на него огромную темную массу. А в следующее мгновение мозг будто взорвался от боли, растворив темноту в яркой вспышке. Эти пылающие искры вылетели, казалось, изнутри головы, чему Нанас даже не успел удивиться, поскольку его тут же опять накрыла темнота, на сей раз окутав собой и сознание.

Раскрыв глаза, Нанас тут же зажмурил их от болезненной вспышки. Сначала ему показалось, что на его голову обрушился новый удар. Но если в первый раз свет последовал за болью, то сейчас все было наоборот — именно свет вызвал боль, причем свет настоящий — от висящей под потолком лампочки.

— Очнулся?.. — услышал он в стороне взволнованный голос, который сразу узнал, — спрашивал Костя Парсыкин.

Нанас, не поднимая век, собрался кивнуть, но оказалось, что вопрос задавали не ему, поскольку в ответ прозвучало:

— Куда он денется! Башка крепкая.

Второй голос был незнакомым, и любопытство пересилило страх перед болью — юноша осторожно приоткрыл глаза снова, стараясь не поднимать их к лампочке.

Возле себя он увидел одетого в белый халат и, как ему показалось сначала, в белую шапку мужчину. Но, приглядевшись внимательней, понял, что за шапку он принял пышную копну совершенно седых волос.

— Что со мной? — спросил Нанас, осознав уже, что лежит на своей кровати в комнате общежития. — Кто вы?

Каждое слово отдавалось в голове болью, но не слишком сильной, ее уже можно было терпеть.

— Не ангел, не бойся, — с усмешкой в тоже седые густые усы ответил мужчина. — Поживешь еще, бог даст.

— Это врач, — появился в поле зрения Костя Парсыкин. — Тебя по голове кто-то тюкнул. Анна Александровна шум услыхала, выглянула, а там ты валяешься. Позвала меня, а пока я тебя в комнату тащил, «скорую» вызвала.

— Скорую?.. — не понял Нанас. — Скорую чего?

— Скорую помощь, чего еще-то?.. А, ты ведь не знаешь… Ну, это бригада врачей, которая всегда начеку и быстро приезжает на автомобиле, если кто-то вдруг заболеет.

— Я ведь не заболел… — подумав, сказал саам.

— Ха! — откликнулся врач. — То есть, голова для тебя — это так, тьфу? Как говорится, там же кость — чему там болеть?

— Нет, голова это не «тьфу», — ответил Нанас. — И она у меня болит… — Он прислушался к своим ощущениям и уточнил: — Уже легохонько, но болит. Но ведь она заболела не сама…

— И что? — вновь усмехнулся седой мужчина в халате. — Если не сама, то можно не лечить?

Нанасу стало вдруг отчетливо ясно, что он и впрямь говорит ерунду. Юноша почувствовал, как лицо заливает горячая краска стыда.

— Это я так… — пробормотал он. — Не подумал… Наверное, из-за боли.

— Ну, это хорошо, что рассудок стал к тебе возвращаться, — уже вполне серьезным тоном сказал врач. — Давай теперь соображать, что с тобой делать дальше.

— А что со мной надо делать? — испугался парень. — Ничего со мной делать не надо…

— Да мне тоже не сильно хочется с тобой возиться, — вновь усмехнулся врач. — Шишку я твою обработал, череп, вроде как, не треснул — так что… Сейчас на места в госпитале и без тебя кандидаты найдутся. Главное, скажи: голова кружится? Тошнит?