Чтение онлайн

– Б-белка?..

Дядько странно дрогнул и вскинул на незнакомого парня неверящий взгляд.

– Откуда...?

– Белка?! Белка!! Ты что, правда жив...?

Таррэн никогда не видел, чтобы смертные так стремительно бледнели, но Белик не просто побледнел - он буквально побелел, как полотно. Застыл на месте, замер ледяной скульптурой, внезапно перестав дышать, и до боли стиснул руками свой неудобный талисман. Зато глаза у его вспыхнули так ярко, что, казалось, готовы были спалить к такой-то матери весь близлежащий лес. Лицо мальчишка странно окаменело, ненадолго поплыло, будто ему напомнили о болезненном прошлом, но затем молниеносно приобрело непривычную властность, жесткость, а в его руках сам собой оказался метательный нож.

Перворожденные успели только ошарашено моргнуть, когда мимо них быстрее молнии метнулось гибкое тело, черной тенью размазавшись в воздухе, а люди и вовсе неприлично разинули рты, потому что Белик внезапно исчез из виду. Просто прыгнул с места свирепым зверем, а спустя жалкую долю секунды оказался на другом конце поляны, с поразительной легкостью опрокинув навзничь крупного парня и с силой вмяв его в рыхлую землю.

– КТО ТЫ?!
– рявкнул пацан прямо в побледневшее от внезапной догадки лицо, одной рукой вцепившись в чужое горло, а второй одновременно надрезая нежную кожу - как раз возле важной жилы.
– Кто тебе сказал?! Говори! Кто?!!

– Ли-тур...
– хрипло закашлялся молодой воин, тщетно стараясь избавиться от разноцветных искр в глазах - кажется, при падении его сильно приложило затылком.

– Кто?!!

– Ли-ту-ур. Мы жили когда-то... в Сторожках... вместе. До того, как они... сгорели... Я - Литур... помнишь?

Весельчак беззвучно ахнул, во все глаза уставившись на взъерошенного и почти взбешенного мальчишку, у которого лицо не только приобрело цвет и структуру мраморных статуй в Главном Храме Ланнии, но и жутковато застыло, как у Линнет - суровой богини возмездия. Что-о?! Наш Белик ТОЖЕ жил раньше в Малой Стороже?!! И этот тип его прекрасно знает?!! Но откуда?! КАК это возможно, если пацану едва можно дать пятнадцать, а Сторожа сгорела почти два десятилетия назад?!!

Белик с новой силой тряхнул противника и яростно прошипел:

– Литур давно мертв!! Кто ты?!!

– Н-нет, я... выжил тогда, - сдавленно прошептал юноша, стараясь даже не дышать, потому что отточенное до остроты бритвы лезвие опасно приблизилось к тревожно пульсирующей жилке.
– Он не смог... не успел... меня вовремя дотащили к магу, который и вылечил... это я, Белка! Клянусь! Я - Литур! Тот самый... стой!! Не надо!! Это правда, я... Хвостик! Помнишь, как вы дразнились, потому что я всегда болтался за вами, как хвост?!

– Врешь!!

– Нет! Клянусь, это правда... отцом клянусь, Совтаном: это я! Я!!

Он снова замер, чувствуя, как по коже потекла горячая тонкая струйка, незаметно пробираясь под воротник и пачкая белоснежную сорочку, но почему-то не имея ни сил, ни желания, ни возможности сопротивляться. Его по-прежнему вжимало в землю острое колено, а отточенный клинок опасно щекотал горло. Дыхание вырывалось из груди тяжелое, хриплое. Чужие глаза буквально прожигали насквозь. Однако Литур все же не дрогнул. Даже когда острие надавило чуть сильнее, он не дернулся, не поднял руки, не попытался сбросить верткого пацана с собственной груди, потому что уже знал, что не ошибся: эти люто сверкающие глаза он не смог бы забыть и на смертном одре. Они только у двоих в целом мире могли так изумительно гореть - ровным, поразительно чистым светом, как умеет только священное небо и бездонная морская глубина. Тем дивным огнем, от которого у него всегда замирало сердце.

– Это я, помнишь?
– тихо повторил Литур, неотрывно глядя на белое, странно неподвижное лицо напротив - совсем не похожее на то, что он помнил: уже не детское, вполне зрелое, с точеными скулами, ровной кожей, упрямой ямочкой на подбородке, вот только было оно очень уж... молодым. Слишком молодым для того, кого он знал. Но эти глаза не могли принадлежать никому другому, а потому юноша слабо улыбнулся и тихо вздохнул.
– Я тебя не забыл. И Литу... тоже. Нас всегда было трое: ты, я и она. Помнишь?

Таррэн несильно вздрогнул: как он сказал? Лита?! Не так ли звали младшую сестричку Белика, которую он потерял по вине Темного эльфа много лет назад?!! Неужто та белокурая девочка в видении была именно ей?! ЕЙ?! Той несчастной крохой, что погибла от рук Перворожденного прямо у малыша на глазах?!! А тот, второй крепыш, и есть Белик?!! Ну, конечно! Надо было сразу догадаться - сходство просто поразительное! Литур, Белик и Лита... маленькая сестренка, которую они не смогли уберечь... вот отчего эти двое так ненавидят Темных: Лита!!

Белик замер, пристально изучая потрясенного парня.

– Хвостик?
– наконец, неуверенно повторил он, замедленно отводя нож.
– Ты-ы - Хвостик?!

Литур облегченно выдохнул.

– Да. Я живой. И ты, как оказалось, тоже. А Лита? Неужели вы сумели...?

– Нет!
– внезапно рыкнул пацан, рывком поднимаясь с колен и легко вздергивая на ноги русоволосого крепыша.
– Ну-ка, топай отсюда! Да поживее! Дядько, я заберу его ненадолго - хочу выяснить, тот ли это, о ком я подумал. И можно ли ему верить.

– Подумал?!
– странно обернулся Литур, ошарашено воззрившись на посуровевшего мальчишку.
– Белка, почему ты...

– Белки больше нет!
– зло прошипел мальчишка, разом став похожим на разъяренного кота.
– Ты понял?! Белки НЕТ! НЕТ!! НЕТ!!! Как нет и Литы! И всех остальных!! Он убил нас обоих, и теперь остался только я, БЕЛИК! Один лишь я! И все!!

– Но ты же не...

– Пошел!
– властно прикрикнул пацан, для верности подтолкнув оторопевшего парня в спину.
– И не вздумай рот открыть без спроса, ясно?! Шевелись! Сейчас выясним, что ты за Литур и какого хрена тут делаешь!

Литур снова вздрогнул и, будучи все еще туго связанным, как-то беспомощно шмыгнул носом.

– Да я... попрощаться пришел. Я же не знал, что мы когда-нибудь снова увидимся, вот и зашел перед дорогой. К могилам.

– А потом - в Аккмал? Жизнь прожигать?!

– Нет. В Пределы, на Заставы решил податься.

– Что-о-о?!!!
– неподдельно изумился Белик, на какое-то время даже забыв подталкивать его в спину.
– Так ты, к Стражам, что ль, собрался?!

– Да, - внезапно помрачнел юноша.
– Дииур умер неделю назад, и больше меня здесь ничто не держит. Отец давно мертв, братьев не осталось - сгорели вместе со Сторожей. Про тебя я не знал. Боррева надоела до оскомины, толковой работы нет, семьи тоже... так что подамся к ним. Вдруг сгожусь? Говорят, там всегда нужны люди.