Чтение онлайн

Недоумённо оглядев почти полностью замазанный чёрным лист, Какаши протянул его Сенджу.

– А здесь что было?

Сравнив бумажку с остальными, Тсунаде предположила.

– Права младшей ветви... кажется.

Я тут же влез с пояснениями

– Да! Мне такие права не нужны. На следующей странице написал, чего хочу. Там совсем немного.

Отец недобро сощурился, но суровый взгляд скатился с меня как с гуся вода. Даже если влетит, то потом.

Сенджу нашла искомое и зачитала:

– В семье все могут просить помощи и рассчитывать на то, что их внимательно выслушают и отнесутся серьёзно...– на последнем слове уверенный голос надломился.
– Прошу меня простить!

Скомкав листок, она пулей вылетела наружу.

Какаши с отвращением отодвинул моё творчество.

– Ты хоть что-нибудь одобрил?

– А как же! Раздел: "Ответственность сторон за нарушение обязательств". Я его даже дополнил: С нарушителями не общаются до тех пор, пока они не решат раскаяться и искупить свою вину.

– Сурово, - отец с сомнением покосился на двери в сад.
– Думаешь, она примет твоё предложение? Менять поведение всегда тяжело, а привычки бывают посильнее любых доводов рассудка.

Я пожал плечами. Уж кто бы заикался насчёт трудностей. Сам-то ого-го как изменился за этот год. Небо и земля, по сравнению с тем, что было раньше. Про меня и говорить нечего.

Сенджу не торопилась. Моталась по саду. Присаживалась, вскакивала и снова начинала бродить, бормоча себе под нос. Мы по уши залились чаем и в деталях обсудили моё безобразное поведение, когда она, наконец, вернулась.

– Подпишу!

– ???

– Давай сюда эти бумажки!
– требовательно потрясла рукой.
– Я подпишу!

Повисшее молчание можно было потрогать.

Отец с непроницаемым лицом разглядывал испоганенные документы. Женщина всё больше недоумевала и хмурилась. Не выдержав тишины, я со стуком поставил на стол свою чашку.

Какаши усмехнулся.

– Не стоит трудиться, Сенджу-сама. Думаю, вашего согласия вполне достаточно.

В конце концов, провокационную писанину спалили в печке.

Вместо выволочки мне достались дополнительные уроки. На этот раз по безопасности еды и питья, с распознанием посторонних привкусов, запахов и примет отравления. Легкотня!

Тсунаде разрешила обращаться к ней анэ-уэ, а Какаши гнусно ухмылялся по этому поводу. Они что-то обсуждали в замке, и отец вернулся оттуда пьян как фортепьян.

А потом у меня выпал первый молочный зуб.

Глава 16

Мораль и нравственность регулируют неформальные отношения в обществе и часто противопоставляются законам как регулятору формальных отношений. Мораль и нравственность определяют то, что люди себе традиционно разрешают или запрещают в связи с их представлениями по поводу плохого и хорошего.

Владимир Крысько

Хатаке Какаши, новости и подозрения

До стен Конохи оставалось всего ничего. Команда зубоскалила, обсуждая удачное путешествие в Тетсу-но-Куни. Мы с Ямаширо переглядывались молча. Зная, сколько сил было приложено, говорить о "ерундовой работёнке" язык не поворачивался.

Возвращение внучки тайсё заняло больше месяца. Собрать информацию. Найти замок в горах. Узнать, что девчонку увели прямо у нас из-под носа. Суметь проникнуть в гакуре, вытащить её и доставить в Коноху. Затем ирьёнины и менталисты две недели выплясывали вокруг родовитой подопечной - удаляли разросшуюся джуин, исправляли последствия хирургических вмешательств и подчищали память от самых болезненных воспоминаний. Зато теперь чунины радовались приятной прогулке до страны Железа и обратно.

Меня волновало решение Хокаге. После вылазки Джирайи данных об Отогакуре более чем достаточно. Как скоро начнётся подготовка к нападению? Когда мы уходили, Сарутоби был настроен решительно, и Советники его поддерживали. Возможно, приказ уже отдан.

Сейчас и постараюсь выяснить. Всё равно на доклад к Сарутоби.

Вот только на месте Хокаге меня ждала Утатане Кохару.

– Что... произошло?
– от удивления все положенные приветствия как-то забылись.

Увиденное не желало складываться в единую картину - рассыпалось на отдельные фрагменты. Траурная одежда на сидящей Утатане... Стол без привычного вороха бумаг... Советница за столом каге... В трауре. На месте каге. Советница.

Но нам бы сказали, если бы... что-то...

Случилось.

Утатане и рассказала.

Погиб Сарутоби Гэнсай - старший сын Хокаге. Не один, а ещё с тремя шиноби. Вся команда. Не вернулись с задания в стране Звука.

Нашли их только недавно.

– Асума?

– В деревне.

Я с облегчением выдохнул. Сарутоби-младший в запале мог натворить глупостей. Не хватало потерять ещё и его.

– Сандаймё?

– Хирузен сейчас дома с родными.

Верно. У Гэнсая осталась жена и сын совсем кроха.

Утатане дала мне время переварить новости.

– Докладывай, Какаши-кун.

У нас всё прошло согласно приказу. Девочка доставлена и передана с рук на руки. Посланник и его охрана задержались в стране Железа по приглашению главнокомандующего. Никаких происшествий по дороге.

– Могу я узнать, как это произошло? С командой Гэнсая...

Советница недовольно пожевала губами.

– Я не дам тебе отчёт, но... если вкратце. Их обнаружили в лесу прямо на месте гибели. Примерно через шесть дней после нападения. Сложно сказать что-то определённое - тела сильно пострадали от животных. Похоже, команду застали врасплох во время движения, - она быстро набросала схему и понимающе кивнула на моё удивление.
– Боя не было. Никаких следов применения ниндзютсу. Никто не успел оставить ни одной метки, говорящей о противнике. Тела после смерти далеко не перемещали, но обыскали.