Чтение онлайн

Снег перестал, и их путь на юг, в Речные земли, стал легче. Сандор неустанно следил за тем, чтобы держаться подальше от всего, что могло намекать на присутствие Фреев. Пару раз он видел тревожные знаки, но никогда не останавливался надолго, чтобы какой-нибудь хорек или разведчик Арренов мог их заметить. Санса выбилась из сил, одежда ее превратилась в лохмотья, да и Сандор чувствовал усталость. Нужно заняться раной на ноге, и поскорее, но он понимал, что если они остановятся – они покойники.

На шестой день после того, как они покинули Пасть, утром наконец выглянуло солнце. Глядя на небо, Сандор почти поверил в то, что зима еще не наступила, что у них еще есть время, – и обругал себя за глупость. Он-то знал, что это вранье. Лишь призрак лета, краткая отсрочка, прежде чем ловушка захлопнется окончательно.

Отношения между ним и пташкой стали не такими холодными, но они все равно не разговаривали больше, чем это было необходимо. Он не высыпался, охраняя их лагерь от всяческих угроз, поэтому чувствовал себя одуревшим и от этого злился. Они ехали по узкой, заросшей деревьями лощине, где-то справа журчал Зеленый Зубец, тут и там под ногами попадались валуны и папоротник.

До Королевской Гавани еще две недели пути. А если по-наглому выпереться на королевский тракт, то вдвое меньше. Это если ехать без остановок и…

Санса вцепилась в его рукав.

– Что? – спросил он, отвлекшись от раздумий. – Что такое?

– Вон там. – Она указала на густые заросли. – Там кто-то есть.

Сандор прикрыл рукой глаза от солнца.

– Ничего не вижу.

– Вон, - снова указала она. – В кустах.

Сандор нахмурился, сердце тревожно сжалось. Только не долбаный Фрей. Он чуть не погиб, сражаясь с одним из них, и не собирается…

И тут в воздухе зазвенели стрелы.

Сандор взвыл, пригнулся, схватил Сансу за плащ, поспешно стащил ее со спины Неведомого на землю и укрылся вместе с ней за поваленным бревном. Заслышав крики, он невольно подумал: «Гребаные разбойники», а потом… потом ему стало так плохо, словно в сердце вонзилась стрела. Над ним ржал и фыркал от боли Неведомый, получивший две стрелы в холку и одну в круп. Нет, сраное пекло, он любил этого конягу, если они только… пусть только попробуют…

– Вот он! – раздался голос. Знакомый голос. – Взять его!

Семь преисподних. Семь трижды проклятых сраных преисподних. В этот момент Сандор Клиган все понял. Боги позволили им спастись лишь для того, чтобы привести сюда. Нечего сказать, в извращенном чувстве юмора им не откажешь. Надо будет рассказать Старшему Брату. Если я его увижу. Что вряд ли. Мысленным взором он увидел полый холм, пылающий меч, пустую глазницу Берика Дондарриона, звон и лязг стали. Я уже сражался за свою жизнь и что-то сомневаюсь, что вы, подонки, позволите мне еще раз уйти живым.

Он не видел, откуда пришел удар и кто это сделал. Он был слишком занят, стараясь прикрыть собой пташку. И это оказалось роковой ошибкой.

Что-то сильно ударило его по затылку. Он услышал хруст, а потом настало ревущее, головокружительное небытие. «Вот как они обставили свое доблестное возвращение, - подумал Сандор, погружаясь во тьму. – Братство без Знамен, гребаные Бравые Ребята, как же они меня достали».

========== Джейме ==========

Королевскую Гавань можно учуять издалека даже в такой холодный и промозглый день, как этот. На небе громоздились тяжелые облака, и в воздухе чувствовалась близость снегопада. Его захватчики отказались открыть ему, куда направляются, но, если бы они действительно хотели держать его в неведении, им следовало бы отрезать ему нос. Кроме того, Джейме был неплохо знаком с объездными и проселочными дорогами, пересекающими Королевские земли, и поэтому, когда с его глаз сняли повязку, сразу понял, где они. Так что дело тут всего лишь в мелочном, наглом использовании власти, он с таким уже тысячу раз сталкивался, и ни разу это ни к чему хорошему не приводило, – его унижают просто потому, что он попался им в руки и не может дать отпор. Мейстеры и септоны столько спорят о природе войны, а Джейме мог сказать по собственному опыту – тут все просто. Людям нравится мучить друг друга. Вот и все.

Джейме подсчитал, что с момента его ареста на Тихом Острове прошло около трех недель. Его схватили по совершенно надуманному поводу, это было ясно как день; ему задали не больше полудюжины вопросов о Сансе, а его чистосердечное недоумение, казалось, скорее развлекало, чем раздражало его пленителей. Похоже, они уже нашли девчонку, поспешно вернули ее в Долину и теперь собираются обвинить его в похищении, чем донельзя довольны. А Бриенна… даже если боги неожиданно смилуются и позволят ей найти Сансу, эта женщина все равно не понимает, когда нужно перестать драться. Ох уж эта тупоголовая храбрая баба. Если так, то она уже гниет где-нибудь в канаве. Поиски приключений хорошо заканчиваются только в песнях.

Бриенна. Джейме старался не думать о ней, но это было все равно что стараться не есть, не дышать и не справлять нужду. Его рана едва затянулась, так что кровью он не истечет, но с каждым движением Джейме чувствовал, как призрачный меч Лима вонзается в его тело. С этой болью могла сравниться только боль в его сердце.

Он не собирался трахать ее там, на берегу. И в мыслях не было. Она самая безобразная женщина, какую Джейме когда-либо видел, и в глубине души он гордился тем, что пока Серсея строила козни и расплачивалась телом за доступ к власти - с Ланселем, с Осмундом Кеттлблэком, а может, и с Лунатиком, почем мне знать, – он упрямо хранил целомудрие, придерживался своих обетов. Ага, Цареубийца, это как раз про тебя. Чист, как первый снег. Кроме того, если допустить, что эта война когда-нибудь закончится, в один прекрасный день Бриенна захочет выйти замуж. Хоть она и наследница Тарта, ее отец не мог найти ей супруга даже при том, что ее девственность была нетронута. А теперь, когда она отдала свою невинность такому позорно известному типу, как он, ее шансы выйти замуж практически ничтожны. Но на тот момент они оба не могли поступить иначе.

Несколько раз Джейме ловил себя на том, что в этом он похож на Робба Старка. В некоторой степени. Робб Старк не стал в пятнадцать лет лучшим фехтовальщиком королевства, не вступил в гвардию Безумного короля ради того, чтобы насолить отцу и чтобы оставаться рядом со своей сестрой, которая, до последнего времени, была единственной женщиной, с которой он спал. Робб Старк не убил своего короля, не был лишен наследства собственным отцом, не был застукан на месте преступления с сестрой и не вышвырнул восьмилетнего мальчика из окна башни. Зато Робб Старк оказался в постели с Жиенной Вестерлинг, и Джейме вынужден был признать, что это повлекло гораздо более значительные последствия. Старк был мятежником и изменником, но он не заслужил постигшей его страшной участи.

В те редкие минуты, когда ему удавалось не думать о Бриенне, Джейме размышлял о вдове Молодого Волка. Он очень надеялся, что девочка не попытается совершить какую-нибудь глупость; лучники, которых он приставил к ней, не промахнутся. Быть может, она вернулась в Крэг и воспоминания терзают ее уже не так сильно. Быть может, она больше не просыпается по ночам в поисках мужа. Быть может. Джейме хотел бы отмахнуться от этой юношеской влюбленности, чтобы успокоить чувство вины, но он сам в пятнадцать лет был влюблен, и эта любовь перевернула весь мир вокруг него. Покойся в мире, Старк. Где бы ни упокоилась твоя душа. Зная северян, должно быть, в дереве.