Чтение онлайн

Он вышел из шатра и обнаружил, что Рикон и Оша уже ждут его. Лохматик расхаживал взад и вперед, вздыбив шерсть и оскалив зубы, но, по крайней мере, он не попытался вцепиться Давосу в глотку. Рядом были привязаны три крепких приземистых пони, почти таких же мохнатых и вонючих, как единорог. Они нервно переминались, напуганные присутствием лютоволка, и Давос не мог винить их за это.

– Милорд, - сказал он Рикону. – Вы позволите волку бежать впереди?

– Лохматик останется со мной, - упрямо ответил Рикон.

Решив не начинать путешествие со ссоры, Давос не стал настаивать; у них еще будут другие, более важные споры, в которых он должен будет одержать верх. Отвязав пони, они отправились в путь. Давос хотел было спросить, может ли Рикон ехать один, но увидев, как мальчик уверенно сел в седло, решил не спрашивать. И действительно, когда они выехали из деревни, Рикон припустил вперед, словно кентавр, а Лохматик бежал рядом с ним.

– Не уезжай далеко, раудур минн, - крикнула ему Оша. – Солнце еще не встало над долиной.

Рикон уехал слишком далеко и не слышал – или, скорее всего, благоразумно притворился, что не слышит. Давос решил, что позже обязательно объяснит мальчику, что подчиняться приказам совершенно необходимо – не только для Рикона, но для каждого из них, - чтобы выжить в пути. Нужно припомнить все старые контрабандистские трюки, чтобы незаметно пробраться к берегу, и даже придумать несколько новых, чтобы безопасно проскользнуть в Белую Гавань. Вернулся ли Мандерли со свадьбы Рамси Болтона? При этой мысли Давос почувствовал тянущую боль в животе.

Оша знала более безопасную и укромную тропу через горы, чем та, по которой пробирались Давос и Векс, и путь оказался легче, чем Давос предполагал. После полудня они остановились, чтобы быстро перекусить. Лохматик учуял что-то интересное, и Рикон убежал с ним, а потом дулся на Давоса, когда тот отругал его за задержку.

Когда они наконец прошли по каменистому ущелью и спустились к берегу, солнце пугающе низко опустилось к горизонту. Последний спуск был такой крутой и узкий, что им пришлось спешиться и вести пони в поводу. Взять на борт животных, за исключением Лохматика, не было никакой возможности, поэтому пони должны были последовать природному инстинкту и сами найти дорогу домой.

Давос и Оша приказали Рикону оставаться на месте. Они добрались до трещины в скале, где была спрятана лодка, и стали разбирать укрывающие ее ветки. Пока они работали, Оша сказала:

– Надеюсь, ты хорошо знаешь, что делаешь, сир.

– Знаю. – Давос не готов был признаться ей в своих предательских сомнениях. – Я обещал Хьяльмару, и я обещаю вам, миледи. Я обеспечу, чтобы вы безопасно добрались к лорду Мандерли в Белую Гавань, а потом и в Винтерфелл, или умру.

– Миледи? – Это ее позабавило. – Мне почти кажется, что ты действительно хочешь сдержать слово, беспалый. Если бы еще у тебя получилось. Мальчик – не спаситель, он всего лишь ребенок, и его брат, возможно, еще жив. Если это окажется правдой, лучше бы нам остаться здесь.

– Возможно. Если. Лучше бы, - сказал Давос. – Опасные слова.

– Да, это так, - признала Оша. Она отбросила последнюю ветку и недоверчиво оглядела лодку. – Твою ж мать, это что, твоя лодка? Я могу разломать ее пополам голыми руками и потом ковыряться в зубах обломками.

– Она крепче, чем кажется. – Давос отвязал конец и вытащил его наружу. – Помоги мне.

Оша молча послушалась, и они вдвоем подтащили лодку по песку к воде. Карра покачивалась на снежно-белых бурунах, бьющихся в берег. Одичалая махнула Рикону.

– На борт, раудур минн. Давай.

– Пойдем, Лохматик, - Рикон свистнул, и черный волк перемахнул через борт с такой силой, что вместе с ним в лодку плеснула холодная соленая вода. За ним залез Рикон. Он уселся на корме под пологом из шкур и смотрел по сторонам, широко улыбаясь, уже забыв свои возражения и приготовившись к новым приключениям. Давос смягчился по отношению к мальчику. Он очень скучал по сыновьям.

Оша тоже села в лодку, Давос вытолкнул карру в море, а потом забрался сам. Ветра почти не было, так что он вставил весла в уключины и начал грести. На мгновение, несмотря ни на что, он почувствовал надежду. Учитывая, с чем ему пришлось столкнуться пять дней назад, это просто чудо, что он еще жив, да еще и нашел младшего Старка.

Оша взяла вторые весла. Она гребла сильнее, чем Векс, и даже сильнее, чем сам Давос; испытания дали себя знать. Он не мог не оглянуться через плечо на Скагос. Остров казался призрачным в сгущающихся сумерках. Скалы черные, словно чернила, распухшее кроваво-красное солнце оставляло на воде темно-алый след, уходящий за горизонт. Все-таки у него получилось, он забрал их, а теперь нужно найти лорда Мандерли, и…

Что-то ударилось в днище лодки.

Давос тут же встрепенулся. Это мог быть камень или тюлень, но… это просто разыгралось воображение. Он твердо приказал себе собраться и продолжать грести. Когда они поймают прилив, то смогут…

Снова что-то ударило в лодку. Снова и снова. Они качались из стороны в сторону на зыбких волнах, и Давос краем глаза заметил, что рядом что-то движется. Что-то слишком медленное и неуклюжее для тюленя.

– Что это? – Рикон с интересом перегнулся через борт. – Там лица. Лица в воде.

– Отойди, - сказала Оша напряженным голосом. – Отойди оттуда, раудур минн.

– Почему это? – нахмурился Рикон. – Это что, русалки? Русалки не настоящие, они только в сказках бывают. И…

Лохматик оскалил клыки и низко, угрожающе зарычал.

– Поднимай парус, - приказал Давос Оше. – Постараемся идти как можно быстрее. – Спина пульсировала, мерзла и горела. Если он позволит себе поддаться панике, все пропало, поэтому он погреб быстрее.

Оша вскочила и достала парус. Это вряд ли сильно поможет: у карры была всего лишь одна мачта. Но парус хлопнул и запел на усиливающемся ветру, пока она неумело вязала узлы. Одичалые не были мореходами.

– Проверь, как у меня получилось, сир, - сказала Оша, запыхавшись. – Давай, я возьму весла, и ты сможешь…